Красиво, правда?
Основные ссылки










Яндекс цитирования

Рассылка 'BugTraq: Закон есть закон'



Rambler's Top100



Институт международного права и экономики имени А.С. Грибоедова (ИМПЭ)
Кафедра ЮНЕСКО по авторскому праву и другим отраслям права интеллектуальной собственности
при участии
Исследовательского центра частного права при Президенте РФ,
Российского Фонда правовых реформ,
TACIS Programme on Intellectual Property

ТОМ 1: ПРОБЛЕМЫ ИНТЕЛЛЕКТУАЛЬНОЙ СОБСТВЕННОСТИ
В ГРАЖДАНСКОМ КОДЕКСЕ РОССИИ

Материалы международной научно-теоретической конференции

Москва, ИМПЭ, 26 марта 1999 года

(с) Кафедра ЮНЕСКО по авторскому праву и другим отраслям права интеллектуальной собственности – издание в целом, 1999 г.

О СУДЬБАХ ИНТЕЛЛЕКТУАЛЬНОЙ СОБСТВЕННОСТИ

Эта книга или, может быть, правильнее сказать брошюра – первый издательский опыт Кафедры ЮНЕСКО по авторскому праву и другим отраслям права интеллектуальной собственности. Ею мы открываем, будем надеяться, длинную вереницу будущих томов, посвященных проблемам авторского права и смежных прав, патентного права, защиты товарных знаков и селекционных достижений, компьютерных программ и топологии интегральных микросхем. Здесь найдется место для публикаций по вопросам правового регулирования рекламы и деятельности средств массовой информации. Особое внимание мы намерены уделять нетрадиционным объектам интеллектуальной собственности, зарождающимся ныне в недрах киберпространства и лабораториях ученых.

Первый том Трудов посвящен не утихающим спорам вокруг проекта третьей части нового Гражданского кодекса России, призванного урегулировать – помимо прочего - вопросы интеллектуальной собственности. ЮНЕСКО давно и пристально следит за работой над проектом этого важного правового документа, учитывая его значимость для обеспечения как соответствующих международных конвенций, так и долгосрочных интересов российских науки и культуры.

В свое время эксперты ЮНЕСКО уже имели возможность предложить некоторые замечания авторам проекта, подготовленного под руководством профессора Виктора Абрамовича Дозорцева в Исследовательском центре частного права при Президенте Российской Федерации. Отчасти они были учтены. Но в начале 1999 года ситуация изменилась: реальной альтернативой официальному проекту стал неофициальный - представленный кафедрой гражданского права Санкт-Петербургского университета во главе с профессором Александром Петровичем Сергеевым. Вот почему Кафедра ЮНЕСКО по авторскому праву и другим отраслям права интеллектуальной собственности организовала 26 марта 1999 года научно-теоретическую конференцию на тему “Проблемы интеллектуальной собственности в Гражданском кодексе России”.

Форум позволил научной общественности не только поближе познакомиться с обоими проектами, но и обсудить их достоинства и недостатки. Дискуссия собрала крупнейших авторитетов в области правовой защиты интеллектуальной собственности: ученых-правоведов, юристов-практиков, руководителей Роспатента, Госкомпечати России, Федеральной службы по телевидению и радиовещанию, представителей парламента и других федеральных органов власти. Участие таких признанных специалистов как Михай Фичор (ВОИС), Евгений Герасимов (ЮНЕСКО) и Поль Флорансон (Программа ТАСИС по интеллектуальной собственности) придало конференции подлинно международный характер. В работе конференции принял участие также директор Московского бюро ЮНЕСКО Вольфганг Ройтер.

В данном томе Трудов собраны материалы прошедшей дискуссии. Читатель сможет оценить и тот блеск, с которым лидеры конкурирующих авторских коллективов парировали доводы оппонентов, и их толерантность, позволившую, в конце концов, констатировать постепенное сближение позиций. Именно расширение “площади согласия” позволяет считать цель конференции достигнутой вполне.

Кафедра ЮНЕСКО выражает признательность Программе ТАСИС по интеллектуальной собственности за помощь в обеспечении участия международных экспертов, а также Российскому Фонду правовых реформ – за существенный вклад в финансирование конференции и публикацию ее материалов.

Михаил ФЕДОТОВ
руководитель Кафедры ЮНЕСКО
по авторскому праву и другим отраслям права интеллектуальной собственности,
доктор юридических наук, профессор,
Чрезвычайный и Полномочный Посол
Российской Федерации.

Вступительное слово профессора Михаила ФЕДОТОВА (Кафедра ЮНЕСКО по авторскому праву и другим отраслям права интеллектуальной собственности)

Уважаемые коллеги! Начнем работу нашей конференции.

Передо мной на столе - первый и второй тома Гражданского кодекса России. Мы собрались здесь с намерением обсудить, каким должен быть третий том. Не важно, будет он объемистым или тощим. Главное, чтобы он был разумным. Не разрушающим правовую систему (в этом направлении уже сделано предостаточно), а цементирующим ее.

Существуют различные точки зрения по поводу того, каким образом должны регулироваться вопросы интеллектуальной собственности в третьей части Гражданского кодекса. Но одно дело – мнения, другое – реальный проект нормативного акта. И такой проект был создан в Исследовательском центре частного права при Президенте Российской Федерации Рабочей группой под руководством профессора В.А. Дозорцева. Он породил самые разноречивые мнения. Более того, он породил – в известном смысле – альтернативный проект, созданный на Кафедре гражданского права Санкт-Петербургского государственного университета под руководством профессора А.П. Сергеева. Сегодня мы имеем уникальную возможность из первых уст услышать изложение концептуальных основ обоих проектов и обсудить услышанное. После этого краткого вступления я имею удовольствие предоставить слово профессору Дозорцеву.

Доклад профессора Виктора ДОЗОРЦЕВА

(Исследовательский центр частного права при Президенте Российской Федерации)

ДОЗОРЦЕВ В.А.: Уважаемые коллеги! Мы собрались на важном этапе разработки нового законодательства об охране прав на результаты интеллектуальной деятельности. Недавно после достаточно продолжительной подготовки Президенту Российской Федерации был представлен проект третьей и завершающей части Гражданского кодекса, включающий особый раздел о правах на результаты интеллектуальной деятельности (исключительных правах, правах интеллектуальной собственности). Проект обсуждался много раз и на разных уровнях - последний раз 22 января 1999г. на расширенном заседании Совета Исследовательского центра частного права. По результатам обсуждения и с учетом поступивших в дальнейшем замечаний в текст были внесены некоторые изменения и дополнения.

В подготовке проекта принимали участие ведущие специалисты: работники государственных органов - Государственной Думы, Правительства, Роспатента, судебных органов -, представители специализированных коммерческих организаций, авторская общественность, научные и практические работники. Проект обсуждался со многими иностранными специалистами. Естественно, привлекались не все желающие, это вызвало обиды, плоды которых мы пожинаем.

Тема конференции сформулирована как “Проблемы интеллектуальной собственности в Гражданском кодексе”. Поэтому обсуждению подлежит не текст проекта, а связанные с ним проблемные вопросы, относящиеся, прежде всего к кодификации. Замечания по тексту есть предмет отдельного рассмотрения.

Переходя к существу проекта, надо прежде всего отметить, что ситуация с правовой охраной результатов интеллектуальной деятельности на данном этапе радикально изменилась, особенно за последние десятилетия.

Правовая охрана результатов интеллектуальной деятельности появилась совсем недавно, с выходом их на рынок, в экономический оборот - чуть больше двухсот лет назад. Для правовой системы, насчитывающей в развитом виде три тысячи лет, это возраст “младенческий”, период интенсивного развития. Первоначально охранялись лишь некоторые виды таких результатов: художественные произведения и легко формализуемые результаты технического творчества. Только они вошли первоначально в экономический оборот. Соответственно строилось и законодательство. В каждой из немногочисленных сфер существовал свой отдельный, обособленный законодательный акт - закон об авторском праве, закон о патентном праве, принятые почти одновременно. При ограниченном числе видов охраны не было ни необходимости, ни достаточного материала для обобщения. Поэтому для системы законодательства были характерны отдельные обособленные друг от друга и вполне независимые акты об охране отдельных видов объектов - произведений искусства, изобретений, а также средств индивидуализации товаров и товаровладельцев. Это были совершенно обособленные и полностью независимые друг от друга акты. При немногочисленности охватываемых ими сфер не было никакой потребности в общих положениях, а при очевидности различий между ними не существовало нужды в специальной дифференциации объектов и способов, видов охраны. Даже когда нормы об отдельных видах исключительных прав включались в кодексы (Гражданский кодекс РСФСР 1964 г., Основы гражданского законодательства 1991 г.), они все равно оставались обособленными и независимыми друг от друга институтами. Обобщающих положений об исключительных правах не было.

Подобная структура законодательства была универсальной и единообразной во всем мире. Так она строилась (и строится) во всех странах, на той же системе основаны и международные договоры. Обобщенного правового регулирования не было и нет.

За несколько последних десятилетий роль и место результатов интеллектуальной деятельности в жизни общества - и в развитии его духовного облика, и во влиянии на материальное производство - радикально изменились. Они приобрели иное значение, стали гораздо более весомыми, а потому их роль стала качественно иной. Система общественных отношений объективно претерпела существенные преобразования. Произошел своего рода “взрыв”: уже не некоторые, а все виды результатов интеллектуальной деятельности вышли на рынок. Потребовалась их обобщенная регламентация. Этот процесс еще недостаточно осознан, но, тем не менее, фактически, в реальной действительности, он происходит. Появилось много новых сфер интеллектуальной деятельности, результаты которой требуют правовой охраны и регулирования. Более того, эта проблема встала в отношении не только отдельных, а всех видов результатов интеллектуальной деятельности в целом.

Появилась потребность в охране биологических достижений, включая селекционные, равно как и интеллектуальных результатов, связанных с появлением новых технических средств. Появление ЭВМ породило не только новую группу технических достижений, получающих вещественное воплощение, возникла и необходимость их программного обеспечения, а это уже новый вид интеллектуальной деятельности. ЭВМ вызвали революцию в организации информационных отношений, возникла проблема охраны баз данных. Появление звуко- и видеозаписывающей аппаратуры породило проблему права на записи артистов-исполнителей, прав организаций, осуществляющих такие записи, распространение радио и телевидения поставило вопрос о правах студий на транслируемые ими передачи. И новым сферам нет числа. На очереди стоит, например, введение охраны достижений генетики, на эту тему стали проводиться международные конференции.

Но главное другое. Выявилась объективная необходимость охраны не только отдельных видов, а всех видов результатов интеллектуальной деятельности универсально. Показателем такой потребности явилось введение универсальной правовой охраны никак не формализуемых результатов интеллектуальной деятельности, секретов промысла, известных как “ноу-хау”. В их число оказались включенными такие ранее никак не охранявшиеся виды предложений, как организационные и экономические. Такие универсальные способы охраны не отменяют необходимости специальных систем для отдельных видов объектов, сочетаясь с ними. Более того, потребность в умножении и развитии таких специальных систем становится все более актуальной. Везде, где появляются новые виды объектов рыночных отношений, возникает потребность в правовой охране, а когда к этим объектам традиционные способы охраны неприменимы (чаще всего это именно так), зарождаются новые правовые институты. Охрана разрастается и возникает проблема ее упорядочения. Ситуация, при которой правовая охрана действует только в отношении отдельных видов результатов интеллектуальной деятельности, больше не отвечает объективным потребностям.

Наступает новый этап развития законодательства - его становления в обобщенном виде, сочетания общих и специальных актов, когда последние организуются первыми. Этот этап - следующая стадия кодификации гражданского законодательства. Первый этап был обобщением законодательства, действовавшего в сфере материального производства, он связывается с именем Юстиниана, осуществившем кодификацию в VI в.н.э. (можно считать, что ее истоки восходят к V в.д.н.э., к Законам XII таблиц, впрочем, далеко выходящим за рамки частного права). Второй качественно новый этап - это обобщение и кодификация обширнейшего и очень своеобразного законодательства, связанного с правовой охраной результатов интеллектуальной деятельности. Условия для него начали созревать во второй половине ХХ века. XXI век несомненно станет временем массированного развертывания необходимых для этого мероприятий.

При этом возникает много проблем. Требуется определить направления развития правовой регламентации для столь бурно эволюционирующей сферы, принципы организации законодательства, его кодификации.

Во-первых, нужно как-то согласовать имеющееся регулирование. В уже существующих нормах, относящихся к отдельным видам охраны, объективно есть много общего. Это общее надо выявить и последовательно провести по всей системе, исключив всякие отклонения, случайные и конъюнктурные. Это задача общей части кодификационного акта.

Во-вторых, надо выявить специфику разных видов охраны, их назначение, определить их соотношение. Разграничение разных способов охраны предполагает выявление принципиальных, существенных черт каждой из них, это относится к объекту, субъектам, к правовым средствам охраны и защиты и т.д. Это - задача особенной части кодификационного акта, подлежащей развитию и детализации в специальных законодательных актах.

В-третьих, в связи с появлением новых видов интеллектуальной деятельности постоянно приходится решать задачу обогащения системы правовой охраны. При этом неизбежно некоторое отставание. Остаются нерешенные вопросы, задача восполнения пробелов в правовом регулировании, заполнения вакуума, образовавшегося вследствие появления новых видов интеллектуальных продуктов. Общие положения в какой-то мере ослабят остроту этой проблемы, поскольку они будут подлежать применению и при отсутствии специального законодательства, но полностью трудности они снять не могут.

Имеется тенденция распространения на новые виды интеллектуальных продуктов традиционных видов охраны, тенденция естественная и вполне объяснимая. Но этот способ может быть использован только до определенных пределов, - когда традиционные приемы вполне соответствуют особенностям нового вида продуктов или когда распространенность нового вида интеллектуального продукта еще весьма ограничена. Многие примеры показывают, что развитие новых сфер деятельности выявляет полное несоответствие применяемых традиционных видов охраны к объектам, составляющим ее результат, отсюда неэффективность охраны, нарушение правильного соотношения между ее видами. Проблема усугубляется тем, что ряду “промежуточных” и по существу временных решений придается международный уровень и их уже нельзя изменить односторонним решением одного государства. Вопрос о новых специальных видах охраны стоит сейчас весьма остро.

Наконец, в-четвертых, надо решить вопрос о соотношении кодификационного акта и специального законодательства, о системе нормативных актов, ее отсутствие влечет за собой многие недоразумения и практические трудности.

Все эти ключевые проблемы могут быть решены только с помощью кодификации законодательства об интеллектуальных правах. Новый этап развития законодательства обусловлен тем, что все виды результатов интеллектуальной деятельности вышли на рынок

Известно, что предпосылкой кодификации является накопление опыта, кодификации в принципе подлежат уже устоявшиеся положения, ибо большая подверженность кодекса постоянным изменениям подрывает стабильность законодательства и противоречит идее кодификации. Такой опыт уже накоплен и проверен десятилетиями применения. Однако нужно отметить, что в некоторых случаях риск обоснован и включение в кодекс не апробированных еще до конца норм оправдано, особенно когда оно прокладывает дорогу дальнейшему развитию. При этом важно, чтобы проблема была тщательно исследована доктринально. Практика показывает, что такие нововведения иногда оказываются рациональными не только на национальном уровне кодекса, но и на международном уровне. Рассматриваемый проект практически не содержит таких новых положений, хотя может быть включение в него норм о некоторых единичных вновь зародившихся и широко распространившихся институтах было бы целесообразно.

Кодификация законодательства об интеллектуальных правах требует, прежде всего, создания его общих положений, фиксация которых имеет существенное практическое значение, без них дальнейшее развитие законодательства невозможно. Первый шаг в этом направлении сделан в части 1 Гражданского кодекса (Раздел 1 “Общие положения”), где статья 138 определяет не только содержание исключительного права (“интеллектуальной собственности). Она дает и первичную классификацию этих прав, выделяя права на результаты интеллектуальной деятельности, и права на приравненные к ним средства индивидуализации юридического лица, индивидуализации продукции, выполняемых работ или услуг, даже если они результатами творческой деятельности не являются. Часть 1 Кодекса содержит также и некоторые другие общие нормы об исключительных правах. Но естественно, что общие положения нуждаются в более детальной регламентации. Они олицетворяют качественно обновленную правовую систему, составляя ее центр.

В этой связи вызывает недоумение позиция, занятая кафедрой гражданского права Санкт-Петербургского университета, возглавляемой проф. Сергеевым. Она делает вид, что отвергает концепцию проекта ГК, которая, как известно, исходит из необходимости кодификации норм об исключительных правах, и основывается на выделении общих положений для всех видов таких прав. Даже если отвергнуть все остальное, признание общих положений означает принятие концепции развития законодательства, лежащей в основе проекта. Проф. Сергеев пытается создать впечатление, что его предложения об общей части принципиально отличаются от содержания проекта. Но это не соответствует действительности, принципиально он предлагает то же самое, отличия имеют лишь редакционный характер, причем предлагаемый текст достаточно беспомощен юридико-технически.

Научная добросовестность требует ссылок на источник заимствования, на оригинальный источник концептуальной позиции. Проф. Сергеев делает вид, что выделение общих положений, само собой разумеется, и все заслуги в создании предложенного им текста принадлежат ему. Между тем, подобных общих положений нет ни в законодательстве стран с развитой охраной исключительных прав (законодательство представлено там лишь обособленными и независимыми актами об отдельных видах прав), ни в основных литературных источниках. Все истоки предложения о выделении общих положений связаны с обсуждаемым проектом ГК. Отсутствие указаний на первоисточник объективно означает попытку выдать за свои чужие концепции и свидетельствует о недобросовестности или некомпетентности оппонентов. Идея общих положений, по меткому замечанию одного из участников дискуссии, за короткий срок прошла две стадии - первая “этого не может быть потому, что не может быть никогда”, и вторая “ну кто этого не знает”.

Но, так или иначе, уже выделение общих положений об исключительных правах означает торжество концепции обобщения всего законодательства об исключительных правах, его кодификации, нового этапа развития этого законодательства. Вопрос о полном или половинчатом решении этой задачи еще подлежит рассмотрению.

Предложенные в проекте общие положения не придуманы, они объективно существуют и взяты из уже существующего законодательства, обобщены, очищены от случайных наслоений, приведены в систему. Они выполняют функцию не только обобщения и юридической экономии, но и упорядочения всего регулирования. Задача заключается в их выявлении, закреплении и последовательной реализации. Они позволяют выправить отдельные отклонения, появившиеся в ходе исторического развития в силу случайных, конъюнктурных и т.п. факторов. Отступления от них должны допускаться только в случаях, специально оговоренных в законе.

Общие положения об исключительных правах должны выполнять ряд важнейших функций: предусматривать условия и порядок участия в экономическом обороте принципиально нового объекта - нематериального, не ограниченного в пространстве результата интеллектуальной деятельности; особо тщательно обеспечивать личные и социальные интересы творческих работников (авторов, исполнителей, изобретателей), иногда даже в ущерб “товарности” отношений, исходя из того, что объектом исключительных прав являются результаты творческой деятельности; устанавливать надлежащую правовую охрану интересов разного рода участников товарных отношений в сфере исключительных прав: творческих работников, работающих в этой сфере предпринимателей (издателей, продюсеров и т.п.) и государства, представляющего интересы всего общества; включать специальные правила об исключительных правах на результаты интеллектуальной деятельности, созданные при выполнении служебного задания, а также правила о правах государства на результаты, созданные за счет бюджетных и иных казенных средств; включать механизмы осуществления исключительных прав (договоры о передаче и предоставлении прав, управление правами и т.п.), а также защиты прав на очень специфический нематериальный объект.

Общие положения не только упрощают всю систему законодательства об исключительных правах, определяют руководящие принципы для отдельных институтов и облегчают их применение, но и создают основу правовой регламентации новых отношений в этой перспективной сфере человеческой деятельности, еще не урегулированных законом.

Но для полноценного упорядочения законодательства одних только общих положений недостаточно, это только первый шаг. Полномасштабное упорядочение требует не только выделения, закрепления и последовательного проведения общих положений, но и установления соотношения между отдельными видами исключительных прав, их функциями и сферой действия, особенно имея в виду их растущее многообразие. Для этого надо четко выделить виды исключительных прав, и определить для каждого из них основные принципиальные элементы по определенной схеме: объекты, субъекты, права и обязанности, основания возникновения (по факту создания или по регистрационной системе), действие во времени и в пространстве, переход и предоставление прав (договоры об уступке прав и лицензионные договоры), осуществление прав (самостоятельно или с помощью какого-то механизма), защита имущественных прав и защита личных и социальных интересов творческого работника. Это все гражданские права, именно эти позиции по каждому институту подлежат включению в кодификационный акт, они составят его особенную часть.

Кодификация принципиальных положений отдельных институтов не исключает, а предполагает существование специальных законов по этим институтам, но она призвана определять содержание этих последних, будучи для них обязательной и связывая в какой-то мере законодателя (до тех пор пока он не изменил соответствующие положения кодификационного акта). Поэтому в особенную часть подлежат включению и некоторые другие принципиальные положения, по которым целесообразно предопределить содержание специального законодательства, например нормы о правах творческих работников и правах государства. Но главная задача особенной части - закрепление положений, которые определяют сущность отдельных видов охраны и позволяют произвести их сопоставление в принципиальном плане. Предопределяющая роль особенной части для специальных законов является главной причиной возражений против ее включения в кодификацию (эта проблема подлежит отдельному рассмотрению). Но полноценная, полномасштабная кодификация невозможна без включения в нее как общей, так и особенной частей. Создание одной общей части есть тоже движение вперед, но оно представляет собой только половинчатой, промежуточное решение.

Регламентация принципиальных положений может быть использована для сопоставительных целей лишь в случае, если она произведена в одном акте. Иначе неизбежны если не известная расстыкованность институтов, то во всяком случае их неполная сопоставимость, т.е. одна из основных функций кодификации останется невыполненной. В условиях общей кодификации гражданского законодательства в Гражданском кодексе таким местом кодификации законодательства об исключительных правах может быть только этот законодательный акт.

При кодификации законодательства об исключительных правах нужно опираться на общие закономерности кодификации гражданского законодательства, уже апробированные многовековой практикой стран мира. Они отличаются от кодификации законодательства по другим отраслям права. В уголовном праве, например, все нормативные положения могут и должны быть включены в Кодекс. В гражданском праве, при обширности и детализированности нормативного регулирования, это невозможно. Его структура, при кодифицированной системе, складывается из Гражданского кодекса, состоящего из общих положений и особенной части. При этом если общие положения содержат детализированные нормы, в принципе не нуждающиеся в дальнейшем развертывании, то особенная часть включает в себя принципиальные положения, развернутая регламентация содержится в специальных законах (иногда они даже сопровождаются подзаконными актами) - основанных на этих принципиальных положениях. Правда, в эти специальные законы могут включаться нормы уже не только гражданского, но и других отраслей права (административного, уголовного, процессуального и т.п.)

Идея исключить из Гражданского кодекса особенную часть, ограничившись лишь специальными законами, отвергнута многовековой практикой. Наше отечественное законодательство тоже не идет (и не может идти) по этому пути. Общая часть ГК включает в себя как положения о всех видах юридических лиц, так и нормы об отдельных видах, касающиеся, например, акционерных обществ и обществ с ограниченной ответственностью. Это не помешало принятию специальных законов, посвященных этим видам юридических лиц. Точно так же, ГК содержит нормы об отдельных видах обязательств, это не послужило препятствием принятию специальных законов об ипотеке, лизинге, перевозке, страховании, кредитовании, расчетах и т.п. Только по отдельным, не очень развитым институтам, можно ограничиться положениями Кодекса, без принятия специальных законов. Итак, в гражданском праве всегда была и есть проблема соотношения Кодекса и специального законодательства. Опыт показал, что при упорядоченной системе законодательства нельзя ни обойтись без кодекса, ни ограничиться Кодексом, включив в него все регулирование. Нужно правильно распределить нормы между актами разного уровня, установить их соотношение.

Особенность гражданского законодательства заключается в том, что оно всегда строилось, по крайней мере, как “двухэтажное”, “двухъярусное”, “двухуровневое” образование. Ввиду обширности и разнообразия материала его невозможно построить на “одноярусной” основе, если иметь в виду именно кодификацию, а не что-либо иное, например, инкорпорацию. Так строится гражданское законодательство не только в России, но и в других странах, имеющих Гражданские кодексы.

Этот проверенный и устоявшийся в гражданском праве принцип следует распространить и на законодательство об исключительных правах при его упорядочении и кодификации. Нет никаких оснований устанавливать для него исключение.

В связи с этой проблемой нельзя не предъявить еще одну, вторую, претензию к кафедре гражданского права Санкт-Петербургского университета, возглавляемой профессором Сергеевым. Сила этой кафедры, составлявшей в прошлом гордость советской цивилистики и занимавшей передовые рубежи в мировой науке, славной именами Венедиктова, Черепахина, Иоффе, Аскназия и многих других выдающихся ученых, заключалась в том, что она стремилась и умела решать частные вопросы с учетом общих подходов к проблемам гражданского права в целом. Сейчас, нынешняя кафедра выступает против включения в ГК положений об отдельных видах исключительных прав, т.е. отказывается от использования для кодификации исключительных прав опыта гражданского права в целом, даже никак не обосновав свою позицию особенностями этой группы институтов. С глубоким сожалением приходиться констатировать, что традиции в прошлом одной из сильнейших цивилистических школ страны, рухнули.

Итак, основное возражение против рассматриваемого проекта ГК связано с наличием в ней особенной части, норм об отдельных видах исключительных прав, которые предлагается исключить. Это позиция ряда заинтересованных лиц (о ней чуть позже) которая выражена и озвучена проф. Сергеевым.

Противники включения в ГК норм об отдельных видах исключительных прав используют всего несколько аргументов и все они имеют формально-юридический характер. Первое из них связывают с возможным расхождением между отдельными нормами ГК и специальными законами. Но преодоление этой опасности находится в руках законодателя, прежде всего при подготовке текста ГК, а затем при внесении изменений в специальные законы, приведении их в соответствие с ГК. Это - общая проблема соотношения ГК и специального законодательства, возникающая и в отношении юридических лиц, в отношении страхования или перевозки. При сложной системе законодательства опасность противоречий между отдельными актами действительно существует, но бороться с ней надо с двух сторон. Ситуация намного упроститься, если при наличии расхождений высшую юридическую силу признать за Гражданским кодексом.

Второе возражение заключается в том, что законодательство об исключительных правах относится к бурно развивающейся и весьма динамичной сфере и включение особенной части в ГК затруднит де необходимые изменения. Но при этом не учитывается сложная структура гражданского законодательства, в которой ГК выражает начало стабильности, а специальное законодательство олицетворяет сферу, создающую возможность для динамики. Для ГК должны быть отобраны действительно принципиальные нормы, это задача законодателя. Но при необходимости в них тоже могут быть внесены изменения, разумеется, не поспешные. А основное пространство для текущего совершенствования в связи с развитием техники и общественных отношений составляет специальное законодательство.

Проект подвергается критике еще в одном отношении. Раздаются обвинения в противоречии некоторых его положений международным договорам. Но ни одного конкретного замечания никто не сделал. И ознакомление с текстом показывает, что перед проектом стояла безусловная задача обеспечить его полное соответствие международным договорам, в которых Российская Федерация не только участвует, но и собирается участвовать. Это требование вытекает из предписаний Конституции. Если бы несоответствия были обнаружены, проект подлежал бы безусловному исправлению.

На этом принципиальные разногласия исчерпываются. Если согласовать общую концепцию, принципиальные положения проекта, то подходящие варианты редакции, формулировок найти было бы не так трудно.

Однако приведенные соображения касаются только формально-юридических аргументов, внешней стороны дела, но не подлинных причин, внутренних мотивов существующих походов, которые почему-то не принято раскрывать. А такие мотивы существуют и именно они все определяют. Они диктуются интересами, которые имеют разные группы правообладателей. Некоторые из них активно борются за лидерство. Идет борьба за право определять в своих интересах правовой режим ценностей, только вошедших в экономический оборот и включенных в состав имущества, определять судьбу этого имущества.

Интеллектуальные продукты составляют отдельный сегмент рынка с особыми закономерностями. У него несколько видов участников. Их первую группу составляют творческие работники, авторы, которые заслуживают особого статуса не только как личности, создавшие результат, но и как естественные и единственно возможные первоначальные участники экономического оборота, являющегося для них источником существования - потому и на рынке, как правообладатели, они занимают особое положение. Автор имеет и должен иметь также права, выходящие за рамки экономического оборота, ибо творческий результат есть выражение личности автора, одно из проявлений прав человека.

Но положение сложилось так, что сейчас все интересы автора защищены слабо. Творческие союзы утратили свое былое влияние. И никто другой специально не отстаивает их интересы, не выступает в их защиту. Реально заботиться об интересах автора может сейчас только государство. Эффективно лоббировать эти интересы некому. Поэтому все “новшества” в законодательстве, даже чисто редакционные, объективно влекут за собой ущемление его интересов. По этому поводу можно привести множество примеров.

Вторая группа правообладателей представлена предпринимателями, занимающимися коммерческой эксплуатацией исключительных прав, которые наделены только имущественными правами (правами на использование), по идее их права ограничены участием в экономическом обороте, хотя и в разном качестве. Эта группа тоже не однородна. Она включает мелких и средних предпринимателей и тех, которые доминируют на рынке. Только последние имеют возможность проявить высокую активность. Среди них ведущее место принадлежит иностранным правообладателям, преимущественно американским. Заметна и активность международных организаций, представляющих предпринимателей. Примером может служить Международная Федерация Фонографической Промышленности. Именно эта группа доминирующих на рынке правообладателей является наиболее активным (если не единственным) лоббистом законопроектной деятельности, ведущих борьбу за влияние, за определение судьбы прав на интеллектуальный продукт. Это обеспечивает им выгодные позиции при конфликте интересов с другими группами правообладателей, например при борьбе с авторами за права на служебные результаты творчества. Разумного и справедливого компромисса удается добиться далеко не всегда.

Для того, чтобы проследить эффект влияния лоббистской деятельности на правовые системы, остановимся на одном примере.

С появлением и распространением электронно-вычислительной техники возник новый рынок - программ для ЭВМ и пришлось решать вопрос о системе правовой охраны этих программ. При отсутствии специальных правовых средств первоначально было принято решение использовать уже существующую систему - авторское право. Почти сразу же выяснилось, что такая охрана для массового правообладателя неэффективна, поскольку она не соответствует сути объекта, авторское право приспособлено к охране формы полученного результата, а в программах для ЭВМ важны прежде всего существо, содержание. Для того, чтобы избежать воровства программ, приходится прибегать к техническим средствам. Но монополисту, для которого существенно лишь правовое прикрытие, важно, что такую охрану легче всего получить, она не требует выполнения каких-либо формальностей и возникает автоматом, действуя на такой основе практически во всех станах мира. В то же время охрана содержательных результатов творчества требует очень сложной и дорогостоящей процедуры (подача заявки, экспертиза, государственная регистрация и т.п.), притом в каждой стране, где испрашивается охрана.

Круги, доминирующие на рынке, выломали руки всему миру и добились охраны программ для ЭВМ авторским правом как литературных произведений (!). Более того, им удалось обеспечить включение положений об авторско-правовой охране программ в международные договоры и пока они действуют с их условиями приходится считаться.

На рынке программ для ЭВМ доминируют сейчас американские предприниматели.

Из истории с программами для ЭВМ надо извлечь уроки на будущее. Введение охраны, не соответствующей сути объекта, стало возможным только благодаря обособленности законодательства по видам охраны. Законодательство, организованное в систему, исключило бы подобное манипулирование, сила логики превосходила бы экономическое могущество. Лоббировать разрозненные, обособленные, независимые друг от друга акты намного легче, чем собранные в кулак, в систему. Вот где корень всех возражений против предложенной системы кодификации исключительных прав - стремление некоторых кругов захватить новый богатейший рынок, иметь возможность устанавливать на нем порядок, соответствующий их интересам.

Еще одну очень важную категорию правообладателей представляет государство. Когда оно предстает как участник экономического оборота, особой специфики нет, его можно рассматривать как обычного “заказчика”. Но государство выступает в качестве инвестора чаще всего не на рыночной, а на властной основе, выделяя, например, деньги из бюджета. Тут оно занимает особое положение, но интересы казны тоже подлежат защите. К сожалению, по нашей традиции “государственное” понимается как принадлежащее всем и никому. Поэтому государство фактически не защищает свои интересы, хотя сделать ему это проще всего, не нужно даже никакой лоббистской деятельности. В действующем законодательстве права государства на этот случай просто не предусмотрены. Пробел попытались восполнить двумя указами Президента Российской Федерации, впрочем не вполне удачными.

Есть еще одна группа интересов, которые не связаны с правообладанием, и представляемых уже ведомствами. Для них интерес в законодательстве имеет уже не рыночный характер, он связан с борьбой за собственное положение, вес и влияние в обществе и государстве. Очень характерна в этом отношении позиция Роспатента, функции которого расширены в соответствии с постановлением Правительства РФ “О совершенствовании деятельности федеральных органов исполнительной власти в области авторского права и смежных прав” от 12 апреля 1999 г. № 413 (но это другой вопрос и другая повесть). Роспатент представил проект новой редакции патентного закона, закона о товарных знаках и некоторых других. Он возражает против включения в ГК глав, посвященных отдельным видам исключительных прав, поскольку в этом случае представленные им проекты пришлось бы задержать до принятия ГК и возможно подвергнуть изменениям - предварительно привести в соответствии с ГК. Объективно получается, что Роспатент понимает такое положение как противоречащее его интересам как ведомства. Столкновение общего и ведомственного интересов налицо. противоречие ведомственным интересам. Энергично и настойчиво лоббируя исключение из ГК глав об отдельных видах исключительных прав, Роспатент игнорирует назначение ГК, который призван поставить специальное законодательство в определенные рамки, ввести его в определенную систему. Выступая за изменение принципиального подхода к проекту ГК, Роспатент борется за свободу собственных рук.

Оценивая ход обсуждения проекта, приходится учитывать еще одну группу интересов. Чиновники международных организаций, построенных на традиционном национальном законодательстве, обособленном по видам исключительных прав, тоже заинтересованы в сохранении его структуры. Изменения неизбежно вызовут рано или поздно их реорганизацию со всеми вытекающими последствиями.

Все круги, рассчитывающие оказывать влиянием на правовую систему, заинтересованы в сохранении разобщенного законодательства, а не приведении его в систему. Поэтому они принимают все меры для того, чтобы сохранить его существующую структуру, несмотря на коренным образом изменившиеся объективные условия. Они используют все каналы давления и влияния. Одним из них стали международные организации.

Проект стал объектом беспрецедентного и можно сказать беспардонного давления из-за границы, в том числе и со стороны международных организаций, притом по вопросам, которые составляют исключительную компетенцию нашей страны. По ним не существует никаких международных обязательств и из-за границы могут поступать только добрые советы, но не безусловные требования. Например, вторжением во внутреннюю компетенцию государства, нарушением его суверенитета являются требования не к содержанию законодательства, обусловленные международными договорами, а к его структуре, соотношению кодекса со специальными законами. Особенно недопустимо когда такие требования предъявляются как условие приема Российской Федерации в международную организацию, в частности, в ВТО.

Неправомерность таких требований, их назначение как средства давления становится совершенно очевидным, когда обнаруживается их дискриминационный характер. В 1999 году в ВТО была принята Кыргызская Республика. А 5 декабря 1997 года ее Законодательное собрание приняло ч. П Гржданского кодекса Кыргызии, включающую в себя раздел V “Интеллектуальная собственность”. Этот раздел имеет принципиально ту же структуру, что и проект ГК Российской Федерации, и предусматривает ту же систему законодательства. Это никак не послужило препятствием для принятия в ВТО. А России заявляют, что в принципе та же структура законодательства может послужить безусловным препятствием для приема в ВТО. Разные подходы к двум государствам выглядят с точки зрения международного права более чем странно.

Одним из знамений современного этапа развития человечества является качественно возросшее значение интеллектуальной деятельности в жизни общества. Настала пора строить законодательство с учетом новых реалий, несмотря на все препятствия на этом пути.

ВОПРОС: Объясните пожалуйста логику статьи 1184 проекта. Кто на самом деле будет получать патент, если проектом предусмотрено, что право на получение патента принадлежит Российской Федерации, субъектам Российской Федерации, муниципальным образованиям ? Кому принадлежат права на результаты интеллектуальной деятельности ?

ДОЗОРЦЕВ В.А. В докладе представлялось правильным рассматривать только проблемные вопросы, концепцию всего проекта в целом. При обращении к отдельным положениям и нормам за деревьями можно не увидеть леса, потерять целостную картину. А при рассмотрении задаваемых вопросов вполне правомерно обращение к отдельным положениям. К числу важнейших из них относятся положения о правах государства на изобретения, созданные за счет казны.

Есть несколько субъектов, которым может принадлежать право на изобретение. Это автор, которому всегда принадлежат личные неимущественные права, непередаваемые и неотчуждаемые, и которому всегда принадлежат первоначальные имущественные права - право на использование изобретения, но эта вторая группа прав является передаваемой и отчуждаемой, она может переходить другим лицам, притом по разным основаниям. Автор всегда является субъектом прав на изобретение, даже когда он не имеет права на использование изобретение. Только лицо, имеющее это последнее право, принято именовать “правообладателем”, эта терминология условна, но она общепринята. Поэтому можно сказать, что автор является субъектом права на изобретение, даже когда он не является правообладателем, т.е. уже не имеет имущественных прав на изобретение.

Кому принадлежат имущественные права на служебные изобретения? Действует общий принцип, в силу которого первоначальное право на такое изобретение принадлежит его автору, но по договору с работодателем оно переходит к этому последнему. Однако первым, за кем это право реально закрепляется, является именно работодатель, переход к нему этого права совмещен с получением патента. Первоначальный характер права неправильно смешивать с очередностью, в которой это право закрепляется. Можно быть первым обладателем права, но не первоначальным. Эта юридическая конструкция имеет сугубо практическое значение. Если, например, выяснится, что лицо, претендующее а авторство, не является действительным автором, все производные права, в том числе и права на служебные изобретения, окажутся не существующими.

Основанием перехода первоначальных прав является, как правило, соглашение автора с другой стороной. Это так не только при отчуждении прав на уже созданное изобретение, но и при отчуждении прав на изобретение, создание которого еще только предстоит и предусмотрено тем или иным обязательством - по служебному заданию, по договору подряда и т.п.

Но основания перехода прав могут иметь и не гражданско-правовой, а публичный характер. Таким специальным основанием может быть выделение средств из централизованных государственных источников, прежде всего из государственного бюджета. Речь идет не просто о государственных средствах вообще, а только о средствах казны, как она определена в ч. 2 п. 4 ст. 214 ГК РФ, когда государство не выступает как заказчик по гражданскому праву, как субъект гражданского права, а осуществляет властные функции. Особенность государства заключается в том, что оно может предоставлять средства на только на гражданско-правовой, но и на властной основе. Нет никаких оснований лишать его прав на созданные за счет его средств изобретения и в этом случае. Права государства тоже имеют производный характер, их следует закреплять именно за государством, правообладателем должно становиться именно оно. Разумеется, осуществлять такие права будет та или иная организация, но она будет осуществлять не свои права, а права государства как другого субъекта. В качестве правообладателя должно быть обозначено именно государство. Это значит, что при распоряжении правами на такое изобретение (отчуждение, выдача лицензии), выгоды от такого распоряжения должно получать именно государство (деньги подлежат зачислению в государственный бюджет), а не организация, совершающая действия по осуществлению прав. Соответственно должен быть установлен и порядок использования таких изобретений. Следует различать государство и организацию, осуществляющую его права.

Есть мнение, что права на изобретения, созданные за счет казны, следует закреплять за организацией, где они созданы. Не могу с этим согласиться. Есть три вида субъектов, интересы которых подлежат защите: автор, организация, в которой создано изобретение и государство. Их интересы надо сочетать. Права на использование изобретения могут быть закреплены только за кем-то одним. Полагаю, что правильно и справедливо закрепит это право именно за государством. Интересы других лиц должны удовлетворяться другим способом. Например, можно установить, что в пользу авторов и организаций, где создано изобретение, производятся отчисления в определенном размере. Для взаимоотношений автора и организации в этом случае рационально использовать дополнительно механизм служебных изобретений.

Разумеется, надо различать и способы выделения казенных средств. Право должно закрепляться за государством, если средства выделены на проведение конкретной работы. При их выделении на деятельность организации в целом, без дифференциации по отдельным работам, т.е. закреплены за организацией в оперативное управление или хозяйственное ведение, изобретение должно иметь общий режим, установленный для результатов, созданных в организации, за ее собственный счет. При наличии промежуточного этапа (закрепление средств за организацией в оперативное управление или хозяйственное ведение для ее деятельности вообще, в целом), нет юридических оснований для закрепления за государством особых прав.

ВОПРОС: Есть опыт Португалии, Франции, где существует Кодекс интеллектуальной собственности, есть опыт Голландии, где объединили все законы, регулирующие экономическую деятельность и назвали Гражданским кодексом. Но есть ли хоть одна страна, в которой существует предлагаемая Вами система, то есть достаточно подробное регулирование вопросов интеллектуальной собственности в Гражданском кодексе и в специальных законах?

В.А. ДОЗОРЦЕВ. Россия станет не единственной, а первой страной, где законодательство развивается по этому пути. Объективные закономерности неумолимы. Ломать традиции труднее там, где они существуют более длительное время.

ВОПРОС: Что вы решили сделать с топологиями интегральных микросхем ? Почему о них нет упоминания в проекте?

ДОЗОРЦЕВ В.А. Проект устанавливает, что перечень объектов исключительных прав, содержащийся в ГК, не является исчерпывающим, но все такие объекты должны быть определены в законе, ибо абсолютные права могут быть установлены только законом. Отдельными законами могут закрепляться исключительные права и на те объекты, которых нет в ГК. Пока существует специальный закон об охране интегральных микросхем, они будут охраняться по-прежнему.

Включение же их в ГК наталкивается на некоторые трудности. Как известно международная конвенция, посвященная интегральным микросхемам, предусматривает разные возможности их правовой охраны - с помощью авторского права, патентного права или охраны sui generis. У нас выбран последний путь. А США и Япония вообще не ратифицировали конвенцию, которая пока не вступила в силу. Не последнюю роль играет некоторая нечеткость понятия интегральной микросхемы, отсутствие вполне определенных критериев, позволяющих отграничить ее от изобретений, некоторая аморфность в способах охраны и т.п. Памятуя о целесообразности включения в ГК только устоявшихся и стабильных норм, решили пока не включать охрану интегральных микросхем в ГК, тем более, что при наличии специального закона это не приведет ни к каким отрицательным последствиям.

ВОПРОС: Что делать с кинофильмами, которые согласно международным договорам являются объектами авторского права, а в какой-то статье проекта попали в смежные права?

ДОЗОРЦЕВ В.А. Произошло недоразумение, которые бывают не только при составлении проектов законов. Оно исправлено. Кинофильмы последовательно, по всему тексту проекта, относятся к объектам авторского права, их упоминание как объекта смежных прав исключено из текста.

ВОПРОС: Какова цель замены правовой терминологии, с учетом того, что существует официальный русский текст международных договоров, термины используются в действующих российских законах? В частности, в проекте Кодекса используется вместо термина “фонограмма” термин “звукозапись”.

ДОЗОРЦЕВ В.А. На этот вопрос приходится отвечать все время и его очень удобно рассмотреть на использованном в вопросе примере. Практически речь идет главным образом об использовании иностранной терминологии. Между понятиями “звукозапись” и “фонограмма” нет никакой разницы. Но в ст. 26 Авторского закона употреблены оба термина (и дополнительно говорится еще об “аудиовидеограмме”). Употребление в одном законе и даже в одной статье для одного понятия двух разных терминов может вызвать (и в данном случае действительно вызывает) только недоразумения, противоречит правилам юридической техники, требующей однозначности. Предпочтительно использовать терминологию, понятную адресату закона, имеющую смысл на языке закона, иностранные термины допустимы только в случае отсутствия на языке закона слова-термина, обозначающего соответствующее понятие. Имеется и иностранный опыт по этому вопросу - во Франции, например, действует специальное законодательство, допускающее использование нефранцузской терминологии только в исключительных случаях.

Термины “звукозапись” и “фонограмма” имеют вполне идентичный смысл, при этих условиях нет никаких оснований употреблять иностранное слово. Указанный принцип подлежит применению и в других случаях.

Что же касается терминологии, использованной в русском тексте международных договоров, то некоторые из них содержат разумное правило - в национальном законодательстве должны быть реализованы положения этих договоров по существу, при этом не обязательно воспроизводить их текст. Представляется, что это правило имеет общее значение, оно не действует только в случае, когда сам договор прямо предусматривает воспроизведение текста. Но и тогда вопрос с переводом может остаться открытым.

 

Доклад профессора Александра СЕРГЕЕВА

(Кафедра гражданского права Юридического факультета Санкт-Петербургского государственного университета)

Готовясь к сегодняшнему выступлению, я вообще не хотел касаться проекта третьей части Гражданского кодекса, подготовленной Рабочей группой Центра частного права, и собирался говорить только об альтернативном проекте, подготовленном коллективом кафедры гражданского права Санкт-Петербургского государственного университета. Но, поскольку Виктор Абрамович позволил себе сделать ряд замечаний, то я считаю, что мне также придется кое-что сказать о его проекте. Тем более, я заметил, что среди материалов, которые раздавались участникам, нет той пояснительной записки, которая сопровождала наш проект и в которой кратко были высказаны критические замечания в адрес проекта Рабочей группы, объяснялось само происхождение нашего альтернативного проекта и раскрывались его концептуальные положения.

ФЕДОТОВ М. А: Мы не размножали Вашу пояснительную записку, потому что исходили из принципа абсолютного паритета. К проекту, подготовленному Рабочей группой под руководством профессора Дозорцева, пояснительной записки не было, поэтому мы не раздавали участникам и Вашу пояснительную записку.

СЕРГЕЕВ А. П.: Начну с краткого анализа проекта Рабочей группы, не останавливаясь на анализе отдельных статей. Это заняло бы слишком много времени, так как по поводу каждой статьи можно высказать очень много критических замечаний.

Во-первых, на наш взгляд, является глубоко ошибочной сама идея примерно равного распределения нормативного материала между Гражданским кодексом и специальными законами. Все это неизбежно ведет либо к дублированию нормативного материала, к необходимости дословного повторения в специальных законах того, что записано в отдельных главах Кодекса, либо к “изъятию” из специальных законов всего, что есть в Гражданском кодексе, в результате чего специальные законы будут сведены к набору простых технических правил. Так, патентный закон сведется к изложению правил подачи заявки, обжалования решений и т.д. Будет начисто выхолощен цивилистический смысл этих законов.

Во-вторых, глубочайшим недостатком проекта Рабочей группы является ряд просчетов методологического характера, положенных в основу проекта. Самым ярким примером такой ошибки является сведение исключительного права только к имущественному праву, что “красной нитью” проходит по всему проекту, то есть личные неимущественные права оказываются вообще за пределами исключительных прав.

К сожалению, кроме рассуждений о том, что в Гражданском кодексе должны быть общие положения об интеллектуальной собственности, против чего в настоящее время никто из цивилистов не спорит, в выступлении Виктора Абрамовича не объяснялся ни один из методологических подходов, на основании которых составлялся проект. Куда делись личные неимущественные права? Почему некоторые объекты оказались не включенными? Это не результат забывчивости, это принципиальная позиция: можно не упоминать о топологиях, можно забыть о рационализаторских предложениях. Хотя никто из специалистов в этой сфере не говорит о том, что рацпредложения не нужно охранять. Объяснения этого сегодня не прозвучало, точно так же, как и объяснения того, почему же используется совершенно не принятая и в международных конвенциях, и в наших уже действующих законах терминология.

Не поддается никакому логическому объяснению сам принцип распределения нормативного материала между Гражданским кодексом и специальными законами. В результате некоторые, на мой взгляд, абсолютно малозначительные нормы (например, авторское право на проекты нормативных актов) предлагается закрепить в самом Гражданском кодексе. В кодексе решается такой “сверхпринципиальный” вопрос, как право авторства на интервью. Другие вопросы, которые действительно являются принципиальными (например, вопрос о свободном использовании объектов интеллектуальной собственности) в проекте даже не затрагиваются.

Проект вводит понятия и термины, совершенно расходящиеся как с положениями международных конвенций, так и с действующими российскими законами. Все это ведет не к сближению нашего законодательства с международным, а к его изоляции и ненужным коллизиям. Например, планируется введение охраны так называемых “сложных результатов творчества”. Что это такое, никто, кроме составителей, понять не может.

В проекте Рабочей группы отсутствует единый подход к самой системе расположения материала в отдельных главах, в частности, трудно понять, почему одни вопросы решаются в одних главах. В других главах точно такие же вопросы, которые возникают применительно к другим объектам, не решаются. В то же время в некоторых специальных главах дается буквально совпадающее по тексту решение отдельных вопросов, не вынесенное в общие положения.

Нельзя не отметить того, что многие нормы проекта имеют чрезвычайно низкий юридико-технический уровень. Уже сейчас они могут толковаться в самых различных смыслах. Юридико-технический уровень проекта не превосходит, как это должно быть, а во многом уступает положениям действующих законов, которые тоже не идеальны, но более четко решают многие вопросы.

Принятие проекта в том его виде, в каком он существует, неизбежно приведет к отмене практически всех действующих законов об интеллектуальной собственности. Составители проекта скромно говорят о возможности внесения “некоторых изменений”. Реально это означает, что авторский закон, патентный закон должны быть отменены , и вместо них должны быть приняты новые законы, либо, по крайней мере, эти законы должны быть приняты в новой редакции, потому что простыми изменениями не обойтись. Это будет означать, что весь шестилетний опыт очень трудного внедрения в жизнь законов об авторском праве, патентном праве будет просто отброшен. Нашей стране придется все в этой области начинать практически заново.

Рассматриваемый проект имеет множество и других недостатков, однако я считаю, что уже одни только отмеченные недостатки свидетельствуют о том, что он не может быть даже принят за основу при разработке проекта третьей части Гражданского кодекса. На все эти и многие другие недостатки разработчикам уже неоднократно указывалось на протяжении последних четырех или даже пяти лет. Об этом писалось в специальной литературе, в печати. Как показали обсуждения на различных конференциях, семинарах, подавляющее большинство специалистов отвергают этот проект, считают, что он не только не принесет никакой пользы в деле охраны интеллектуальной собственности, но и повлечет негативные последствия. Аналогичную позицию заняли и представители международных организаций. Однако все эти критические замечания учтены не были, в проекте изменялись только отдельные детали, ошибочная концепция, положенная в основу проекта, остается неизменной. Именно в связи с этим, а не по причине каких-то обид, о которых здесь упоминалось, родилась идея подготовки альтернативного проекта. Нужно выйти из той тупиковой ситуации, в которую загнали себя сами разработчики, находясь уже пять лет в плену изначально ошибочных идей.

Теперь я хотел бы перейти к краткой характеристике альтернативного проекта, составленного коллективом кафедры гражданского права. Речь идет о трех принципиальных положениях. Прежде всего, мы исходили из того, что регулирование отношений интеллектуальной собственности должно осуществляться специальными законами. Ни в одной стране мира правила об интеллектуальной собственности не включены в развернутом виде в Гражданские кодексы. Наш отечественный опыт свидетельствует о том, что этого никогда не было и в России. Лишь в достаточно краткий по историческим меркам период, с 1964 по 1993 год, правила только об одной подотрасли, а именно, об авторском праве, содержались в Гражданском кодексе РСФСР 1964 года. До этого действовал специальный закон в области авторского права. Те положения, которые были в Гражданском кодексе и в Основах законодательства Союза ССР и республик применительно к другим объектам интеллектуальной собственности, носили характер деклараций, действовало специальное законодательство, подзаконные акты. Регулирование рассматриваемых отношений специальным законодательством - это обычно принятая не только мировая, но и наша отечественная практика. В связи с этим в раздел V части третьей Гражданского кодекса Российской Федерации предлагается включить лишь одну главу, которая будет содержать общие положения об охране интеллектуальной собственности. Предлагаемый нами проект содержит шестнадцать статей, которые посвящены решению общих вопросов.

Мною еще в 1995 году была подана разработчикам проекта докладная записка, в которой я стремился сформулировать общие положения, необходимость включения которых в Гражданский кодекс не вызывает сомнений, и доказывал ошибочность попытки наряду с общими положениями регламентировать в нем подробно авторское право, патентное право и т.д.

Регулирование отношений, связанных с интеллектуальной собственностью, должно осуществляться специальными законами. Такое решение позволит избежать дублирования, снимает проблему коллизии этих актов, а специальные законы не будут сведены к техническим правилам, из которых будет совершенно выхолощен цивилистический смысл. Действующие законы нуждаются в совершенствовании, они не идеальны, однако исправлять надо непосредственно их, а не переносить центр тяжести правового регулирования на Гражданский кодекс. Такова первая наша концептуальная посылка.

Второй исходный момент заключается в том, что в проект предлагается включить лишь те нормы, которые распространяют свое действие на все без исключения объекты интеллектуальной собственности. Если существуют какие-то особенности применительно к отдельным объектам, то в проекте указывается, что эти особенности могут быть регламентированы федеральными законами. Такой подход позволит обеспечить единое решение вопросов охраны различных объектов интеллектуальной собственности, задать необходимые рамки специальным законам, которым они сейчас, на мой взгляд, соответствуют, и наконец, это позволит сформулировать ряд норм-принципов, которыми можно будет руководствоваться при наличии в специальных законах каких-либо пробелов, существование которых, как показывает законодательный опыт, неизбежно.

Наконец, третья посылка, это включение в наш проект лишь относительно стабильных норм, рассчитанных на длительный период действия. Изменения в правовом регулировании, вызываемые научно-техническим прогрессом, могут учитываться путем совершенствования специальных законов без необходимости внесения соответствующих изменений в Гражданский кодекс.

Теперь в оставшееся время я попытаюсь кратко прокомментировать наш проект, чтобы показать, чем же он все-таки принципиально отличается даже от тех общих положений, которые имеются в проекте Рабочей группы. Проект начинается со статьи, которая посвящена законодательству в этой области. Эта статья в проекте Рабочей группы Центра частного права вовсе отсутствует. В этой норме воплощена основная идея: Кодекс закрепляет основные виды объектов и устанавливает общие начала регулирования отношений, связанных с интеллектуальной собственностью. Далее подчеркивается, что конкретное правовое регулирование обеспечивается специальными законами, соответствующими общим положениям. На отношения, связанные с интеллектуальной собственностью, предлагается в полной мере распространить положения о договорах и обязательствах, а также общие положения, закрепленные в Гражданском кодексе.

Вторая статья посвящена объектам интеллектуальной собственности. Все объекты названы так, как это принято в международных конвенциях и в действующих законах. Чем меньше будет расхождений с международными конвенциями, с законами других стран, тем будет лучше. Никаких замен “фонограмм” “звукозаписями” мы поэтому не пытаемся делать. Перечень объектов оставлен открытым. Мы постарались указать известные нам объекты, необходимость охраны которых не вызывает сомнений, в том числе топологии интегральных микросхем и рационализаторские предложения. Я ни разу не встречал в литературе мнение серьезного ученого, специалиста, ставящего под сомнение охрану рационализаторских предложений. Я лично считаю, что должны охраняться и научные открытия, но такое положение в проект нами включено не было, чтобы не вызывать дополнительных споров. Хотя то, что мы в начале 90-х годов обошлись с системой правовой охраны открытий, по моему мнению, это один из примеров того, как мы отбрасываем тот положительный опыт, который был накоплен в прошлые годы. В этой же статье выражена и еще одна мысль, которой вообще нет в проекте Рабочей группы: указывается на то, что не допускается одновременная охрана одного и того же результата интеллектуальной деятельности в качестве разных видов объектов: либо это объект авторского права, либо объект патентного права и т. д. Это актуально, например, для произведений декоративно-прикладного искусства и промышленных образцов. Одновременно указывается, что в случаях, предусмотренных законом, это возможно. Так, допускается одновременная охрана словесного обозначения как фирменного наименования и товарного знака.

Третья статья (ст. 1112) содержит диаметрально противоположное проекту Рабочей группы определение состава понятия исключительные права. Мы все-таки предпочитаем пользоваться общепринятым в мире термином “право интеллектуальной собственности”, но при этом для удобства и для “разнообразия стиля” иногда употребляем термин “исключительные права”. Кроме того, в уже принятой первой части Гражданского кодекса оба термина были приравнены. К исключительным правам этой статьей отнесено не только имущественное право, которому по желанию правообладателя можно дать денежную оценку, право на использование, но и личные неимущественные права, которые носят, пожалуй, еще более исключительный характер, чем права имущественные. Здесь же указывается на то, что возможны исключения. Сама суть “исключительности” в том, что такое право принадлежит одному лицу и никому другому, но существуют такие объекты, право на которые может принадлежать одновременно разным лицам. Типичный пример: наименование места происхождения товара, так как им могут пользоваться все предприятия, находящиеся в соответствующей местности и производящие товар с соответствующими свойствами.

В следующей статье (ст. 1113) выражена идея о том, что передача права собственности на материальный носитель не влечет передачи авторских и иных прав на сам объект интеллектуальной собственности, но подчеркивается: “за исключениями, указанными в законе”. Специалисты знают, что иногда передача материального объекта влечет и передачу некоторых прав. Типичный пример: продажа художником картины и возможность собственника ее выставлять и т. д. Права автора при этом охраняются правом доступа. В нашем проекте подчеркивается, что собственник материального носителя должен уважать права создателя и не использовать этот материальный носитель так, что это приносит моральный, а иногда и материальны ущерб создателю.

В статье, посвященной действию права интеллектуальной собственности на российской территории (ст. 1114), указывается на то, что в установленных законом или договором случаях права на объекты интеллектуальной собственности могут быть ограничены определенной частью Российской Федерации или даже более узкими рамками. Таково право на рационализаторское предложение, действующее в рамках предприятия, или ограничение прав по договору. Одновременно закрепляется в качестве общего принцип действия права на всей территории Российской Федерации.

Важными являются положения о моменте возникновения исключительного права. В проекте Рабочей группы указывается на два таких момента: создание (применительно к объектам авторского права) и регистрация (для объектов патентного права). Разработчики забыли еще об одной категории объектов, права на которую возникают с момента начала их использования. Типичным примером является фирменное наименование. Я считаю принципиальным, что регистрация фирменных наименований, которой бы придавалось конститутивное значение, вводиться не должна. Это будет серьезной ошибкой. Мировой опыт показывает, что есть права, возникающие так называемым “явочным порядком”, с момента начала использования. В отношении возникновения прав у иностранцев и у российских граждан в нашем проекте применено традиционное решение.

В статье, посвященной срокам охраны (ст. 1115), принципиально новой является мысль о том, что обладатель права интеллектуальной собственности может еще до истечения сроков охраны добровольно передать свой объект в собственность общества, сделать его общественным достоянием. Эта проблема каким-то образом “выпала” из поля зрения разработчиков. В мировой практике это довольно распространенная практика, особенно в сфере программирования. В некоторых странах достаточно простого публичного заявления автора о том, что он передает свой объект интеллектуальной собственности в общественное достояние. В этом заинтересованы также многие начинающие авторы.

Следующая статья (ст. 1116) посвящена личным неимущественным правам. Такая статья отсутствует в проекте Рабочей группы, о личных правах составители этого проекта практически забыли. В нашем проекте подчеркивается, что речь идет о личных правах создателей творческих результатов, так как специалисты различают просто результаты интеллектуальной деятельности и творческие результаты. Все без исключения права творцы таких результатов получают, право авторства и право на имя. Эти права возникают и на селекционные достижения, и на объекты патентного права. Почему в проекте Рабочей группы указывается только право авторства, а право на имя не упоминается, остается непонятным. В виде исключения предлагается закреплять личные неимущественные права и за юридическими лицами, например, киностудиями, указывающими свое наименование в титрах фильма, издательствами, выпускающими энциклопедии, словари и т.д.

В статье, посвященной имущественным правам обладателей интеллектуальной собственности (ст. 1117), выражена принципиальная идея о предоставлении возможности правообладателю использовать объект любым способом и в любых формах, то есть подчеркивается, что перечень прав не является исчерпывающим. Только в случаях, указанных в законе, он становится ограниченным. Таков, например, закон о селекционных достижениях, в котором исчерпывающим образом определены права разработчика. Устанавливается, что эти имущественные права могут либо переходить другим лицам в силу закона, либо передаваться на основании договора. Я не отношу себя к принципиальным сторонникам того, что предметом договора всегда является передача права. Можно говорить о передаче права или выдаче разрешения. Но в нашем проекте заложена идея о том, что предметом договора (как авторского, так и лицензионного в патентном праве) является передача самих прав. Сделано это было по той простой причине, что если сейчас в Кодексе записать иное, то придется “перекраивать” многие из действующих законов. Передаются ли по авторскому договору права или выдается только разрешение - это вопрос, на мой взгляд, сугубо теоретический. В практическом же плане более полезно указать на то, что права переходят, а вопрос, какие права, т.е. исключительные или неисключительные, в практическом отношении не порождает никаких проблем.

В статье, посвященной договорам (ст. 1118) , сделана попытка в общей норме, распространяющейся на все договоры, указать на те императивные, а также, диспозитивные правила, которые сейчас выражены в авторском законе лучше, чем в других законах. Патентный закон, к сожалению, ничего о договорах не говорит, он более “силен” в других разделах. Авторский закон не идеален, но в нем все-таки выражена идея о том, что права, прямо не названные, считаются не переданными, что передавать права дальше (третьим лицам) можно только в случаях и пределах, указанных в договоре и т.п.. Между тем, это общие положения, имеющие базовое значение не только для авторского и патентного права, но и для иных институтов интеллектуальной собственности.

Статья 1119 появилась, главным образом, из-за второго своего пункта, поскольку в первом пункте закреплено в общем-то очевидное положение: раз мы говорим, что авторские, лицензионные договоры - это гражданско-правовые договоры, то действует общее правило о том, что вознаграждение определяется по соглашению сторон. Но в авторском праве, патентном праве и иных институтах права интеллектуальной собственности очень важно, чтобы действовали минимальные ставки авторского вознаграждения. Именно в этом выражается забота о социальных приоритетах, присутствующая в нашем проекте и отраженная в нем лучше, чем в проекте Рабочей группы, поскольку в последнем было просто “забыто” о минимальных ставках вознаграждения. Конечно, речь идет только о тех результатах интеллектуальной деятельности, которые носят творческий характер. “Нетворческие” результаты интеллектуальной деятельности, например, товарный знак, могут передаваться за любую цену.

Принципиальное значение имеют следующие две статьи (ст. ст. 1120-1121), которых нет в проекте Рабочей группы. В них содержится указание на то, что во всех подотраслях возможны случаи, когда без согласия правообладателя объекты могут использоваться, но правообладателю полагается за это вознаграждение. Это принудительные лицензии в патентном праве, так называемые “чистые кассеты” в авторском праве и т.д. Такая общая норма действует во всех институтах права интеллектуальной собственности. Следующая статья посвящена случаям свободного использования. Совершенно непонятно, почему разработчики проекта Центра частного права забыли об этом очень важном правиле, о том, что свободное использование, во-первых, допускается только в случаях, указанных в законе (исчерпывающий перечень), во-вторых, свободное использование объектов интеллектуальной собственности допускается только тогда, когда это не наносит ущерба их нормальному использованию. Пожалуй, единственный общий для всех видов случай свободного использования - использование в личных целях, закрепленное в нашем проекте. Все остальные конкретные случаи должны быть оговорены прямо в специальных законах с учетом закрепленных в Гражданском кодексе принципов.

Еще одна проблема, которая в проекте Рабочей группы, к сожалению, не решена вовсе, - это проблема прав на результаты служебной деятельности, решаемая, в принципе, одинаково, в авторском и патентном законах, в законе о селекционных достижениях, в законе о правовой охране топологий интегральных микросхем и других. Имущественные права принадлежат работодателю, а автору гарантируется право на вознаграждение. Лучше всего эта мысль выражена в патентном законе, который в наибольшей степени охраняет права разработчика. В нем прямо записано, что разработчику полагается вознаграждение, соразмерное прибыли, получаемой работодателем при реальном использовании или таком использовании, которое должно было осуществляться. В авторском законе эта же мысль выражена чрезвычайно беспомощно. В нашем проекте предлагается записать в общих положениях, что создатель любого результата творческой деятельности имеет право на получение соразмерного вознаграждения. В той же статье содержится правило, предусматривающее в случае неиспользования работодателем без уважительных причин разработки в течение определенного в специальном законе срока переход самого права на использование к разработчику. Это и есть реальная забота о социальных приоритетах авторов, о которых так радеет Виктор Абрамович.

Статья 1123 посвящена осуществлению прав интеллектуальной собственности. Указываются традиционные положения: не должны ущемляться права других создателей (создатели объектов смежных прав не должны нарушать права авторов, создатели дополнительных изобретений не должны нарушать права создателей основных изобретений и т. п.). В этой же статье в общем виде закреплена идея о том, что права могут осуществляться как на индивидуальной, так и на коллективной основе. Конкретное регулирование этих коллективных начал в управлении должно быть отражено в специальных законах. Для авторского права необходимость коллективного управления очевидна. Существуют также коллективные товарные знаки, патентные пулы и т. д. Таким образом, коллективное управление - общепринятое явление для всех объектов интеллектуальной собственности.

В следующей статье (ст. 1124) указывается на государственные пошлины. Признаюсь сразу, что эта статья сформулирована, на мой взгляд, не совсем удачно, создает иллюзию того, что проектом вводится специальная регистрация и устанавливаются специальные пошлины за нее. Имеются в виду, конечно, только те случаи, когда закон этого требует (регистрация объектов патентного права, программ для ЭВМ, баз данных и т. д.). Размеры пошлин определяются Правительством Российской Федерации.

Новые положения в отношении защиты прав интеллектуальной собственности (ст. 1125) включают две принципиальные идеи. Нарушением права интеллектуальной собственности является любое действие, которое так или иначе нарушает это право. В проекте эта же самая мысль выражена еще раз иными словами: защита прав интеллектуальной собственности обеспечивается против любого нарушения, то есть нарушитель, независимо от того, допустил ли он нарушение виновно или невиновно, объективно является нарушителем. По крайней мере, такие средства защиты, как пресечение действий, должны действовать против любого и даже невиновного нарушителя. Эта проблема является особенно актуальной для нашей страны. Создаются различные “подставные” фирмы, выбрасывающие на рынок партию контрафактной продукции и затем бесследно исчезающие. Поймать их достаточно сложно, а взять с них практически нечего. Но есть, например, типографии, заводы грамзаписи, принимающие от таких “пиратов” продукцию для воспроизведения, не спрашивая, есть ли у них авторский договор, лицензия или нет. Еще в прошлом веке императором Николаем I было установлено правило, согласно которому типографии запрещалось принимать к печатанию книгу, если издатель не покажет авторский договор, по которому он приобрел соответствующие права. Есть также магазины, которые принимают к реализации контрафактную продукцию, а затем утверждают, что не обязаны и не могут устанавливать, контрафактная она или нет. Для применения мер ответственности требуется наличие вины, но необходимо изымать саму контрафактную продукцию, нанести экономический ущерб таким торговцам, торгующим явно контрафактной продукцией, даже если вину их доказать невозможно.

В той же статье раскрывается понятие контрафактности как нарушения имущественных прав, потому что, к сожалению, в судебной практике под контрафакцией понимают часто что угодно. Далее зафиксирована мысль о том, что ответственность наступает при вине, но если речь идет о предпринимателях, то не существует никаких оснований не применять к ним общие положения, закрепленные в части 3 статьи 401 Гражданского кодекса. Предприниматель должен отвечать на началах риска, а не вины. Только так мы сможем обеспечить реальную защиту авторских прав. В проекте Рабочей группы применено диаметрально противоположное решение этой проблемы.

В заключение хочу отметить следующее. Сейчас много говорится о том, что Российская Федерация должна войти в мировое сообщество, вступить в ВТО, но, наблюдая за реальной политикой в этой области, я, как специалист, вижу, что проблема охраны интеллектуальной собственности не только реально не решается, но даже по-настоящему не осознана на государственном уровне. Если государство является одним из главных “пиратов”, не закладывая в смету финансирования государственных телерадиовещательных компаний выплату авторского вознаграждения, если вся борьба с пиратством сводится к организации (обычно перед приездами представителей ВОИС) рейдов необученных сотрудников ОБЭП, громящих киоски и конфискующих все подряд, а потом не знающих, что делать с этим материалом, если до сих пор не задумались над тем, что надо в правоохранительных органах проводить соответствующую работу, то, мне кажется, существующая в настоящее время ситуация сохранится либо даже ухудшится. Ни о каком экономическом сотрудничестве, повышении авторитета нашей страны даже речи быть не может. Подписывая договор с ЕС о партнерстве и сотрудничестве, вступивший в действие в 1997 году, Российская Федерация приняла на себя обязательство не только принять необходимые законы, но и обеспечить реальную их работу, реальную охрану интеллектуальной собственности. Именно эта задача ставится как условие полноценного сотрудничества.

ВОПРОС: В Вашем проекте и в проекте Вашего оппонента подчеркивается важность общей части, в то же время, ни в одном из проектов нет формально-логического определения объекта интеллектуальной собственности.

СЕРГЕЕВ А. П.: Эта проблема затрагивалась на кафедре гражданского права Санкт-Петербургского университета, а в научной литературе она обсуждается уже более века. Но никто не смог пока предложить формулировку тех конкретных признаков объекта интеллектуальной собственности, которые бы распространялись на все объекты. Они настолько многообразны, что это невозможно. Проблема охраны идей, теорий, гипотез состоит в следующем: все ученые говорят “надо охранять”, но никто пока не предложил, как охранять. Я считаю, что попытка нашей страны охранять открытия была значительным вкладом в мировой опыт, но, к сожалению, сейчас этот опыт не используется.

ВОПРОС: В вашем перечне охраняемых объектов интеллектуальной сосбственности нет действий по пресечению недобросовестной конкуренции. Почему нет также таких объектов, как произведения народного творчества?

СЕРГЕЕВ А. П.: Что касается недобросовестной конкуренции, то существует две причины. Во-первых, мы должны смотреть правде в глаза, и признать, что борьбы с недобросовестной конкуренцией у нас нет, как нет и четкого определения недобросовестной конкуренции. В законе о конкуренции и ограничении монополистической деятельности существует только одна статья, сведенная в 1995 году к тому, что недобросовестная конкуренция - это нарушение прав на объекты интеллектуальной собственности. В настоящее время в России нельзя наказать за явную подделку внешнего вида изделия, за любые другие подобные действия. Второе, уже теоретическое соображение. Когда мы говорим о борьбе с недобросовестной конкуренцией, то отсутствует тот объект интеллектуальной сосбственности, который есть в авторском праве, в патентном праве и т.д. Если в дальнейшем борьба с недобросовестной конкуренцией будет включена в проект, то особых возражений с моей стороны не возникнет.

В отношении произведений народного творчества, в которых автора невозможно индивидуализировать. Полагаю, это наиболее актуально для некоторых стран Азии и Африки. Для развитых европейских стран это не характерно. Кроме того, произведения народного творчества не “вписываются” в объекты авторского права. Впрочем, это не принципиальное соображение, но я лично против охраны произведений народного творчества. Лучше, если они будут общим достоянием.

ВОПРОС: В Патентном законе 1992 года произошел отход от существовавшей ранее концепции, не рассматривавшей ввоз запатентованных товаров как использование. Такая концепция принята в большинстве стран и в настоящее время. Проект Гражданского кодекса Вашего оппонента также характеризует ввоз запатентованной продукции в качестве использования.

СЕРГЕЕВ А. П.: Наш проект содержит лишь общие положения. Такие вопросы должны решаться в Патентном законе. По моему мнению, было бы целесообразно внести изменения в Патентный закон, чтобы ввоз не считался использованием на российской территории. Большинство стран рассматривает в качестве обязанности патентообладателя именно реальное использование объекта на соответствующей территории,

ВОПРОС: Почему в Ваш проект, также как и в проект профессора Дозорцева, “перенесены” из Закона об авторском праве 1993 года личные неимущественные права, непередаваемые, и исключительное имущественное право, которое передаваемо. Это принципиальная позиция? С точки зрения классической теории гражданского права она выглядит достаточно странной.

СЕРГЕЕВ А. П.: Это очень сложный вопрос. Чтобы охарактеризовать понятие “исключительность”, необходимо изучить историю этого термина. Мне кажется, что Вы находитесь в плену тех ошибочных идей, которые господствовали в советское время. Даже такой признанный “рыночник”, как Ирина Витальевна Савельева в своей монографии 1986 года пыталась доказать, что исключительность - это неотторжимость от личности автора. Если обратиться к истории этого термина, к мировому опыту его понимания, то исключительность - это, скорее всего, монополия создателя или другого правообладателя на созданный им объект: только он может его использовать, только он может обладать такими правами, как право авторства, право на имя и т.д. И личные неимущественные, и имущественные авторские права являются исключительными правами. Вопрос “передавать или не передавать” никак, на мой взгляд с пониманием исключительности не связан.

ВОПРОС: Вы в своей монографии жалеете о том, что нет авторского права на интервью, на дневники, на письма. В проекте Рабочей группы “право на интервью” упоминается, а в Вашем проекте его нет. Почему?

СЕРГЕЕВ А. П.: Я не отказываюсь от своих утверждений о том, что необходимо охранять такие права, как право на письма, интервью. Но вопросы такого рода не требуют решения на уровне Гражданского кодекса. Все они могут быть успешно разрешены в авторском законе.

Я бы хотел сам задать вопрос Виктору Абрамовичу, когда ему будет предоставлено слово, чтобы он пояснил обидное для кафедры утверждение, в чем заключается беспомощность стиля изложения, который я, конечно, не идеализирую, поскольку наш проект писался не четыре года, как проект Рабочей группы, а несколько дней. Я не претендую на то, что в нашем проекте нет никаких погрешностей стиля, но хотел бы, чтобы Виктор Абрамович конкретно показал, в чем же заключается “беспомощность”? Почему-то профессору Толстому, читавшему наш проект, его стиль столь беспомощным не показался. Во-вторых, я бы просил Виктора Абрамовича пояснить, в чем он видит совпадение общей части наших проектов. Я считаю, что общие положения в наших проектах решены по-разному.

Выступления в прениях

Доктор Михай ФИЧОР

(эксперт Всемирной Организации Интеллектуальной Собственности)

Это большая честь для меня принимать участие в таком совещании и говорить на столь важную, сложную и деликатную тему. Мне было предложено проанализировать два проекта: один на ста двадцати двух страницах, другой на десяти. Теперь я знаю, что первый из них является проектом профессора Дозорцева, а второй - профессора Сергеева. Проект профессора Дозорцева - это не очень новый вариант того проекта, о котором Всемирная организация интеллектуальной сосбственности уже высказывала свое мнение не менее трех раз. Это мнение было доведено до сведения Государственной Думы, Министерства иностранных дел Российской Федерации и постоянного представительства в Женеве.

Я не работаю теперь помощником генерального директора ВОИС в области авторского права, являюсь профессором одного из университетов в Будапеште. Поэтому я могу занимать совершенно независимую от ВОИС позицию. Но я совсем согласен с мнением ВОИС: не следует включать такие подробные, детализированные нормы в Гражданский кодекс. Г-н Богш, бывший генеральный директор ВОИС, был искренним другом России и придерживался той же точки зрения. Г-н Идрис, новый генеральный директор ВОИС, хотел бы дать самые лучшие и полезные советы. Не только ВОИС, но практически все важные международные организации советуют не включать положения проекта Рабочей группы в Гражданский кодекс. К этим советам стоило бы прислушаться. Предлагаемой профессором Дозорцевым системы нет нигде в мире. Кодекс Франции не является никаким “шагом” в таком направлении. Если бы кто-нибудь захотел указать на Гражданский кодекс Италии, подписанный Беннито Муссолини, как исключение из общего правила, то следует вспомнить, что этот кодекс содержал только основные нормы об интеллектуальной собственности, как в проекте профессора Сергеева. Законодательство других стран работает хорошо, с отличными результатами. Полагаю, что рассматриваемый вопрос не является просто “национальным” вопросом. Когда-то один профессор в Нидерландах выдвинул идею о включении норм в гражданский кодекс, но реализована она не была. Я предлагаю вам ознакомится со статьей профессора Дитца из института Макса Планка, опубликованной в № 5-6 журнала “Юридический консультант” за 1997 год. Профессор Дитц хорошо знает историю развития советского законодательства в этой области. В этой связи он правильно указывает, что проект Рабочей группы отличается от того, что было в Советском Союзе, но в 1992 и 1993 годах Российская Федерация приняла целый ряд новых, современных законодательных актов в данной сфере. Конечно, дальнейшее совершенствование необходимо. Но это не значит, что срочно должны приниматься новые законы. Новые нормы могут быть закреплены в форме изменений существующих законов. Я не вижу потребности в создании нового регулирования интеллектуальной собственности в рамках Гражданского кодекса и полагаю, что это было бы опасно. Могут возникнуть законодательные несоответствия и противоречия. По-моему, включение подробных норм в Гражданский кодекс приведет к совсем обратному результату, не послужит укреплению стабильности. Гражданский кодекс является одним из краеугольных камней законодательства, он призван устанавливать основы правоотношений на длительный период времени. Интеллектуальная собственность является чрезвычайно динамичной категорией. Ее развитие в значительной степени зависит от научно-технического прогресса, а в последнее время еще и от глобальных экономических отношений. В этой области чрезвычайно велики потребности скорейших законодательных изменений. Законодательство в этой области в большой степени определяется международными договорами. Современное регулирование включает все более и более административных и процессуальных элементов, которые не могут быть отделены от других важных норм и не могут быть полностью включены в гражданский кодекс.

Авторы проекта включили в него не только основные принципы, но и множество подробностей. Результатом принятия проекта была бы прежде всего юридическая неуверенность. Сам проект содержит противоречия, повторения, противоречит международно-правовым нормам. Но подлинная проблема этого проекта - это его структура, ее не изменить внесением каких-либо изменений.

Что касается количества норм, то представляется, что наиболее верным было бы решение, предлагаемое профессором Сергеевым. Его проект действительно содержит только настоящие, основные, принципиальные нормы. Думаю, именно этот проект является хорошей основой для дальнейшей работы. В России есть очень хорошие специалисты, знающие все необходимое в этой области.

Александр КОРЧАГИН

(Российское агентство по патентам и товарным знакам)

Сегодняшняя конференция посвящена весьма важному вопросу, от решения которого зависит ситуация в сфере появления научно-технических результатов и их использования на благо экономики Российской Федерации. Мы сегодня услышали о двух проектах. Первое выступление было весьма академичным, нам были предложены общие рассуждения на тему о том, как строить Гражданский кодекс и специальное законодательство. Я бы тоже мог прочесть такую лекцию и доказать, что от построения законодательства только ради самого построения законодательства никакой пользы не будет. Надо рассматривать правоприменительную практику в сфере интеллектуальной собственности. Именно известные в настоящее время проблемы в сфере интеллектуальной собственности должны стать основой построения законодательства. В чем они заключаются? Во-первых, мы не можем развивать свое национальное законодательство, не учитывая мировые тенденции. Наши законы признаны соответствующими только минимальным международным стандартам, а для интеграции в мировую экономику необходимо учитывать те нормы и принципы, которые уже дают результаты в других странах. Мы должны постоянно “отслеживать” законодательство и совершенствовать его. Всем специалистам, занимающимся правоприменительной практикой, эти несоответствия законодательства известны. Честно говоря, даже если в третьей части Гражданского кодекса вообще не будет упомянуто об интеллектуальной собственности, правоприменительная практика от этого не пострадает совершенно. “Пострадает” она только в том случае, если законодательство не будет совершенствоваться по тем направлениям, которые известны для каждого специального закона. Подписание Соглашения ТРИПС, присоединение к ВТО потребует изменения не одной-двух норм в патентном и авторском законе, но также и дальнейшего приведения законодательных и подзаконных актов в соответствие. Законодательство вообще должно развиваться так, чтобы оно соответствовало интересам экономики, иначе его развитие превращается в бессмысленный процесс. Мы должны приблизить наше специальное законодательство к тому, которое уже сложилось в Европе, в мире. Поэтому и только поэтому РОСПАТЕНТ в соответствии с планом законотворческой деятельности Правительства Российской Федерации подготовил такие изменения в законы, которые относятся к его компетенции, и внес в установленном порядке в Правительство. В отличие от проекта Рабочей группы эти изменения публиковались в печати, достаточно широко обсуждались. РОСПАТЕНТ неоднократно давал свои замечания на проект, но они учтены не были. Если вдруг проект Рабочей группы будет принят и остановится регулирование в этой области, то отвечать будет РОСПАТЕНТ, потому что в отличие от многих членов Рабочей группы, работающей над проектом Гражданского кодекса, мы занимаемся правоприменительной практикой. Ежедневно, каждый день мы представительствуем в судах, взаимодействуем с органами правоохранительными, участвуем как специалисты, и поэтому мы прекрасно понимаем, что означает для практики, если, например, в Гражданском кодексе, вместо принятой сегодня в специальных законах терминологии появится новый термин, означающий по существу то же самое, но записанный в другой редакции. Что тогда делать? Говорят, взять все акты и привести в соответствие. Указы, постановления, правила, ведомственные инструкции... Начнем заниматься процессом ради процесса.

Поэтому я рад, что есть альтернативный вариант. Он полностью совпадает с нашими предложениями. Объем его оптимален для того, чтобы не навредить, не сделать хуже, чем есть. Е.М. Примаковым было дано поручение направить проект третьей части на экспертизу в ВОИС и затем с учетом ее результатов внести его в Правительство. Думаю, нашей общей задачей является сделать российское законодательство понятным тем лицам, которые его исполняют, тем международным организациям, странам, лицам, которые с нами сотрудничают.

Один пример из личного опыта. В течение десяти лет мне пришлось участвовать в качестве эксперта в работе Комитета ВОИС по гармонизации национальных законодательств. Гармонизация законов не означает изобретения новых норм, она означает использование лучших норм, уже апробированных в мире, в национальном законодательстве. Когда возник вопрос об отказе США от “системы первого изобретателя”, представитель США заявил: “если хотя бы одна из стран покажет, что ее достижения в сфере научно-технического прогресса и экономики действительно связаны с каким-то конкретным патентным законом, мы с удовольствием скопируем его один к одному, но мы не будем менять положения своего закона, не зная, к чему такие изменения приведут”. Все знают, что Россия “родина слонов”, но не нужно, чтобы это касалось такой тонкой материи, каковой является интеллектуальная собственность.

Рабочей группой проделана большая работа, научная работа. В науке даже негативный результат - это тоже результат. Его тоже надо оценивать позитивно, как базу для завершения работы и приведения нашего законодательства в соответствие с высочайшими мировыми стандартами.

Евгений Суханов

(юридический факультет Московского Государственного Университета)

Я благодарю за предоставленную мне возможность выступить и хочу дать два пояснения. Прежде всего, над проектом, называемым здесь проектом профессора Дозорцева, работала целая группа, включавшая несколько десятков человек. Ряд положений этого проекта Виктор Абрамович оспаривал, многие вещи записывались в результате многочисленных дискуссий не так, как он считал нужным. Но основной, решающий вклад в создание этого проекта, безусловно, внес Виктор Абрамович Дозорцев. Я в данном случае никоим образом не могу представлять Рабочую группу и потому, что я не считаю себя специалистом по этим вопросам, и потому. что достаточно эпизодически участвовал в ее работе.

Меня очень волнует основная посылка нашего обсуждения законодательства о так называемой “интеллектуальной собственности”. Я все время подчеркиваю - “так называемой”. Здесь этот термин фигурирует как нечто общепринятое. Мы с этим не согласны. Может быть, кто-нибудь помнит закон “О собственности”, в который эту “интеллектуальную собственность” неудачно включили. В результате большинство людей (авторы, изобретатели) искренне уверены, что если они написали рукопись, то они “собственники”. Экономисты в этом уверены поголовно.

Законодательство, связанное с интеллектуальной собственностью, гражданское оно или не гражданское? Я понимаю, что у нас нет "чисто" гражданского законодательства, что основные акты комплексные. Но, в принципе, это отношения гражданско-правовые. Сейчас у меня складывается иногда впечатление, что я нахожусь на коллегии Министерства путей сообщения или на коллегии Министерства сельского хозяйства: “в сельском хозяйстве все непременно должно быть свое” — на тракторе все должно быть свое, в сфере интеллектуальной деятельности — тоже. Если законодательство, регулирующее интеллектуальную деятельность, в основе своей гражданское, если эти отношения входят в предмет гражданского права (а у большинства это сомнений не вызывает), то об этом надо четко сказать. В каком объеме это должно быть в кодексе? Мне неизвестны такие требования, что, вступая в ВТО, мы должны иметь специальные законы об авторском праве, есть опыт такого рода и за рубежом. Гражданский кодекс Нидерландов принимается частями, в нем отведен специальный раздел для интеллектуальной собственности: его пока нет, но предполагается, что он будет. Действующие "классические" Гражданские кодексы принимались в те времена, когда о таких объектах, как программы для ЭВМ, топологии интегральных микросхем, права исполнителей никто не думал. Было бы странно искать этот опыт в Кодексе Наполеона.

Мне, как цивилисту, непонятно, что такое рацпредложения, почему это должен быть отдельный, самостоятельный объект охраны. Чем рацпредложение отличается от “ноу-хау”? Какое исключительное право можно придумать на открытие, кроме того, что назвать закон именем его первооткрывателя, и как потом заключать лицензионные договоры по поводу этого открытия? Охраняйте открытия, регистрируйте их, выдавайте дипломы, платите авторам открытий, но причем здесь гражданское право?

Я уже упоминал, что понятие интеллектуальной собственности является понятием условным. Что нового можно прочесть в петербургском проекте? Право интеллектуальной собственности описывается как субъективное право, с набором правомочий, предусматривается его “осуществление”, “защита”. Этого нет нигде в мире. У нас уже есть право хозяйственного ведения, которого тоже нигде в мире нет, но “выкинуть” нам его из кодекса не дали. Есть право оперативного управления, которое тоже нигде в мире не встречается. За рубежом прекрасно работает траст, нам тоже его пытались навязать. Но мы здесь причем? У нас совсем другая система. У нас вообще ничего не работает.

Я не считаю проект Рабочей группы идеальным, но что меня смущает в петербургском проекте: если в пояснительной записке к нему говорится, что первый проект страдает существенными дефектами юридической техники, то предполагается, что второй проект этих дефектов лишен. Начинаю читать: встречаю вещи, которые я понять не могу. “Передача интеллектуальной собственности” - что это такое? Отдельно фигурируют объекты интеллектуальной собственности. Почему “собственности”? Разве это вещи? Или это отношения, права? В этом проекте две трети норм отсылочных: все регулируется специальными законами. Его можно из пятнадцати статей свести к двум. Заявляется, что в проекте Рабочей группы много мелких вопросов, а в петербургском проекте только принципиальные. Почему тогда ставки авторского гонорара должны быть в Гражданском кодексе? Почему должны быть положения о госпошлине в Гражданском кодексе, если у нас существует действующий закон о госпошлине? Сопоставление этих проектов в пояснительной записке мне сильно напоминает рекламу стирального порошка.

Я полагаю, что нормы об интеллектуальной собственности, несомненно, должны быть в Гражданском кодексе. Объем этих норм не должен быть исчерпывающим. Где “золотая середина”: что оставить, что убрать? Нужно учитывать российскую специфику: запись в Гражданском кодексе имеет не только общее значение, но и задает определенные рамки для дальнейшей правотворческой деятельности, ограничения для правоприменителя.

Здесь говорили, что действующее законодательство об "интеллектуальной собственности" прекрасно работает, что накоплен большой положительный опыт. Боюсь, что это большое заблуждение. Я не слышал, чтобы у нас законы замечательно работали. Насколько мне известно изменения к авторскому, патентному законам разработаны. Значит, этим изменениям должны быть заданы определенные рамки Гражданским кодексом. Кодификация законодательства необходима, в этом, я полагаю, никого убеждать не надо.

Евгений Герасимов

(отдел творчества, культурных индустрий и авторского права, ЮНЕСКО)

Уважаемые господа!

Прежде всего, я хотел бы поблагодарить организаторов конференции за любезное приглашение принять участие в ее работе. Особая благодарность – Европейскому союзу, благодаря финансовой поддержке которого это участие и стало возможным.

Как представителю ЮНЕСКО мне приятно осознавать, что конференция организована Кафедрой ЮНЕСКО по авторскому праву и другим отраслям права интеллектуальной собственности, благодаря инициативе и энергии ее руководителя – профессора Федотова М. А. Позвольте мне сказать несколько слов о цели создания таких кафедр во всем мире. ЮНЕСКО создает их в виду почти полного отсутствия квалифицированных специалистов в области интеллектуальной собственности в развивающихся и их недостатка во многих других странах, в частности СНГ. При такой ситуации, как Вам хорошо известно, даже отличный закон остается таковым только на бумаге. Закон будет применяться на практике лишь при наличии квалифицированных специалистов, работающих во всех инфраструктурах, так или иначе связанных, в нашем случае, с интеллектуальной собственностью: в правительственных органах, в судах, в адвокатуре, в издательствах и т. д.

Опыт ЮНЕСКО в проведении международных, региональных и национальных учебных курсов, семинаров и т. п. показал что эти мероприятия полезны, но они лишь в малой степени помогают решать проблему кадров. Эта проблема может быть решена радикально лишь посредством введения курса по интеллектуальной собственности в учебные программы всех юридических Вузов страны, когда они на регулярной основе начнут подготовку национальных кадров. Для помощи Вузам ЮНЕСКО разработало специальный учебный курс для преподавания авторского права (ЮНЕСКО не имеет компетенции в области промышленного права) на университетском уровне, организовало обсуждение этого курса преподавателями права во всех регионах мира (в том числе в странах СНГ, на базе МГУ в июле 1996 г.) и направило пересмотренный текст курса Министерства высшего образования во всех странах для возможного использования юридическими Вузами. На базе этого курса, учитывая большой недостаток юридической литературы по этой отрасли права, был создан объемный (более 900 страниц) первый в мире международный учебник. Он уже издан на испанском языке (оригинал) и в переводе на французский язык. Английский текст будет издан в этом году, готовится и русское издание, которое мы надеемся опубликовать на базе одного из российских издательств в 2000 году. В том же году будет опубликовано на русском языке исследование французского специалиста в области интеллектуальной собственности профессора К. Коломбе “Основные принципы авторского и смежного права в мире – сравнительный анализ”, которое пополнит библиотеку преподавателя. В настоящее время ЮНЕСКО поощряет создание кафедр, специализирующихся в области интеллектуальной собственности, беря некоторые из них под свой патронаж, т. е. создавая кафедры ЮНЕСКО, а также межуниверситетское сотрудничество в этой области – обмен опытом преподавания, результатами научного исследований, приглашение преподавателей и т. п.

Относительно представленных на обсуждение проектов раздела V ГК Российской Федерации. Так уже сложилось в ходе реформы Российского законодательства, что законодательство по интеллектуальной собственности было принято раньше норм ГК.

Забежали, как говорится, впереди лошади. Так нужно ли сейчас закреплять какие-либо нормы в ГК? Ведь в мировой практике возможно лишь ГК Эфиопии (1960 г.) содержит нормы, регулирующие интеллектуальную собственность. Мне кажется, что в России в этом есть необходимость. Дело не только в том, что это будет более привычной практикой, это целесообразно для установки определенных положений которым должны соответствовать все другие нормативные акты. Нормы ГК будут как бы “отфильтровывать” все другие нормативные акты. Это целесообразно с учетом того, что многие нормы законодательства в области интеллектуальной собственности достаточно быстро устаревают в связи с научно – техническим прогрессом, в него нужно будет вносить многочисленные изменения и сделать это в отношении норм ГК будет значительно труднее, чем в отношении законодательных актов. В связи с этим, подход, заложенный в проект профессора Сергеева представляется предпочтительнее. Я не имел возможности его изучить в деталях, здесь высказывались многие замечания, но профессор Сергеев и сам признал, что проект подлежит доработке.

Думается, что сейчас, когда уже созданы и действуют законы, регулирующие право интеллектуальной собственности, вряд ли стоит возвращаться к прежней практике детального регулирования отношений, возникающих в связи с созданием и использованием нормами ГК. Проект, разработанный под руководством профессора Дозорцева, несомненно, являющийся результатом серьезной теоретической работы, фактически возвратил бы к прежнему подходу. Я имел возможность ознакомиться с предварительным проектом этого документа, и рекомендовал ограничиться лишь общими его положениями (в данном случае глава 61, ст. 1110 – 1124). Я также отметил, что многие его нормы не только уточняют, но и развивают нормы действующего законодательства, не совпадают, даже противоречат ему. Это не может не вызвать больших проблем в применении старых и новых норм на практике, ибо даже специалистам, не говоря уже о судьях, будет трудно в них разобраться.

За отсутствием времени выскажу еще одно, более конкретное замечание по проекту профессора Дозорцева. Но прежде хочу отметить, что мы с ним знакомы более 20 лет и я всегда удивлялся, насколько наши мнения по различным вопросам авторско-правовой охраны совпадали, хотя встречались мы довольно редко. Сегодня же я должен откровенно сказать, что мне непонятен его подход к охране интеллектуальной собственности, обозначенный в проекте раздела V как “исключительные права”. Я практик, в теории не силен, но ведь речь идет в первую очередь об охране результатов творческого труда - объектах охраны, на которые и закрепляются исключительные права собственности. Следовательно, в этом разделе ГК нужно говорить в общей форме: об объектах охраны, о лицах пользующихся этой охраной, о правах, которыми ГК наделяет этих лиц, о возможности ограничения этих прав (свободное пользование, лицензия в силу закона или обязательная лицензия) о возможности полной или частичной передачи этих прав другим лицам в силу договора о сроке охраны, о санкциях за нарушение прав и о сфере действия закона. Это – скелет любого закона в области интеллектуальной собственности, я могу это сказать с полной уверенностью, поскольку имею доступ к иностранному законодательству. И в этом отношении проект профессора Сергеева выигрывает значительно. Не нужно вариться в собственном соку, вновь изобретать колесо. Если в России есть или должны быть свои особенности в охране интеллектуальной собственности, никто против этого не будет соображать. Всем присутствующим известно, что в международных конвенциях установлены лишь минимальные нормы, которым должно соответствовать законодательство стран – членов. Государства вольны устанавливать любые, не противоречащие конвенциональным, нормы. Ни одна международная организация не может этому воспрепятствовать. Есть, однако, еще и общепринятая практика в государствах – членах, являющаяся результатом гармонизирующего воздействия конвенций. Если Россия хочет интегрироваться в европейскую правовую систему, нужно прислушиваться к мнениям экспертов из этих стран.

Поль Флорансон

(Программа ТАСИС по интеллектуальной собственности)

Я француз, но ни о Кодексе Наполеона, ни о французском Кодексе интеллектуальной собственности я говорить не буду. Для меня это очень большое лишение, потому что я был одним из авторов этого кодекса и сопровождал министра, который шел буквально “биться” с парламентом, для того, чтобы этот закон провести. Тогда это было очень непросто, но мы все это сделали, что лишний раз доказывает, что авторское право - это такой экуменический /объединительный/ предмет, сближающий разные стороны, порой совершенно несовместимые. Я долгие годы работал в Министерстве культуры Франции, а на сегодняшний день я представляю Европейское объединение авторов-композиторов и Европейское объединение авторов аудиовизуальных произведений, которые должны провести в жизнь программу ТАСИС по интеллектуальной собственности, с тем большим, серьезным ограничением, что в области интеллектуальной собственности мы занимаемся только авторским и смежным правом. Я хотел бы возразить г-ну Суханову, что все-таки понятие интеллектуальной собственности существует, это международно принятое понятие, которое воплотилось со всей очевидностью в существовании ВОИС.

Я полагаю необходимым дальше развивать наше сотрудничество во благо всем авторам и всем российским правообладателям, потому что нашей общей целью является упрочение правового государства, в особенности, в области интеллектуальной собственности. Все министерства и профессиональные организации России обратились к нам с просьбой дать консультации по поводу развития законодательства. Когда мы начинаем делиться своим опытом, рассказываем о нем, это совершенно не означает, что никакие организации в России этим заниматься больше не должны, а Россия должна копировать наш опыт. Мы только можем иногда напомнить российским властям об их обязательствах, взятых на международном уровне. В отношении интеллектуальной собственности существует, по крайней мере, три таких обязательства. Существует договор с ВОИС. Соглашением ТРИПС определены положения об интеллектуальной собственности в части коммерческой интеллектуальной собственности, определены минимальные правила, которые Россия должна соблюдать, если она хочет войти в ВТО. Существует Соглашение о партнерстве и сотрудничестве с объединенной Европой, в котором Россия взяла на себя обязательства привести свое законодательство в соответствие с существующими в мире законами и нормами об интеллектуальной собственности в течение пяти лет. В 2003 году этот срок истекает.

Мы должны действовать дальше для достижения нашей основной цели - обеспечения наилучшей защиты творческим работникам России. Хочу отметить исключительно демократический характер обмена мнениями между университетскими работниками. Полагаю, что делать надо как можно проще. На мой взгляд, сейчас нельзя себе позволить “роскошь” усложнять законодательство, которое, по мнению многих экспертов, представляющих практически все страны Европы, расценивается как очень хорошее. Речь не идет о навязывании европейскими экспертами России своей юридической религии. Если в России существует такая логика построения законодательства, двухуровневое законодательство, то это менять не нужно. Однако необходимо сделать так, чтобы эта общая часть, основные принципы не мешали применению специальных законов. Иная ситуация была бы очень опасна.

Представители прокуратуры, министерства юстиции, судьи, прошедшие у нас стажировку, утверждают, что большинство судей недостаточно знакомы с законом об авторском праве. Итак, приоритетными в нашей работе остаются следующие направления: внести какой-то вклад в усовершенствование законодательства, подготовить специалистов (судей, полицейских, таможенников) к применению этих законов, привлечь внимание общественности к этой проблеме.

Не нужно, может быть, излишне “зацикливаться” на третьей части Гражданского кодекса, потому что в юридическом инструментарии есть и другие несоответствия, неточности, проблемы. Например, статья 146 российского Уголовного кодекса в нынешней редакции никак не позволяет бороться с контрафактной продукцией. Как вы видите, поле деятельности огромно.

Аркадий Туркин

(Российское авторское общество)

Уважаемые господа! Я являюсь представителем общества по коллективному управлению авторскими правами - Российского авторского общества, объединяющего в своих рядах до семи тысяч авторов и иных правообладателей. Я хотел бы говорить прежде всего с практической точки зрения, не вдаваясь в академические рассуждения. Проза жизни заключается в том, что мы должны рассмотреть не какой-то абстрактный документ научного характера, а совершенно конкретный юридический акт, который будет затрагивать интересы сотен тысяч людей - авторов, изобретателей, пользователей. За этим документом стоят большие деньги, вращающиеся в сфере интеллектуальной собственности.

Два года назад нами был получен один из вариантов проекта и проведена научно-практическая конференция, на которой были высказаны предложения и замечания, количество которых перешло в качество. Общее мнение было таково, что невозможно в настоящее время воплотить эту хорошую идею, включить в Гражданский кодекс детальных положений об авторском праве и смежных правах. Такова ситуация.

Я уважаю позицию Виктора Абрамовича, он остался верен своим идеям. Но разрабатываемый им документ - это нормативный акт, закон. За его разработку ответственно определенное ведомство - Министерство юстиции Российской Федерации. Необходимо согласовать интересы всех заинтересованных сторон, нельзя их игнорировать. В противном случае теряется сам смысл обсуждения проекта. Интересы, выраженные в ходе проведенной РАО конференции, о которой я говорил, были полностью проигнорированы. За такое состояние дел ответственны не только разработчики, но прежде всего государственные органы, отвечающие за разработку документа. В результате мы потеряли время. Вместо того, чтобы заняться Законом об авторском праве, в который нужно вносить существенные изменения и дополнения, мы откладывали это в связи с работой над кодексом. Давайте смотреть на вещи реалистично. Я сомневаюсь, что предложенный проект будет принят. Время упущено, над законами не работали.

По сравнению с проектом Рабочей группы документ, подготовленный Санкт-петербургским университетом, выглядит достаточно солидным, достаточно серьезным. Над ним можно продолжать работать для того, чтобы найти выход из существующей тупиковой ситуации. Если говорить риторично, то можно сказать, что проект, подготовленный профессором Сергеевым, выглядит как документ, разработанным солидным, серьезным, умудренным опытом человеком, в то время как в проекте Исследовательского центра проглядывает “юношеский задор”. Сейчас необходимо принять определенное решение и работать над законом.

Надежда Макагонова

(старший юрисконсульт “Медиа-мост”)

Уважаемые коллеги! Прежде всего я хотела бы выразить нашу глубокую признательность основным докладчикам: г-ну Дозорцеву за широкий взгляд на рассматриваемую проблему и г-ну Сергееву за стойкое следование канонам российского гражданского права. Я думаю, что всем присутствующим здесь понятно, что все-таки третья часть Гражданского кодекса нужна. Руководитель РОСПАТЕНТА не совсем прав, придерживаясь позиции: “лучше ничего не трогать и ничего не менять”. Эта позиция ошибочна. Несмотря на то, что отдельные законы об авторском праве, о патентном праве существуют, есть громадное количество проблем, касающихся как непосредственно этих законов, так и соотношения, коллизий между авторским правом, товарными знаками и т.д. Некоторые примеры достаточно широко освещались в прессе. Например, телекомпания ВГТРК оформила свидетельство о товарном знаке на программу “В мире животных”, а автор этой программы (известный всем работник “ОРТ”) пытался отстаивать свои права на основании Закона об авторском праве. В принципе, только “политическая мудрость” руководителей каналов предотвратила развитие этого спора, который нельзя разрешить юридическими средствами. Закон об авторском праве и Закон о товарных знаках дают “равноправную” защиту на один и тот же объект - название. Полагаю, профессор Дозорцев прав, утверждая, что таких вопросов много.

По моему мнению, в этой области существует еще множество вопросов, не отраженных ни в одном из проектов, вопросов, касающихся права интеллектуальной собственности и личных неимущественных прав. Самый простой пример. В этом зале производится телевизионная съемка, которая, по-видимому, будет включена в какую-то программу. В кадр вошли некоторые из присутствующих здесь лиц. Допустимо ли это? Должен ли быть письменный договор, либо достаточно устного согласия, либо достаточно просто того, что присутствующие молчат и не возражают. Это абсолютно неконклюдентные действия. Судебная практика, существующая по такого рода делам, очень противоречива. Иногда возможность такого использования связывается с рекламным или нерекламным его характером. Таким образом возникает очень много требующих решения вопросов “на стыке” интеллектуальной собственности и личных неимущественных прав.

Здесь много говорили о том, что надо учитывать права автора, права государства. Меньше говорилось о том, что нужно учитывать права общества и равные права всех пользователей. Как мне кажется, в настоящий момент в интеллектуальной сфере возрастает роль средств массовой информации. Однако, вопросам защиты прав телерадиовещательных организаций оба проекта отводят крайне незначительное место. Сложно понять, почему объем прав на аудиовизуальное произведение - фильм больше объема прав на аудиовизуальное произведение - программу телепередач? Получается парадоксальная ситуация.

Представленные проекты не дают ответов на ряд важных вопросов. Когда мы говорим об интеллектуальной собственности, мы сталкиваемся с определенными проблемами. Так, один закон из этой сферы не должен противоречить другому закону из этой сферы: авторский закон не должен противоречить патентному и т.д. Не должно быть противоречий между разными отраслями интеллектуальной собственности.

Возникают вопросы не только о новых объектах, но и новых способах использования. Закон об авторском праве говорит о том, что нельзя передавать права, которые неизвестны на момент заключения договора. Этот момент достаточно спорный. Существуют ситуации, в которых речь идет о заказе как полной покупке имеющихся прав. Нельзя же писать новый закон для каждого этапа научно-технического прогресса, новый закон для “Интернета” и т.д. Эти вопросы могли бы быть успешно решены в третьей части Гражданского кодекса.

Думаю, что разработчики могли бы внести накопленные ими предложения непосредственно в сам Закон об авторском праве, поскольку в нем много пробелов, например, в вопросах защиты прав несовершеннолетних авторов. Не решается или решается только на уровне судебной практике проблема раздела в случае бракоразводного процесса авторских прав. Такие принципиальные положения должны быть заложены на уровне Гражданского кодекса.

Елена Каминская

(МГИМО МИД РФ, Институт законодательства и сравнительного правоведения при Правительстве Российской Федерации)

Первое, на что хотелось бы обратить ваше внимание, - вопрос о распределении положений об интеллектуальной собственности между Гражданским кодексом и специальными законами и о "золотой середине" при разрешении этого вопроса. Нельзя согласиться с теми выступающими, которые утверждают, что в случае отнесения к компетенции ГК основного массива регулирования на практике будут неизбежны неразрешимые коллизии между нормами ГК и специальных законов. Как раз в этом случае удастся этого избежать, поскольку в ст.3 ГК прямо закреплен регулятивный механизм (иерархия нормативных источников), позволяющий разрешать подобные коллизии о пользу ГК.

Как представляется, в ГК следовало бы поместить не только общие положения об интеллектуальной собственности (в чем авторы обоих обсуждаемых проектов сходятся), но и основы специального режима отдельных объектов интеллектуальной собственности. Под "основами" я разумею, во-первых, сам круг объектов; во-вторых, указание на то, по каким, собственно параметрам и в каких случаях происходит выделение объектов из общего режима; в-третьих, срок действия прав на них; в-четвертых, территориальную сферу действия исключительных прав; в-пятых, принцип установления законных ограничений исключительных прав.

Если обратиться к тексту альтернативного проекта, подготовленного под руководством А. П. Сергеева, то в ч.2 ст.1120, посвященной принудительным лицензиям, содержится решение, позволяющее отдать на откуп даже не только специальным законам, но на усмотрение суда разрешение вопроса о самой возможности принудительного лицензирования. Я могу предположить, что авторы имели в виду иное, но так, как у вас это написано ("...вопрос об их использовании решается судом по иску заинтересованного лица"), может быть истолковано только таким образом. А такая децентрализация означает серьезное наступление на обладателя исключительных прав.

Аргументы в пользу принципиально иного решения - урегулирования этого и других указанных вопросов в ГК - состоят в следующем. Исключительный характер прав - это такое их свойство, которое придает им особую правовую силу, в частности, мощные средства защиты. Именно поэтому с исключительными правами нужно обращаться аккуратно и наделять

ими далеко не всех субъектов и в связи далеко не со всеми субъектами. Только

гражданский кодекс способен выполнить эту задачу. Такое направление правового регулирования, как достижение единообразия и централизация, вообще свойственно нынешнему этапу развития гражданского права в России. Один из предыдущих выступающих отметил, что ни в одной из стран с развитой системой охраны интеллектуальной собственности не наблюдается закрепления соответствующих положений в гражданских кодексах - Да, но ведь дело не в прямых аналогах, а в тенденциях. (В странах англо-американской правовой семьи такое закрепление, кстати, просто невозможно, учитывая, что это страны некодифицированного гражданского права). Буквально во всех основных "представителях" как этой, так и континентальной правовой семей система охраны интеллектуальной собственности строится на основе одного ключевого закона (пусть не гражданского кодекса, а специального закона). Он обрастает более специальными нормативными актами и играет роль ядра правового регулирования, положения которого используются восполнительно и по аналогии.

В связи с этим поясню, что французский "Кодекс интеллектуальной собственности", конечно же, не является кодексом в полном смысле слова. Это результат так называемой административной кодификации, когда механически, для удобства пользования, собираются различные правовые акты под одной крышей. Однако это первый шаг в попытках достичь унификации; кто знает, каким будет следующий шаг.

Второй, не менее существенный вопрос, который я хотела бы затронуть, это суть правовой конструкции, положенной в основу проекта, подготовленного

В. А. Дозорцевым и его коллегами. Исключительные права понимаются в проекте узко и включают только имущественные права. В российской и зарубежной доктрине существуют разные точки зрения по этому поводу. Что касается моих личных взглядов на этот счет, то я как раз придерживаюсь иного мнения: свойством исключительности следует наделять и имущественные, и личные неимущественные (т. н. моральные) права. Но это в данном случае несущественно, это тема для научной дискуссии, я отнюдь не постулат. Давайте посмотрим, как строится схема правового регулирования в проекте профессора Дозорцева. Согласно ст.1116 проекта, исключительные (в его понимании, напомню, имущественные) права не включаются в имущественную массу, принадлежащую супругам на праве общей собственности. Тем самым моральные права подспудно являются ограничителем имущественных прав, т.к. понятно, что подобное решение вызвано заботой, прежде всего о неимущественных интересах автора. Далее, в ст. 1122 ограничивается возможность бездоговорного распоряжения исключительным правом (что делается в целях пресечения злоупотреблений по отношению к обладателю такого права, и тем самым ему оказывается усиленная по сравнению с любым другим имущественным правом охрана). Наконец, в исключение из общего правила о наступлении ответственности за нарушение исключительных прав лишь при наличии вины нарушителя, ст.1124 предусматривает, что отдельные санкции (пресечение действий по нарушению и возложение обязанности по публикации) применяются и независимо от вины, по принципу причинения.

Это лишь отдельные примеры, которые свидетельствуют о намеренно разработанной системе. Конструкция, основанная на широком понимании исключительных прав, позволила бы при возникновении на практике конфликтов прав интеллектуальной собственности, с одной стороны, и вещных прав собственника материального носителя (или прав третьих лиц на доступ к достижениям науки и культуры, или прав пользователей и т.п.), с другой стороны, обратиться к общему принципу единства и взаимосвязанности как имущественных, так и неимущественных прав и использовать аналогию права при разрешении подобных ситуаций. В отличие от такой конструкции авторы проекта избрали иной путь. Они заранее просчитали наиболее конфликтные, с их точки зрения, практические ситуации и специально их урегулировали. Иными словами, конструкция носит не общий, а чрезвычайно конкретный характер.

Является ли такое правовое решение единственно возможным? Конечно, нет: возможны иные подходы. Но данное решение логически выверено, цельно и аргументировано. Поэтому на вопрос о том, хороша ли такая конструкция и будет ли она работать, безусловно следует дать положительный ответ.

Сергей Семенов

Юридическая фирма “ФТМ Энтертеймент”

Если сравнивать два обсуждаемых проекта, то представляется, что проект Рабочей группы основан на более продуманном и систематизированном подходе к проблеме интеллектуальной собственности. Как бы не относиться к вопросу об объеме правового регулирования исключительных прав в рамках Гражданского кодекса, к достоинствам этого проекта я бы отнес то, что у него есть своя концепция. В этой связи, отмечу два теоретических положения. Во-первых, наконец-то было сказано, что есть у нас право передачи и право распоряжения авторским правом. Во-вторых, наконец-то было сказано, что же у нас: передача права или выдача лицензий? Решении этого вопроса в проекте Исследовательского центра приближено к общему регулированию в гражданском праве.

При ознакомление с Санкт-петербургским проектом не оставляет ощущение, что он был сделан наскоро. Основной его недостаток - отсутствие концепции. В отношении тех положений проекта, в которых повторяются или обобщаются нормы действующего законодательства, вопросов не возникает. Но в тех вопросах, в которых была проявлена новизна, возникают проблемы.

Например, в отношении служебных произведений я лично согласился бы с предлагаемым решением о принадлежности прав на служебное произведение работодателю. Но, возникает вопрос с предложенным принципом выплаты авторского вознаграждения. Обязательность выплаты авторского вознаграждения по договору (неясно трудовому или отдельному авторскому), вступает в конфликт с презумпцией прав работодателя. Если уж права возникают у работодателя, то, по-видимому, вознаграждением автору должна являться заработная плата, если стороны не предусмотрели особое вознаграждение. Регулирование служебных произведений, предусмотренное в проекте, может породить большое количество споров.

Остается неясным в проекте природа перехода прав от автора к правопреемникам: является ли передача прав их отчуждением, либо это выдача лицензии. Если это лицензия, то кто и в каких случаях может защищать нарушенное право.Здесь возникает ряд практических проблем. Существуют и другие замечания к проекту, о которых нет возможности говорить из-за недостатка времени.

Относительно выступлений уважаемых иностранных участников дискуссии. Конечно, всегда лучше чтобы было “просто”, чем “сложно”. Однако, кто-то из французских просветителей сказал: “Не верьте тому, кто дает простые ответы на сложные вопросы”. “Просто”, к сожалению, не получается в этой непростой области. Никто не отрицает необходимости учитывать международный опыт и международные обязательства, но конкретные положения проекта, несовместимые с международным законодательством в отношении проекта Рабочей группы ни разу высказаны не были. У меня, как практического работника, складывается впечатление, что никто не говорит о конкретных вещах. Было бы чрезвычайно важным осуществить международную экспертизу проекта Исследовательского центра. В этой связи, подробный конкретный анализ проекта со стороны ВОИС принес бы только пользу.

Зарубежный опыт, безусловно, должен применяться. Действующий закон об авторском праве был принят на основе типового договора ВОИС. Однако, любой даже самый положительный зарубежный опыт должен должен применяться с учетом реалий законодательной системы, особенностей правового сознания и правоприменительной практики, существующих в нашей стране. В качестве примера приведу положения о т.н. коллективном управлении правами? Кто мог додуматься в цивилизованных странах, в той же Франции, что будут создаваться некие общества по управлению правами в тех сферах, где коллективное управление в принципе невозможно. На следующей неделе должен состояться очень важный процесс в Санкт-Петербурге, где некий предприниматель создал “общество по коллективному управлению”, которое выдает лицензии на использование аудиовизуальных произведений. Деятельность этого и других подобных организаций основана на нормах статьи 45 Закона “Об авторском праве и смежных правах”, в которой предусматривается возможность выдавать лицензии от имени всех правообладателей, даже тех, которые не передавали организации свои правомочия. Прямой перенос сложного регулирования о коллективном управлении правами на нашу правовую почву создал предпосылки для нарушению прав правообладателей.

Как один из доводов в пользу того, что в Гражданском кодексе не должно быть подробного регулирования интеллектуальной собственности, приводился аргумент о необходимости применения в этой области норм других отраслей права (административного, уголовного и т.д.). Однако, например, нормы, предусмотренные статьей 49 Закона об авторском праве, предусматривающие обязанность суда конфисковывать контрафактные экземпляры, практически невозможно применить в уголовном суде. Хорошо ли это или плохо, но у нас в стране сложилась четкая система отраслей права. Указанная аргументация в силу этого не может служить серьезным основанием для критики проекта.

Критиковать проект с точки зрения количественного сравнение норм также не очень серьезно. Все - таки нужно смотреть в первую очередь на содержание норм. Если в этих нормах есть то, что не позволит регулировать в достаточной степени определенные правоотношения, то они действительно не нужны. Но если дело обстоит иначе, то ( и в этом я солидарен с профессором Сухановым) никуда не деться от признания того, что вопросы интеллектуальной собственности – есть неотъемлемая часть гражданского права и соответственно их регулирование должно быть осуществлено в Гражданском кодексе.

 

Павел Монаков

(ЗАО “Сеть телевизионных станций”)

На мой взгляд, причины споров в том. что в предшествующий период наше право интеллектуальной собственности представляло собой некое “элитарное” право, воспринималось как право, не связанное с гражданским.

Относительно проектов третьей части Гражданского кодекса.

Если встать на точку зрения профессора Сергеева, то можно поставить вопрос: Зачем вообще нужен Гражданский кодекс, если можно просто принять пятьдесят законов по отдельным институтам гражданского права. Естественно, нам необходимы подробные законы. Но эти законы должны составлять строгую систему, в которой есть своя четкая иерархия норм.

Кроме этого, предлагаемый проект кроме отмеченных другими выступающими юридико-технических недостатков имеет еще два.

Первый – это статья 1110 “Законодательство Российской Федерации об интеллектуальной собственности”. Зачем в Гражданском кодексе нужна эта статья, если есть статья 3 “Гражданское законодательство и иные акты, содержащие нормы гражданского права”? Кроме того, пункт 3 статьи проекта, на мой взгляд, противоречит 3 статье действующего ГК.

Вторым недостатком является механическое заимствование из статьи 139 ГК РФ ошибочной нормы – установление в качестве объекта гражданского права служебной тайны (статья 1111). Служебная тайна – это информация, ставшая известной лицу в процессе выполнения им своих служебных (трудовых) обязанностей, и обязанность сохранять ее закрытость лежит на лице в силу его должностных обязанностей. Оборот служебной тайны – сфера компетенции соответствующих “компетентных органов”.

Что касается Закона об авторском праве и смежных правах 1993 года – то он далеко не “венец творения”. В нем достаточно много пробелов, в частности, практически не урегулированы вопросы оборота объектов смежных прав.

С практической точки зрения именно проект Рабочей группы выглядит наиболее оптимальным между двух крайних точек зрения – регулирование правовой охраны исключительных прав отдельными законами и регулирование правовой охраны исключительных прав только в Гражданском кодексе. Между этими двумя точками необходимо найти “золотую середину”, и наиболее близок к ней именно проект Исследовательского центра частного права.

Заключительные выступления докладчиков

Профессор Виктор ДОЗОРЦЕВ

Уважаемые коллеги! Работа по составлению Гражданского кодекса, особенно при подготовке новых разделов, не может не сталкиваться со значительными трудностями. Рассчитывать на то, что все сразу откажутся от сложившихся и привычных стереотипов и даже изменят свою точку зрения, не приходится. Как нам сегодня сообщили наши французские коллеги, они испытывали известные трудности даже при подготовке Кодекса интеллектуальной собственности, который является простым собранием действующих законов, помещенных под одну обложку. Поэтому разные точки зрения, дискуссии были вполне естественны.

С включением в ГК общи положений об исключительных правах все согласны, во всяком случае никто против них не возражал. И это - несомненная победа новой концепции, представленной в проекте.

Основная дискуссия развернулась по поводу включения в раздел особенной части, содержащей положения об отдельных видах исключительных прав. Надо четко отдавать себе отчет в том, что в ее основе лежат интересы, связанные с определением судьбы значительных материальных ценностей, не бывших ранее объектом экономического оборота. Порядок закрепления прав на материальные, вещественные объекты, так или иначе, определен и эти ценности распределены. Пошла борьба за интеллектуальные ценности, которые вошли в состав имущества. Подход к положениям, включаемым в Кодекс, в большой мере определяет позиции в этой борьбе.

Наиболее энергичную борьбу за свои интересы ведут предприниматели, особенно те, которые занимают доминирующие позиции на рынке. Сегодня - это, как правило, некоторые иностранные фирмы. Авторы, мелкие и средние предприниматели, как правило, не имеют сейчас такой возможности, а государство устранилось от отстаивания своих интересов. Отсутствие в ГК норм об отдельных видах исключительных прав облегчает воздействие на специальное законодательство, обособленное по видам прав, борьбу за установление режима, отвечающего интересам лоббирующих кругов. Включение в ГК положений об отдельных видах исключительных прав и установление их системы очень усложнит такое воздействие, поставив специальное законодательство в определенные рамки. Функция ГК как раз и заключается в том, чтобы обеспечить баланс прав разных видов правообладателей, задача государства как законодателя состоит в защитите слабого - автора - и всего общества. Законодательство, образующее систему, очень усложняет лоббирование. В этом заключается подлинная основа разных позиций по поводу проекта. Если кто-то этого не понимает, это не делает ему чести.

Несколько слов о связанных с ГК международных проблемах. ГК безусловно должен полностью соответствовать международным договорам, в которых участвует Россия. Это ее международное обязательство. Но все претензии, которые предъявлялись в этом отношении, были голословными. Во всяком случае,
ни одного конкретного примера несоответствий никто не привел. Если они будут обнаружены, внесение исправлений не вызовет никаких сомнений.

Но международный аспект проекта имеет еще одну сторону, которая вызывает другую реакцию. Некоторые международные организации весьма активно дают нам советы и рекомендации по поводу проекта. Это надо было бы только приветствовать, если бы добрые советы и рекомендации можно было отличить от императивных требований, сопровождающихся угрозой применения санкций, своего рода “гильотины”. Среди них ведущее место занимают требования исключить из ГК особенную часть - положения об отдельных видах исключительных прав. Эти требования попирают принцип государственного суверенитета и потому совершенно неприемлемы. Интересно отметить, что они тоже направлены на обеспечение интересов предпринимателей, доминирующих на рынке; как было показано выше, это в основном иностранные предприниматели.

Если снять принципиальные разногласия по проекту и перейти к отдельным его положениям, то здесь всегда можно достигнуть договоренности. Многие замечания вызваны недоразумениями, некоторые имеют вкусовой характер. По отдельным формулировкам возможен компромисс. Неразрешимых проблем они не создают.

Но во время дискуссии возник один вопрос, который имеет промежуточный характер. Хотя он касается конкретной категории, он имеет общее значение. Это - понятие “исключительного права”. Долгое время этот термин понимался чисто филологически, как право, принадлежащее “исключительно” одному лицу, как разновидность обычного абсолютного права, но закрепляемого лишь на нематериальный объект, как правило, результат творческой деятельности. Но с развитием отношений выяснилось, что этому понятию надо придать несколько иное содержание, строго говоря, заложенное в нем с самого начала, для выявления которого долгое время не было достаточных предпосылок и материала. Например, право на использование места происхождения товара может принадлежать одновременно нескольким лицам. То же относится и к секретам промысла (“ноу-хау”), если несколько лиц создали какое-то решение независимо друг от друга. Каждому правообладателю принадлежит в этом случае право, в большой мере аналогичное традиционному “исключительному”, но все же это не классическое абсолютное право и его содержание подлежит специальному раскрытию. Удобнее всего использовать здесь термин “исключительное право”, имея в виду, что это право принадлежит “исключительно” тем, за кем оно закреплено в соответствии с законом и разграничив его с классическим “абсолютным” правом.

Включаются ли в состав таких “исключительных” прав личные неимущественные права? Если не исходить из филологического понимания этого термина, то ничего страшного в отрицательном ответе на этот вопрос не будет. Это никак не скажется на высокой значимости и безусловно строжайшей защите этих прав. Просто их следует отнести к обычным абсолютным правам. Такой подход полностью соответствует и формулировкам действующего законодательства, которое говорит о закреплении “исключительного права” на произведения науки, литературы и искусства, изобретения и т.п. , имея при этом в виду лишь имущественные права, что никак не ущемляет ни значимость, ни защиту личных неимущественных прав.

Развитие сферы интеллектуальной деятельности и ее правовой охраны приводит к изменению не только структуры законодательства, но и используемых им понятий, категорий и правовых институтов, их развитию и обогащению. Без понимания этого нельзя заниматься новыми развивающимися областями общественных отношений.

Профессор Александр СЕРГЕЕВ

Я постараюсь ответить на те замечания, которые здесь прозвучали. Г-н Суханов утверждал, что проект Рабочей группы - это результат работы большого коллектива. Но в этом коллективе фактически не было специалистов по интеллектуальной собственности, кроме Виктора Абрамовича. Г-н Суханов заявил, что в нашем проекте используется “никому не понятное”, “никому не известное” понятие интеллектуальной собственности. О чем тогда думал сам г-н Суханов, будучи одним из разработчиков первой части Гражданского кодекса, при включении в
статью 138 этого понятия? Аналогия с Министерством сельского хозяйства, выдвигаемая против сторонников специального законодательства, звучит красиво, но неубедительно. Никто не возражает против того, чтобы в Гражданском кодексе были общие положения, чтобы на интеллектуальную собственность распространялись общие положения гражданского права.

Были ссылки на международный опыт. Действительно, в Голландии предпринимались в начале 1950-х годов попытки кодификации права интеллектуальной собственности, включения его в Гражданский кодекс. В Италии в части Гражданского кодекса, посвященной интеллектуальной собственности, регламентируются преимущественно вопросы трудового права. Наш отечественный опыт, кроме краткого по историческим меркам периода 1964 - 1993 гг., свидетельствует о том, что всегда существовало специальное законодательство в этой области.

Задавались вопросы: что такое рационализаторское предложение? что такое открытие? Раздавались упреки в отношении юридической техники, но кроме указаний на то, что мы употребляем “нелюбимые” некоторыми термины, я ничего существенного не услышал. Мы не считаем наш проект венцом юридического искусства, он нуждается в доработке. Некоторые правила сформулированы не совсем корректно.

Норма о минимальных ставках авторского вознаграждения является очень важной, она плохо выражена в действующем Законе об авторском праве и смежных правах. Правительство, издав постановление о минимальных ставках, тем самым свело их действие фактически на нет, поскольку в нем указано, что ставки применяются, если иное не установлено соглашением сторон. Создаются организации, выдающие лицензии фактически сами себе. Это принципиальная норма.

В проекте нет “пустых” статей. Он ставит рамки специальным законам. На все вопросы наш проект ответов, конечно, не дает и давать их не должен. Ответы надо искать в специальных законах. В обоих проектах остался фактически незатронутым вопрос об охране государственных интересов при использовании объектов интеллектуальной собственности, созданных на бюджетные средства.

Прозвучало одно замечание, весьма справедливое. Тупиковая работа над проектом третьей части Гражданского кодекса привела к тому, что была упущена возможность внесения самых необходимых изменений в действующее законодательство. Г-н Корчагин правильно сказал, что для практики принятие третьей части Гражданского кодекса положительного значения иметь не будет, но может оказать на нее отрицательное воздействие.

Что касается самих исключительных прав, то они могут, конечно, быть определены по-разному. Профессор Дозорцев утверждает, что им сейчас придумано такое новое понимание, которое является единственно правильным. Но мы должны все-таки считаться с тем, что вкладывалось в теорию исключительных прав, в понятие исключительных прав международными конвенциями и российской юридической традицией. У нас также есть концепция, показывающая, что вкладывается в понятие “исключительные права”.

В нашем проекте четко решен вопрос с служебными произведениями: права на произведения и другие объекты, созданные в порядке служебного задания принадлежат работодателю, у работника остается право на вознаграждение. Если работодатель свои права не использует, они переходят к работнику.

Основой для Закона об авторском праве и смежных правах послужил типовой закон ВОИС. При его перенесении на российскую почву не только не были устранены очевидные существенные недостатки, но в результате тщетных попыток их устранить были внесены новые, дополнительные.

В заключение хочу сказать, что с подходом профессора Дозорцева в главном я не согласен, а в решении конкретных вопросов наши мнения во многом совпадают. В Гражданском кодексе должны быть реальные, работающие нормы, но включить все их в один акт невозможно, иначе они нарушат структуру законодательства. Нельзя также общие положения переносить в каждый специальный закон.

В Гражданском кодексе следует закрепить общие положения скорее не для практического применения, а именно для закрепления рамок для дальнейшей законодательной работы. Тогда можно будет также опираясь на нормы Гражданского кодекса применять аналогию.

Профессор Виктор ДОЗОРЦЕВ

Несколько общих замечаний. Даже Конституция является актом прямого действия, почему же Гражданский кодекс не может применяться непосредственно к правоотношениям? В Рабочей группе работали специалисты, ранее работавшие в центральных органах, ВААПе, Роспатенте, работали судьи Верховного Суда Российской Федерации, Я не считаю, что они - “не специалисты”. Утверждения демагогического характера я полностью отвергаю.

Заключительное слово профессора Михаила ФЕДОТОВА

Я с большим содроганием ожидал этого дня. Присутствовать на подобном “интеллектуальном ринге” - удовольствие особого рода. При лобовом столкновении конкурирующих мнений порой высекаются такие искры, что начинаешь опасаться за сохранность казенного имущества. Но в данном случае восторжествовал один из главных принципов ЮНЕСКО - достижение интеллектуальной и нравственной солидарности. И я очень рад, что тот интеллектуальный спор, свидетелями и участниками которого все мы были сегодня, прошел именно в таком духе. Впрочем, иначе и быть не могло, поскольку главные действующие лица – не только выдающиеся специалисты в области права интеллектуальной собственности, но и высокие интеллектуалы.

Сегодня уже упоминалось, что главным принципом законотворчество должен быть признан завет Гиппократа: “Не навреди”. Но реализовывать его можно по-разному. Например, узбекский законодатель, не мудрствуя лукаво, сделал аутентичными закон об авторском праве и соответствующую главу Гражданского кодекса. Казалось бы, что плохого в таком решении? На самом же деле подобное “сдваивание” законодательства противоречит неписаному закону экономии правовой материи. Ведь правовая материя существует не на бумаге, а в общественных отношениях и ее субстанция такова, что крайне болезненно реагирует она на всякие попытки произвольного, бесцеремонного обращения.

Есть и еще один способ “не навредить” – ничего не менять. Но, думаю, для всех сегодня очевидно, что российское законодательство об интеллектуальной собственности нуждается в совершенствовании. За время действия законов, принятых в начале 90-х годов, практика и теория выявили в них немало пробелов и противоречий. Нельзя не учитывать и того, что развивается международный инструментарий в этой сфере. В первую очередь, я имею в виду договоры ВОИС по авторскому праву и смежным правам, принятые на Дипломатической конференции в декабре 1996 года. Совершенствуется нормативная база и в Европейском Сообществе. Нам отставать негоже. Следовательно, ничего не менять – значит “навредить”. Но вот вопрос – как менять, через принятие каких нормативных актов?

Сегодня правовой режим интеллектуальной собственности в определенном смысле “висит в воздухе”, поскольку главный источник гражданского права – Гражданский кодекс – характеризует его лишь в самых общих чертах. Получается, что действующим федеральным законам – патентному, об авторском праве, о товарных знаках и т.д. – приходится опираться непосредственно на Конституцию как на общую основу всей правовой системы, и лишь отчасти – на Гражданский кодекс.

Дискуссии последних лет привели к тому, что ныне уже мало кто сомневается в необходимости включения в Гражданский кодекс специального раздела, касающегося права интеллектуальной собственности. Все согласны и в том, что такой раздел должен содержать общие положения, касающиеся всех видов интеллектуальной собственности. Зафиксируем это согласие как несомненное достижение теоретических дискуссий.

В обоих проектах, ради обсуждения которых мы собрались сегодня, присутствуют эти общие положения, хотя и различаются – скорее текстуально, нежели концептуально. Но дальше начинается принципиальное различие, которое, на мой взгляд, является в значительной степени кажущимся. Дело в том, что авторы обоих проектов едины в своем стремлении усовершенствовать законодательство об отдельных видах интеллектуальной собственности. Разница лишь в том, что Рабочая группа ИЦЧП хочет провести изменения через их закрепление в Гражданском кодексе, а наши питерские коллеги – через принятие изменений и дополнений в действующие законы. Наглядным доказательством этого может служить переданный нам сегодня профессором Сергеевым проект закона о внесении изменений и дополнений в закон Российской Федерации “Об авторском праве и смежных правах”.

Итак, подведем итог. Думаю, мы можем констатировать, что в обсуждавшихся нами сегодня проектах гораздо больше общего, чем принципиально отличного. А это значит, что через достижение интеллектуальной солидарности разработчиков законопроектов можно будет обеспечить оптимальное закрепление права интеллектуальной собственности в третьей части Гражданского кодекса России.

Благодарю всех за участие.

 

Приложение

 

 

НОВЫЙ ПРОЕКТ ТРЕТЬЕЙ ЧАСТИ ГРАЖДАНСКОГО КОДЕКСА И

СТАРЫЕ ПРОБЛЕМЫ ИНТЕЛЛЕКТУАЛЬНОЙ СОБСТВЕННОСТИ

Савельева И. В.

Зав. кафедрой гражданского

права и процесса МГОУ

Обсуждаемый вариант Раздела V проекта третьей части ГК по интеллектуальной собственности представляет собой уже третью попытку включить детальные положение об интеллектуальной собственности в состав Гражданского кодекса. Первая попытка была предпринята в 1995-96 годах при разработке второй части Гражданского кодекса, однако впоследствии нормы об интеллектуальной собственности во вторую часть не вошли. Следующим этапом была публикация глав, посвященных общим положениям, авторскому праву и смежным правам в “Российской газете” в 1997 году, но за публикацией внесения законопроекта не последовало. И недавно, в начале этого года на обсуждение был предложен новый проект третьей части ГК, включающий Раздел V “Исключительные права (интеллектуальная собственность)”, состоящий из 14 глав и 127 статей.

Очевидно, что, как и в предыдущих проектах, такое количество статей означает включение в состав ГК подавляющего большинства норм, касающихся интеллектуальной собственности и содержащихся в принятых в 1992-93 годах специальных законах. Например, в проекте две главы посвящены регулированию авторских и смежных прав (глава 62 “Авторское право” и глава 63 “Права, смежные с авторскими правами”) и они состоят из 46 статей. Содержащиеся в этих главах положения уже давно урегулированы Законом Российской Федерации 1993 года “Об авторском праве и смежных правах“, который насчитывает 50 статей. Как проект, так и действующий Закон регулируют одни и те же вопросы (объекты охраны, субъекты прав, перечень прав, договорные отношения и защита прав) с одинаковой степенью детализации.

Иными словами, проект направлен на регламентацию того, что уже давно урегулировано действующим Законом 1993 года, т. е. по предмету и объему регулирования проект дублирует указанный Закон и по существу его поглощает.

Для обеспечения творческой самостоятельности проекта, его разработчики не могли не пойти на коренное изменение принципов регулирования, терминологии и иных основополагающих положений в этой сфере. Проект самым решительным образом отличается от тех положений, которые закреплены в действующем Законе 1933 года и давно внедрены в деловую и судебную практику.

Российский закон 1993 года об авторском праве и смежных правах согласно заключениям соответствующих международных организаций (Всемирная организация интеллектуальной собственности - специализированная организация ООН по вопросам интеллектуальной собственности и других) полностью соответствует основным международным стандартам в этой области. Это позволило Российской Федерации в 1994 году присоединиться к Бернской конвенции об охране литературных и художественных произведений (Бернская Конвенция) и Конвенции (Фонограммной) по охране интересов производителей фонограмм от незаконного воспроизводства их фонограмм (Женевская Конвенция). Аналогичный вывод был также сформулирован в ходе переговоров о присоединении Российской Федерации к Всемирной торговой организации (ВТО) в части обязательств, вытекающих из Соглашения о торговых аспектах прав на интеллектуальную собственность (ТРИПС).

В настоящее время Россия не участвует в Международной конвенции по охране интересов артистов-исполнителей, производителей фонограмм и организаций вещания (Римская Конвенция), но действующий Закон 1993 года соответствует требованиям этой Конвенции. Необходимость присоединения к Римской конвенции вытекает из Указа Президента Российской Федерации № 1607 от 7 октября 1993 года и определяется стандартами ВТО и Соглашения о партнерстве и сотрудничестве между Европейским Союзом и Российской Федерацией.

Безусловно, после 1993 года в международном регулировании этой сферы произошло много нового: приняты два международных договора ВОИС (Договор ВОИС об авторском праве и Договор ВОИС об исполнениях и фонограммах), подготовлен проект Директивы ЕС об авторском праве, но эти новеллы лишь подтверждают правильность общих принципов российского Закона 1993 года и могут быть учтены путем внесения нескольких дополнений в Закон.

Принципиальное отличие положений проекта от Закона 1993 года означает, что в случае принятия этого раздела ГК Закон 1993 года не только перестанет существовать, но будут введены нормы, которые повлекут ломку всего существующего внутреннего правового механизма в России в этой области и хаос в правоприменительной практике, а также расхождение с соответствующими международными конвенциями.

В проекте много прямых противоречий с международными конвенциями, в которых участвует Российская Федерация, что будет означать невыполнение Россией своих международных обязательств. Зачастую проект использует отличную от международных конвенций терминологию. И хотя формально это может не считаться противоречием международному договору, на практике это будет означать, что для иностранных правообладателей, охраняемых на основе конвенций, будут действовать и применяться одни термины, а для российских – другие. Таким образом, на территории России будут два различных правовых режима в области интеллектуальной собственности.

В чем же основная причина возникшей проблемы? Это является следствием основной концепции проекта ГК, которая заключается в детальном регулировании вопросов интеллектуальной собственности в рамках ГК. На этом вопросе хотелось бы отдельно остановиться на примере норм по авторским и смежным правам.

Закон об авторском праве и смежных правах и Гражданский кодекс

Не вызывает сомнений гражданско-правовая природа подавляющего большинства норм, входящих в закон об авторском праве и смежных правах. Однако это не означает, что Гражданский кодекс может вобрать в себя все нормы, которые необходимы для правового регулирования области авторских и смежных прав.

Одним из решающих фактором развития законодательства об авторском праве и смежных правах является развитие новых технологий. Нормы, регламентирующие подобные вопросы (например, декомпиляция компьютерных программ, регулирование воспроизведение произведения в электронной форме и другие) объективно не могут войти в Гражданский кодекс как фундаментальный акт гражданского законодательства (не случайно такие нормы не вошли в проект). В силу этого обстоятельства, а также некоторых других (например, необходимость более детально регулировать деятельность по коллективному управлению) область авторского права и смежных прав полностью войти в ГК не может. Следовательно, необходимость в специальном законе сохраняется.

Нужно ли обеспечить связь между специальным законом об авторском праве и смежных правах и Гражданским кодексом? Вне всяких сомнений, такая связь необходима. Это касается не только регламентации того, что объекты авторского права и смежных прав являются объектами гражданских правоотношений (это уже сделано в ст. 138 ГК), но и связи авторских и иных договоров в этой области с общими нормами об обязательствах.

Для этого нет необходимости включать все детальные норма об авторском праве и смежных правах в Гражданский кодекс. Достаточно ограничиться лишь ограниченным числом норм общего характера.

Такой подход обеспечит и связь Гражданского кодекса со специальным законом путем закрепления в ГК основополагающих общих принципов, и возможность детального регулирования специфики авторских и смежных прав в отдельном законе. Не случайно европейские страны, в которых есть гражданские кодексы, либо совсем не включают нормы об авторском праве и смежных правах в кодексы, либо дают лишь самые общие отсылки .

Новые технологии и закон об авторском праве и смежных правах

Современное развитие технологий ежегодно приводит к появлению новых способов использования результатов творчества, новых форм их фиксации, новых сред, в которых творчество живет. Не так давно мир был изменен с появлением персональных компьютеров, национальные границы для радио- и телевещания были уничтожены спутниками связи, а сейчас мировое развитие определяют глобальные сети коммуникации, мультимедийная среда стала привычной формой для творчества.

Уходит в прошлое традиционное разграничение материальных форм фиксации различных произведений: книга для литературного произведения, пленка для кинофильма, пластинка для музыкального произведения. Появление цифровой формы позволяет все эти разные виды творчества перевести в единый формат и воплотить на едином носителе: оптическом диске. Но мирная технологическая революция идет дальше, и уже входят в нашу жизнь цифровые универсальные диски (DVD) - двусторонние перезаписываемые диски, вмещающие около 24 часов музыки, полнометражный художественный фильм, крупноформатные компьютерные игры.

Глобальная сеть Интернет – это не только мировая система передача информации, это универсальный поставщик любых произведений: литературы, кино, музыки и других прямо на домашний компьютер. Доставка кинофильмов, музыки и других произведений “на дом” с помощью телевизора по индивидуальному запросу является также достаточно распространенным видом услуг.

Скорость происходящих перемен в конце этого столетия поистине космическая и не сравнима с темпами развития техники еще 10-15 лет назад.

Стремительное развитие технологий требует быстрых и адекватных изменений в законодательстве об авторском праве и смежных правах как на национальном, так и на международном уровне. Не случайно новые договоры ВОИС 1996 года получили условное название “Интернет-договоры”.

Гражданский кодекс как основополагающий акт гражданского законодательства не сможет подвергаться таким быстрым изменениям и не сможет вобрать в себя нормы, отражающие техническую специфику происходящих процессов. Следовательно, в Гражданском кодексе должны быть нормы только наиболее общего и принципиального характера.

Не должен Гражданский кодекс и сковывать будущее развитие отраслевого законодательства путем, например, исчерпывающего регулирования перечня прав, принадлежащих авторам и обладателям смежных прав.

Международные стандарты и закон об авторском праве и смежных правах

Зародившись как национальное законодательство, имеющее территориальный характер, правовое регулирование в этой области достаточно рано продемонстрировало недостатки этой ограниченности. Действительно, если национальные авторы, например, литературных произведений получали полный объем охраны в силу положений национального законодательства, то зарубежные произведения в той же стране защиты по этому законодательству не приобретали, что делало невозможным полноценный торговый и культурный обмен. Не случайно поэтому уже в середине прошлого века заключаются первые двусторонние соглашения о взаимной охране авторских прав, направленные на преодоление ограниченности национального законодательства (двусторонние соглашения между Россией и Бельгией, Францией и Бельгией. Достаточно скоро становится ясно, что двусторонние соглашения не позволяют эффективно решать проблемы преодоления национальных границ как того требует развитие торговли, и в 1896 году заключается первое международное соглашение в этой области – Бернская конвенция об охране произведений литературы и искусства. Уникальность Бернской конвенции состояла в том, что еще в прошлом веке с ее помощью был решен вопрос не только предоставления взаимной охраны авторских прав на территории стран-участниц, но и был установлен обязательный минимум этой охраны, т.е. заложены основы унификации национального законодательства.

До Второй мировой войны этого соглашения было достаточно, но затем начинается эпоха все более активной выработки новых международных конвенций в этой области. Всемирная конвенция об авторском праве 1952 года была мостом, связавшим охрану на европейском континенте с охраной в Соединенных штатах. Позднее в ту систему стали включаться и развивающиеся государства. Последняя треть этого столетия ознаменовалась началом процесса создания международной системы охраны смежных прав: прав исполнителей, производителей фонограмм и организаций вещания (Римская конвенция 1961 года, Женевская конвенция 1971 года).

Последняя четверть этого столетия стала эпохой признания экономической составляющей интеллектуальной собственности, что выразилось в принятии Соглашения о торговых аспектах прав на интеллектуальную собственность (ТРИПС). Это поистине уникальное соглашение не только плотно связало вопросы правовой охраны интеллектуальной собственности с торговлей в рамках так называемого Уругвайского раунда 1995 года, но и выдвинуло на первый план гармонизацию материальных и процессуальных норм защиты интеллектуальной собственности (мер уголовной и административной защиты, включая таможенные меры, мер гражданско-правовой защиты). В последнее время сложилась и особая региональная гармонизация норм авторского права в рамках Европейского сообщества, где есть уже 5 директив по этим вопросам и активное ведется разработка новой директивы, призванной имплементировать требования новых договоров ВОИС 1996 года в законодательство стран Сообщества.

В настоящее время область авторских и смежных прав, как впрочем, все область интеллектуальной собственности является одной из наиболее унифицированных областей не только в плане материально-правовых норм, но и принципов процессуальных норм в этой области. Национальное законодательство не может развиваться без признания международных стандартов. В свою очередь, необходимость в международных “наднациональных” стандартах все возрастает вследствие развития новых технологий, уничтожающих всякие национальные границы в использовании результата творчества.

Проект Гражданского кодекса в отличие от российского Закона 1993 года указанным стандартам не соответствует. Это вызовет соответствующие международные последствия, а также может осложнить охрану прав российских правообладателей за рубежом.

Таким образом, если кратко сформулировать выводы и неизбежные последствия принятия проекта, то они, к сожалению, будут крайне негативными:

  1. Проект содержит нормы, посвященные вопросам, уже
  2. урегулированным действующим законодательством, при этом по существу и терминологии проект коренным образом отличается от действующего законодательства.

  3. Принятие проекта повлечет разрушение существующего правого

механизма в области авторских и смежных прав и практики его применения в Российской Федерации, приведет к полному правовому хаосу и ликвидации наметившейся в последнее время деятельности по пресечению незаконного использования объектов авторского права и смежных прав.

3. Принятие проекта повлечет серьезные отрицательные международные последствия как в плане присоединения Российской Федерации к ВТО, так и по линии Соглашения о партнерстве и сотрудничестве с Европейским Союзом, выполнения иных существующих обязательств Российской Федерации по международным соглашениям в этой области.

Оптимальным и единственно правильным решением указанной проблемы было бы включение в проект части третьей Гражданского кодекса лишь общих положений, касающихся прав на интеллектуальную собственности (около 10-15 статей) с отсылкой в остальном на существующие специальные законодательные акты, в частности, Закон об авторском праве и смежных правах 1993 года. Такое решение находилось бы в полном соответствии с действующей Конституцией Российской Федерации, в которой законодательство по интеллектуальной собственности выделено в качестве самостоятельной отрасли вне рамок гражданского законодательства (п. “о” ст. 71 Конституции). Подобное решение предотвратило бы неизбежные отрицательные международные последствия и сохранило сложившийся и действующий российский законодательный механизм, одновременно обеспечив необходимую связь специального законодательства с общими нормами Гражданского кодекса. И, наконец, это находилось бы в полном соответствии с общепризнанной законодательной практикой развитых зарубежных стран, где детальные нормы регулирования интеллектуальной собственности являются предметом специальных законов и не включаются в Гражданский кодекс.

 

 

Исследовательский центр частного права при Президенте РФ

Кафедра ЮНЕСКО по авторскому праву и другим

отраслям права интеллектуальной собственности ИМПЭ

К научно-теоретической конференции

“Проблемы интеллектуальной собственности в ГК РФ”

Монаков П.А.,

главный юрисконсульт ЗАО “Сеть телевизионных станций”,

магистр частного права

 

Предложения по внесению изменений в проект главы 62 ГК РФ

По статье 1138.

Использование произведения имеет своей целью доведение его содержания до публики – зрителей, читателей, слушателей, в связи с чем в статью 1138 необходимо внести соответствующие изменения. Это касается прежде всего подпункта (7) “трансляция или ретрансляция произведения или его записи по радио или телевидению, в том числе по кабелю или через спутник”. При такой формулировке под использование произведения подпадает деятельность предприятий связи по получающей в последнее время широкое распространение доставке произведения между юридическими лицами - от лицензиара к лицензиату – с использованием средств оптико-волоконной и космической связи. Кроме того, уровень развития телерадиовещательной техники таков, что в настоящее время число исключительно эфирных и исключительно кабельных вещателей не велико. Поэтому предлагается объединить в ГК два способа использования произведения в один: “Публичное сообщение произведения для всеобщего сведения в эфир, по кабелю или с помощью иных аналогичных средств”.

Но в тоже время необходимым является выделение в качестве отдельного правомочия следующего “Сообщение произведения в эфир, по кабелю или с помощью иных аналогичных средств, осуществляемое с взиманием платы с публики ”.

Помимо этого предлагается при определении понятия воспроизведения использовать определение из действующего Закона, как более удачное, а также исключить выделенное в качестве отдельного правомочие “Запись произведения с помощью технических средств” (пп.(6) статьи), ведь воспроизведение произведения и есть запись произведения с помощью технических средств.

 

По статье 1139.

Принятие этой статьи в предлагаемой редакции означает прежде всего отмену Постановления Правительства РФ от 21 марта 1994 г. № 218 “О минимальных ставках авторского вознаграждения за некоторые виды использования произведений литературы и искусства”, точнее, Постановление из общеобязательного нормативного акта станет просто некой рекомендацией, что несомненно существенно ухудшит положение авторов по сравнению с настоящим временем. Поэтому в пункте 2 этой статьи после слов “определяются соглашением сторон” предлагается добавить “если законом об авторском праве и принятым в соответствии с ним иными нормативными актами не определено иного”, абзац второй этого пункта исключить и внести соответствующее изменение в пункт 6 этой статьи.

 

По статье 1140.

Терминологию этой статьи предлагается привести в соответствие с терминологией главы 29 ГК РФ “Изменение и расторжение договора”.

 

По статьям 1142,1155.

В настоящее время отношения по управлению имущественными правами авторов и иных правообладателей регулируются нормами Главы IV Закона РФ “Об авторском праве и смежных правах” - “Коллективное управление имущественными правами”. При анализе положений этой главы видно, что между правообладателями и управляющей организацией существуют отношения двоякого рода: отношения членства в организации и отношения между учредителем управления и управляющим (близкие по своему характеру к отношениям по управлению имуществом, регулируемых Главой 53 ГК РФ). Действенность таких отношений подтверждается практическим применением таких норм, в связи с чем предлагаемый в проекте вариант отношений – либо членство, либо договор об управлении – представляется не совсем удачным.

Особое возражение вызывает второй абзац пункта 2 этой статьи, поскольку предлагаемая отсылочная норма противоречит той норме, к которой она отсылает: публичным договором называется договор, заключаемый между коммерческой организацией и потребителем (ст. 426 ГК). Управляющая организация – некоммерческая организация, а правообладатель – не только физическое, но и юридическое лицо.

По статьям 1149, 1151, 1152.

Предлагается ввести единую терминологию в определении способов использования произведений, исполнений и передач вещательных организаций, в связи с чем:

слова по тексту “трансляция” заменить на “публичное сообщение”;

слова по тексту “тиражирование” заменить на “воспроизведение”.

Исключить правомочие “трансляция и (или) публичное воспроизведение записи исполнения”.

По статье 1153.

Есть ли смысл в обозначении лицензионного исполнительского договора так, как на практике он все равно не будет заключаться, поскольку создание и использование продюсером аудиозаписи, видеозаписи, аудиовизуального произведения (программы), вещательной организацией без наличия у них исключительного права исполнителя теряет всякий смысл. Кроме того, исполнение как объект смежного права только тогда существует (имеет “право на жизнь”), когда оно записано или передается в эфир или по кабелю.

По статьям 1158, 1159.

Относительно обозначения изготовителя записи добавить слова “или каким- либо образом в самой записи”.

По статье 1161.

Правомочие “Публичное воспроизведение записи” исключить заменив на “воспроизведение записи”;

По параграфу 5.

Поскольку в настоящее время, как уже выше указывалось, уровень развития современной техники телерадиовещания таков, что число исключительно эфирных и исключительно кабельных вещателей постоянно уменьшается, а сигнал от вещателя к зрителю (слушателю) идет с использованием как кабельных сетей, так и эфира, а также учитывая, что вещательная деятельность с использованием произведений и объектов смежных прав имеет единую цель – сообщение произведений и объектов смежных прав как можно большему числу зрителей (слушателей) и различие заключается только в использовании различных технических средств, предлагается ввести единый субъект права – организация вещания, либо вещательная организация, либо вещатель.

В статью 1166 ввести право на обозначение вещателя организации при осуществлении сообщения в эфир и/или по кабелю каким-либо способом..

В статье 1167 слова по тексту “трансляция” заменить на “публичное сообщение в эфир и/или по кабелю”, а также ввести в качестве отдельного правомочия “сообщение в эфир и/или по кабелю осуществляемое с взиманием платы с публики”.

 

Павлов В.П. Ведущий научный сотрудник РПА Минюста РФ , докторант кафедры гражданского и семейного права Московской государственной юридической академии.              Замечания и предложения к разделу V Проекта части III ГК РФ

       Предложенный проект части III ГК РФ в разделе V посвящен интеллектуальной собственности. Нынешний ГК РФ принято называть экономической конституцией государства. Однако экономические аспекты в Проекте 3-ей части ГК выражены недостаточно ясно:

1.Нет указаний на приоритет развития национальных наукоемких технологий  и производств.

2.Отсутствует приоритет занятости национальных рабочих кадров при внедрении интеллектуальной собственности.

3.Соответственно отсутствует и правовой механизм реализации названных приоритетов, которые в таких развитых странах, как Япония и США, прямо закреплены в законодательстве об интеллектуальной собственности.

4.Отсутствует жизненно важный для России механизм перехода объектов интеллектуальной собственности в предприятиях с иностранным капиталом.

5.В нынешних условиях практического отсутствия системы социального обеспечения и бюджетного образования проповедуется старый принцип: права на интеллектуальную собственность предоставлять работодателю и государству. Тем самым создается предпосылка для нарушения п.п. с) п.1 ст.15 Международного Пакта об экономических, социальных и культурных правах от 16 декабря 1966 г.

6. Необоснованно исключены из охраны произведениям народного творчества.

В соответствии со ст.487 ГК РСФСР 1964г., к произведениям народного творчества относятся:

1.Произведения фольклора (песни, сказки, загадки, танцы),

2.Произведения народных художественных промыслов.

3.Народная архитектура  и т.п.

Народ является субъектом права в соответствии с п.1 ст.3,п.3 ст.5, и п.1 ст. 82 Конституции РФ. Преамбула Конституции говорит о принципах равноправия и самоопределения народов, входящих в состав РФ. При этом речь идет в том числе и о культурном самоопределении в области охраны культурных ценностей и охраны произведений народного творчества. Статьи 20, 21, п.3 ст.68 Основ законодательства о Культуре в РФ декларируют гарантию государством всем ее народам  сохранения родного языка, создание условий для его изучения и развития. А как можно охранять родной язык, обеспечивать условия для его развития, если произведения народного творчества - фольклор не является объектом авторского права?

Именно в ГК РФ  и должно прописать основополагающие условия сохранения и изучения языка собственным народом, чтобы гарантии государства закрепленные в п.3 ст.68 Основ законодательства о культуре не остались декларативной нормой, тем более, что п.4 ст.15 Бернской конвенции предусматривает возможность охраны произведений народного творчества.

7. Также, как и в разделе II ГК РФ, посвященном собственности на материальные объекты (вещи), в нем отсутствует понятийный аппарат:          1.Нет родового определения интеллектуальной собственности; 2.Нет родового определения изобретения (определения нет и в Патентном законе РФ).

Отсутствие формально-логического определения собственности в разделе II ГК РФ уже вызвало на практике негативные последствия: право собственности из социальной функции превратилось в социальную привилегию. Например, ГК РФ не только не ставит препятствий лицу, которое намерено приобрести приватизируемое предприятие и при этом не имеет опыта  эксплуатации подобных предприятий, но и при надлежащем оформлении документов признает его собственником купленного предприятия (ст.218 ГК РФ).

Отсутствие формально-логических определений интеллектуальной собственности и изобретения в ч. III ГК РФ неизбежно вызовет на практике цепную реакцию споров по поводу признания того или иного нового вида результатов деятельности в качестве интеллектуальной собственности. Первые признаки таких дебатов можно было обнаружить на публичном обсуждении Проекта  22 января 1999 г., когда многие из  выступавших ставили вопрос о проблеме квалификации тех или иных объектов, которые не вошли в перечень, помещенный в ст.1111 Проекта .Более того, в названный перечень не вошли даже  все виды объектов интеллектуальной собственности, отраженные в международных договорах. Например, опущен такой объект, как пресечение недобросовестной конкуренции, признанный Конвенцией об учреждении Всемирной организации интеллектуальной собственности (ВОИС), (ст. 2 (VIII)).

Предлагаемые определения являются результатом разработки понятийного аппарата в области собственности, применительно к вещно-правовой категории и интеллектуальной собственности. Они включены в Большую российскую юридическую энциклопедию, выпущенную в свет издательством "Славия" в 1998 г.

Замечания по отдельным статьям Проекта. 

1.В соответствии  с п. 2 ст. 1124 Проекта, роль Интеллектуальной собственности лица принижена до обязательственного правоотношения между лицами. Это принципиальная ошибка в понимании сущности интеллектуальной собственности. Основанием возникновения ответственности является не нарушение существующего обязательства, а деликт, до возникновения которого стороны не находились в обязательственных отношениях. Поэтому последнюю фразу в п. 2 ст. 1124 необходимо убрать, как не соответствующую основанию возникновения ответственности.

2. Ст.1178. Предлагаемый проект вместо того, чтобы иметь своей целью развитие отечественной промышленности и занятости рабочих рук в России, не содержит  протекционистских целей, которые характерны для законодательства таких промышленно развитых стран, как Японии и США в этой области (ст.1 Патентного закона Японии от 13 апреля 1959 г.,SYMBOL 167 \f "NTHarmonica" \s 14§ 204 Раздела 35 Свода законов США).

3. Ст.1141, ст.1182

Распространение метода трудового законодательства на правоотношения в области интеллектуальной собственности при определении собственника результата интеллектуального труда, который использован в Проекте, неприемлем по следующим причинам:

1.Способ производства, т.е. собственность, задает разработчик, а не работодатель.

2.В отличие от стран с социалистической экономикой, при которой любой уровень образования работника финансируется из гос.бюджета, в странах с развитой рыночной экономикой уровень профессиональной подготовки работника реализуется за счет собственных его затрат.

3.Соотношение капиталовложений работодателя и работника средней квалификации в процессе производства нового продукта в промышленно развитых странах (США) составляет 25% к 75%.

4.Создавая необоснованные нормативные привилегии работодателю и государству перед автором объекта интеллектуальной собственности в нынешних условиях "лежачей" российской экономики, когда государство не в состоянии гарантировать автору эквивалентное вознаграждение за созданный им объект интеллектуальной собственности также, как оно, в нарушение ст.12 Конвенции о защите заработной платы от 1 июля 1949 г. не в состоянии  гарантировать ему регулярную выплату обычной заработной платы, объективно упомянутые нормы Проекта  будут способствовать развитию уже наблюдаемого сегодня процесса массового сокрытия работниками от работодателей созданных ими объектов интеллектуальной собственности. Поэтому в существующих сегодня псевдо - рыночных условиях в России, работник старается передать результат своего интеллектуального труда тому, кто обещает ему больше заплатить. Таким образом, объект интеллектуальной собственности становится дешевой добычей в развитой сети  промышленного шпионажа, которая процветает в России под вывеской "инкубаторов новых технических идей" и иных благотворительных фондов в области новых идей.

 

С учетом этих замечаний дана редакция статей Проекта.

Раздел V. Интеллектуальная собственность (исключительные права)

Глава 61. Общие положения

Статья 1110 Интеллектуальная собственность

Под интеллектуальной собственностью понимается новая совокупность приемов и способов действий в любой области человеческой деятельности, направленных на достижение поставленной цели.

На результаты интеллектуальной деятельности, в том числе результаты творчества, а также на средства индивидуализации юридического лица и средства индивидуализации товаров, работ или услуг (далее - средства индивидуализации) за гражданами и юридическими лицами по основаниям и в порядке, установленном законом, признается исключительное право. Исключительное право является правом имущественным.

Исключительное право на результат интеллектуальной деятельности или на средство индивидуализации может принадлежать одному лицу или нескольким лицам совместно. В случаях, предусмотренных законом, самостоятельные исключительные права на один и тот же результат интеллектуальной деятельности или на одно и то же средство индивидуализации могут принадлежать разным лицам.

Обладатель   исключительного   права   на  результат   интеллектуальной деятельности или на средство ' индивидуализации (правообладатель) вправе использовать этот результат или средство по своему усмотрению любыми не противоречащими закону способами и может, если иное не установлено настоящим Кодексом, самостоятельно распоряжаться этим правом. Лица, не являющиеся правообладателями, не вправе использовать результат интеллектуальной деятельности или средство индивидуализации без согласия (разрешения) правообладателя.

Статья 1111. Объекты исключительных прав

Объектами   исключительных   прав   являются   следующие  результаты интеллектуальной деятельности и средства индивидуализации:

произведения науки, литературы или искусства,

результаты исполнительской деятельности артистов-исполнителей, режиссеров-постановщиков спектаклей и иных театрально-зрелищных представлений, дирижеров;

сложные результаты творчества; звукозаписи и записи изображения; передача радио- и телевизионных сигналов; изобретения; полезные модели; промышленные образцы; профессиональные секреты (ноу-хау); селекционные достижения;

фирменные наименования и коммерческие обозначения правообладателя; товарные знаки и знаки обслуживания; наименования мест происхождения товаров;

пресечение недобросовестной конкуренции

другие    результаты   интеллектуальной    деятельности    и   средства индивидуализации, подпадающие под общее определение интеллектуальной собственности, приведенное в ч.1 ст.1110 ГК РФ, на которые  не наложены ограничения, устанавливаемые законом.

Статья 1112. Интеллектуальная собственность и  собственность на материальный объект.

Новизна (не общеизвестность) совокупности приемов и способов действий лица над материальным объектом является отличительным признаком интеллектуальной собственности от собственности на материальный объект (вещь).

Исключительное право на результат интеллектуальной деятельности или на средство индивидуализации существует независимо от права собственности на материальный объект (вещь), в котором такой результат или средство выражены.

Переход права собственности на вещь сам по себе не влечет передачи или предоставления какого-либо исключительного права на нематериальный результат, выраженный в этой вещи.

 

Статья 1118. Договор о передаче исключительного права

1. По договору о передаче исключительного права на результат интеллектуальной деятельности автор или иной обладатель этого права передает свое исключительное право в полном объеме другому лицу.

Передача исключительного права новому правообладателю не влечет прекращения    лицензионных   договоров,    заключенных    предшествующим правообладателем.

2. Договор о передаче исключительного права должен быть заключен в письменной форме.

3. Условия договора о передаче исключительного права на результат творчества, ухудшающие положение автора или его наследников по сравнению с условиями, предусмотренными настоящим Кодексом и другими законами, недействительны. Вместо таких условий применяются условия, установленные законом.

4. Условия договора о передаче исключительного права, ограничивающие право гражданина создавать результаты творчества определенного рода или в определенной области творческой деятельности и передавать исключительное право на такие результаты другим лицам, ничтожны.

5.   Для предприятий с иностранным капиталом прекращение действия договора о передаче исключительного права наступает вследствие ликвидации названного юридического лица. Его правопреемником в области объектов интеллектуальной собственности становится российское юридическое лицо, а при его отсутствии - один из государственных фондов интеллектуальной собственности, созданных на основании закона.

6. Иностранные граждане, организации и юридические лица, а также российские юридические лица с иностранным участием получают необходимую для их уставной деятельности информацию об объектах промышленной собственности на территории РФ только на основании договора с российскими учреждениями и лицами, для которых сбор и обработка информации об указанных объектах является основным видом уставной деятельности.

7. Российские граждане в рамках предпринимательской деятельности занимающиеся сбором и обработкой информации о промышленной собственности для иностранных лиц, в том числе патентные поверенные ,обязаны пройти регистрацию в одном из гос органов, занимающимся сбором и обработкой такого рода информации в рамках своей основной уставной деятельности.

8.Переработанная заказчиком информация об объектах промышленной собственности, предназначенная для передачи за границы территории РФ подлежит регистрации в гос. органе, представившем соответствующую исходную информацию заказчику, либо управомочившем частное лицо,  на сбор информации, в соответствии с п.7 настоящей статьи, до передачи этой информации за границу.

9. Государственные органы, ведущие регистрацию лиц, осуществляющих сбор информации об объектах промышленной собственности для предоставления ее заинтересованным иностранным лицам и предприятиям с иностранным участием на договорной основе, обязаны контролировать соответствие характера передаваемой информации уставным задачам предпринимателя, получающего этот вид информации.

Нарушение установленного порядка сбора и передачи информации об объектах промышленной собственности влечет за собой ответственность в соответствии с действующим законодательством.

 

Статья 1119. Лицензионный договор

 

1.Лицензионный договор это юридический документ свидетельствующий о разрешении на совершение в определенной стране или на определенной территории страны действий по использованию объекта интеллектуальной собственности его владельцем.

2. По лицензионному договору автор или иной обладатель исключительного права на результат интеллектуальной деятельности или на средство индивидуализации (лицензиар) предоставляет или обязуется предоставить другой стороне (лицензиату) право использования такого результата или средства в установленных договором пределах.

Лицензиат может использовать результат интеллектуальной деятельности или средство индивидуализации только в пределах тех прав и теми способами, которые предусмотрены лицензионным договором. Права на использование и способы использования, прямо не указанные в лицензионном договоре, не считаются предоставленными лицензиату. 2. Лицензионный договор может предусматривать:

предоставление лицензиату права использования с сохранением за лицензиаром права использования и права выдачи лицензий другим лицам (выдачу простой (неисключительной) лицензии);

предоставление лицензиату права использования с сохранением за лицензиаром права использования, но без сохранения за ним права выдачи лицензий другим лицам (выдачу исключительной лицензии);

предоставление лицензиату права использования без сохранения за лицензиаром права использования и права выдачи лицензий другим лицам (выдачу полной лицензии).

Если в договоре не предусмотрено иное, лицензия предполагается простой (неисключительной).

4. Лицензионный договор должен быть заключен в письменной форме, за исключением случаев, предусмотренных законом.

5. К лицензионному договору, заключенному автором результата творчества, соответственно применяются положения пунктов 2 и 3 статьи 1118 настоящего Кодекса.

Основания и размер ответственности авторов результатов творчества за нарушение лицензионного договора могут быть ограничены законом.

Статья 1127. Соавторство

1. Граждане, создавшие произведение совместным творческим трудом, признаются соавторами, независимо от того, образует ли такое произведение неразрывное целое или состоит из частей, каждая из которых имеет самостоятельное значение.

Авторские права на произведение осуществляются соавторами совместно, если соглашением между ними не предусмотрено иное. Если произведение соавторов образует неразрывное целое, то ни один из соавторов не вправе без достаточных оснований запретить использование произведения.

Часть произведения, имеющая самостоятельное значение, может быть использована ее автором по своему усмотрению, если иное не предусмотрено соглашением между соавторами.

2. Авторские права на произведения народного творчества в объеме ст.1133ГК РФ признаются за компактно проживающей этнической группой в традициях которой создано произведение в том случае, если персонизация автора невозможна по объективным причинам.

С момента опубликования произведения народного творчества на него распространяются правила п. п. 2,3  ст. 1135 о сроках действия авторских прав.

3. Законом об авторском праве может быть определен круг лиц, которые признаются соавторами аудиовизуальных и мультимедийных произведений.

4. Лица, оказавшие автору лишь техническое, организационное, материальное или иное подобное содействие при создании произведения или придании ему объективной формы, не признаются соавторами.

Авторами или соавторами не признаются также лица, организующие работу по созданию произведений, входящих в коллективный результат в качестве элемента, -продюсеры, издатели периодических изданий и энциклопедий и т.д.

5. Авторские права на интервью принадлежат лицу, давшему интервью, и лицу, проводившему интервью, как соавторам, если иное не предусмотрено соглашением между ними. Использование интервью допускается лишь с согласия лица, давшего интервью.

Статья 1128. Объекты авторских прав

1. Объектами авторских прав являются произведения науки, литературы и искусства независимо от достоинств и назначения произведения, а также от способа его выражения, при условии, что такие результаты творчества выражены в объективной форме, допускающей возможность их восприятия.

Авторские права на программы для ЭВМ охраняются так же, как авторские права на произведения, указанные в абзаце первом настоящего пункта.

2. Методы, процессы, системы, способы, предлагаемые решения охраняются авторским правом в рамках законодательства о промышленной собственности.

3. Открытия охраняются авторским правом в рамках законодательства об открытиях.

4. Исключаются из объектов охраны авторским правом , после того, как они утверждены в качестве официальных документов в установленном законом порядке, официальные документы государственных органов и органов местного самоуправления, в том числе законы, другие правовые акты, судебные решения, иные материалы законодательного, административного и судебного характера, официальные документы международных организаций, а также официальные переводы таких документов;

официальные символы и знаки (флаги, гербы, ордена, денежные знаки и т.п.);.

 5. Исключены из объектов охраны авторским правом идеи, концепции, принципы, факты. с момента их объективного выражения.,

6. На часть произведения, на его название, на произведение, представляющее собой переработку другого произведения (переводы, экранизации, аранжировки и т.п.), на составное произведение (сборники, антологии, энциклопедии, базы данных и т.п.) авторские права распространяются, если такой результат творческой деятельности отвечает требованиям, установленным пунктом 1 настоящей статьи.

7. Произведение, представляющее собой переработку другого произведения (производное произведение) или являющееся составным произведением, охраняется авторским правом независимо от охраны произведения, на котором основано производное или составное произведение.

8. Авторские права распространяются как на опубликованные (выпущенные в свет), так и на неопубликованные произведения. На произведение, выраженное в устной форме, авторские права распространяются, если произведение доведено до сведения неопределенного круга лиц.

      9. Для возникновения и осуществления авторских прав не требуется регистрации произведения или соблюдения каких-либо иных формальностей

 

Статья 1129. Произведения, не являющиеся объектами авторских прав

Не являются объектами авторских прав;

·         сообщения о событиях и фактах, имеющие исключительно информационный характер;

·         результаты, полученные с помощью технических средств, предназначенных для достижения результатов определенного рода, без осуществления творческой деятельности, непосредственно направленной на создание конкретного произведения.

Статья 1130. Проекты официальных документов, символов и знаков

     1. Право авторства на проект официального документа, в том числе на проект официального перевода такого документа, на проект официального символа или знака принадлежит лицу, создавшему проект (разработчику).

Разработчик проекта официального документа, символа или знака вправе опубликовать такой проект, если это не запрещено государственным органом или органом местного самоуправления либо международной организацией, по поручению которой проект разработан. При публикации проекта разработчик вправе указывать свое имя.

2. Проект официального документа, символа или знака может быть использован государственным органом, органом местного самоуправления или международной организацией для подготовки такого официального документа, символа или знака без согласия разработчика, если проект опубликован разработчиком для использования этим органом или организацией либо направлен разработчиком соответствующему органу или организации.

При подготовке официальных документов, разработке официальных символов и знаков на основе проекта в него могут вноситься дополнения и изменения по усмотрению государственного органа, органа местного самоуправления или международной организации, осуществляющей подготовку официального документа, разработку официального символа или знака.

После принятия к рассмотрению проекта государственным органом, органом местного самоуправления или международной организацией проект может использоваться от имени этого органа или организации без указания имени разработчика.

Статья 1124. Защита интеллектуальной собственности

1.Защита интеллектуальной собственности осуществляется способами предусмотренными главой 60 настоящего Кодекса и другими законами.

2. Публикация судебного решения о допущенном нарушении с указанием действительного   правообладателя   и   пресечение   действий,   нарушающих исключительное право или создающих угрозу его нарушения, производятся независимо от вины нарушителя и за его счет.

Статья 1141. Служебное произведение

1. Авторские права на произведение, созданное в порядке выполнения служебного задания работодателя (служебное произведение), принадлежат автору произведения.

2. Право использования служебного произведения способом, обусловленным целью задания, в том числе путем его опубликования, и в вытекающих из задания пределах принадлежит работодателю, если в договоре между ним и работником (автором) не предусмотрено иное.

Право использования служебного произведения в качестве элемента коллективного результата принадлежит работодателю, в порядке выполнения задания которого создано произведение, в течение трех лет с момента представления произведения.

По истечение трех лет с момента представления произведения,а при согласии работодателя - и ранее права автора на использование произведения и на получение авторского вознаграждения принадлежат ему в полном объеме.

Работодатель вправе предоставить принадлежащее ему право использования произведения другом лицу только с согласия автора и за дополнительное вознаграждение.

Работодатель может при осуществлении своего права использования служебного произведения указывать свое имя (наименование) либо требовать такого указания.

3. Договор работодателя с работником (автором) может предусматривать выплату автору вознаграждения за каждый вид использования служебного произведения и другие условия его использования.

4. Право автора использовать служебное произведение способом, не обусловленным целью задания, а также способом, обусловленным целью задания, но за пределами, вытекающими из задания, не ограничивается.

 

Глава 64. Патентное право

 

Статья 1171. Основные  положения

1. Изобретением является новая совокупность приемов и способов действий с предметами материального мира, направленных на решение научных и технических задач

Патентоспособные изобретения, полезные модели и промышленные образцы являются разновидностями изобретений.

2.На патентоспособные изобретения, полезные модели и промышленные образцы в соответствии с законом закрепляется исключительное право (статьи 1110 и 1178), удостоверяемое патентом, и право авторства, удостоверяемое патентом или другими документами в соответствии с патентным законом (патентные права).

3. Имущественные и личные неимущественные отношения, возникающие в связи с созданием и использованием изобретений, полезных моделей и промышленных образцов, регулируются настоящим Кодексом, патентным законом и другими законами, а в случаях, предусмотренных законом, - иными правовыми актами.

Статья 1177. Право на получение патента

1. Первоначальное право на получение патента на изобретение, полезную модель, промышленный образец принадлежит автору изобретения, полезной модели, промышленного образца.

2. Право на государственную регистрацию и получение патента может перейти к другому лицу (правопреемнику) в случаях и по основаниям, установленным законом, в том числе в порядке универсального правопреемства, или по договору.

3. Договор о передаче права на получение патента должен быть заключен в письменной форме. Несоблюдение письменной формы влечет недействительность договора.

 

Статья 1178. Использование изобретения, полезной модели, промышленного образца.

1. Использованием изобретения признается его введение в хозяйственный оборот путем организации производства на территории России.

2. Ввоз и включение в товарооборот правообладателем запатентованного продукта, произведенного за пределами территории РФ не признается фактом его использования.

3. Патентообладателю принадлежит исключительное право использовать изобретение, полезную модель, промышленный образец в любой форме и любым не противоречащим закону способом, в том числе при изготовлении изделий или в изготовляемых изделиях (исключительное право на изобретение, полезную модель, промышленный образец), до тех пор, пока это право в силу договора или закона не перешло к новому патентообладателю.

Лицо, не являющееся патентообладателем, не вправе использовать изобретение, полезную модель, промышленный образец без разрешения патентообладателя.

4. Любое заинтересованное лицо имеет право в предусмотренные законом сроки обратиться за выдачей  принудительной лицензии на использование запатентованного объекта вследствие его не использования или недостаточных масштабов использования правообладателем на территории России.

Ввоз патентообладателем продукции произведенной в другой стране не признается промышленным использованием и не препятствует любому заинтересованному лицу обращаться за выдачей принудительной лицензии на производство и введение в товарооборот запатентованной продукции на территории России.

5. Если изделия, при создании которых применено изобретение, полезная модель, промышленный образец, правомерно введены в гражданский оборот, допускается дальнейшее распространение таких изделий без согласия правообладателя и без выплаты вознаграждения.

6. Ограничение прав патентообладателя, в том числе путем выдачи принудительной лицензии в соответствии со статьей 1121 настоящего Кодекса или признания в соответствии с патентным законом права преждепользования другого лица, допускается в случаях и в порядке, устанавливаемых патентным законом.

Статья 1 182. Служебные изобретения, полезные модели, промышленные образцы

1. Право на получение патента на изобретение, полезную модель, промышленный образец, созданные работником в порядке выполнения служебного задания (служебное  изобретение,  служебная  полезная  модель,  служебный промышленный образец), принадлежит работодателю, если между ним и работником (автором) заключен договор об уступке прав на такие будущие изобретения работодателю. Право авторства на служебное изобретение, служебную полезную модель, служебный промышленный образец сохраняется за работником. Автор такого изобретения имеет право на неисключительную безвозмездную лицензию.

             Если  между автором и работодателем указанный договор  не  заключался, патент выдается автору изобретения.  Работодатель вправе использовать это изобретение на условиях, определяемых лицензией.

Изобретения,  полезные модели,  промышленные образцы признаются служебными в случаях и в порядке, установленных патентным законом.

2. Если, после заключения договора о передаче прав с работником , работодатель в течение четырех месяцев со дня уведомления его работником о создании изобретения, полезной модели, промышленного образца не подаст или не обеспечит подачу заявки на выдачу патента либо не примет решения о сохранении конфиденциальности созданного работником результата, он утрачивает право на получение патента. В этом случае право на получение патента имеет работник.

3. Работник имеет право на вознаграждение за получение работодателем патента на служебное изобретение, полезную модель, промышленный образец, выплачиваемое в размере, в порядке и на условиях, устанавливаемых патентным законом.

Работник также имеет право на вознаграждение, определяемое исходя из использования   изобретения,   полезной   модели,   промышленного   образца, выплачиваемое в размере, в порядке и на условиях, определяемых в договоре между ним и работодателем. Такое же право на вознаграждение возникает у работника в случае создания результата, в отношении которого работодателем принято решение о сохранении конфиденциальности. Спор о размере, порядке и условиях выплаты вознаграждения в связи с использованием изобретения или результата, в отношении которого принято решение о сохранении конфиденциальности, разрешается судом.

4. Изобретение, полезная модель, промышленный образец, созданные работником с использованием денежных или иных материальных средств работодателя, но не в порядке выполнения служебного задания, не являются служебными. Право на получение патента на такое изобретение, полезную модель, промышленный образец принадлежит работнику, если соглашением между ним и работодателем не предусмотрено иное. При   отсутствии такого соглашения работодатель имеет право на получение простой (неисключительной) лицензии (статья 1119) или на возмещение расходов, понесенных им в связи с созданием такого изобретения.

Статья 1183. Право на изобретения, полезные модели, промышленные образцы, созданные при выполнении работ по договору

1. Если изобретение, полезная модель или промышленный образец создан при выполнении   подрядных,   научно-исследовательских,   опытно-конструкторских, технологических или иных работ, осуществлявшихся по договору, право на получение патента на такое изобретение, полезную модель или промышленный образец принадлежит исполнителю.

2. Заказчик или третье лицо по указанию заказчика вправе требовать заключения договора простой (неисключительной) лицензии на весь срок действия патента. Договором, на основании которого выполнялась работа, может быть предусмотрена лицензия иного вида.

При передаче исполнителем права на получение патента или самого патента другому лицу заказчик сохраняет права по лицензионному договору.

3. В случае, когда в соответствии с договором между исполнителем и заказчиком право на получение патента на изобретение, полезную модель или промышленный образец передано заказчику или третьему лицу, исполнитель вправе требовать заключения договора безвозмездной простой (неисключительной) лицензии на весь срок действия патента, если договором не предусмотрено иное.

 

Статья 1 184. Право на изобретения, полезные модели, промышленные

образцы, созданные за счет государственных или муниципальных средств

1. В случаях, когда изобретения, полезные модели, промышленные образцы созданы в организации при осуществлении деятельности, финансируемой полностью или в основной части из бюджета либо внебюджетных государственных или муниципальных фондов, право на получение патента на созданное изобретение, полезную модель или промышленный образец принадлежит автору.

2. Договор между автором и соответствующим государственным или муниципальным органом (статья 125) об уступке патента может быть заключен только после получения патента автором.

Право на получение патента на изобретение, полезную модель, промышленный образец, созданные при выполнении государственного заказа, определяется на основании правил статьи 1183 настоящего Кодекса.

3. Право автора на вознаграждение за получение патента Российской Федерацией, субъектом Российской Федерации или муниципальным образованием и на вознаграждение за использование изобретения, полезной модели или промышленного образца, а также право организации, в которой создано изобретение, полезная модель или промышленный образец, на часть доходов от его использования определяются в соответствии с патентным законом.

 

Проект

6 января 1999 г.

[Без учета последующей правки]

ГРАЖДАНСКИЙ КОДЕКС

РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

ЧАСТЬ ТРЕТЬЯ

Раздел V. Исключительные права

(интеллектуальная собственность)

Глава 61. Общие положения

Статья 1110. Исключительное право

На результаты интеллектуальной деятельности, в том числе результаты творчества, а также на средства индивидуализации юридического лица и средства индивидуализации товаров, работ или услуг (далее - средства индивидуализации) за гражданами и юридическими лицами по основаниям и в порядке, установленном законом, признается исключительное право. Исключительное право является правом имущественным.

Исключительное право на результат интеллектуальной деятельности или на средство индивидуализации может принадлежать одному лицу или нескольким лицам совместно. В случаях, предусмотренных законом, самостоятельные исключительные права на один и тот же результат интеллектуальной деятельности или на одно и то же средство индивидуализации могут принадлежать разным лицам.

Обладатель исключительного права на результат интеллектуальной деятельности или на средство индивидуализации (правообладатель) вправе использовать этот результат или средство по своему усмотрению любыми не противоречащими закону способами и может, если иное не установлено настоящим Кодексом, самостоятельно распоряжаться этим правом. Лица, не являющиеся правообладателями, не вправе использовать результат интеллектуальной деятельности или средство индивидуализации без согласия (разрешения) правообладателя.

Статья 1111. Объекты исключительных прав

Объектами исключительных прав являются следующие результаты интеллектуальной деятельности и средства индивидуализации:

    • произведения науки, литературы или искусства;
    • результаты исполнительской деятельности артистов-исполнителей, режиссеров-постановщиков спектаклей и иных театрально-зрелищных представлений, дирижеров;
    • сложные результаты творчества;
    • звукозаписи и записи изображения;
    • передача радио- и телевизионных сигналов;
    • изобретения;
    • полезные модели;
    • промышленные образцы;
    • профессиональные секреты (ноу-хау);
    • селекционные достижения;
    • фирменные наименования и коммерческие обозначения правообладателя;
    • товарные знаки и знаки обслуживания;
    • наименования мест происхождения товаров;
    • другие результаты интеллектуальной деятельности и средства индивидуализации, на которые в соответствии с законом могут признаваться или закрепляться исключительные права.

Статья 1112. Исключительное право и право собственности

Исключительное право на результат интеллектуальной деятельности или на средство индивидуализации существует независимо от права собственности на материальный объект (вещь), в котором такой результат или средство выражены.

Переход права собственности на вещь сам по себе не влечет передачи или предоставления какого-либо исключительного права на нематериальный результат, выраженный в этой вещи.

Статья 1113. Имущественная ценность исключительного права

Исключительные права на результаты интеллектуальной деятельности и на средства индивидуализации составляют имущественную ценность. Правообладатель может произвести их денежную оценку и использовать ее для целей, для которых оценка имущества используется в гражданском обороте. Законом могут быть предусмотрены случаи, в которых денежная оценка исключительного права является обязательной и его стоимость подлежит включению в стоимость имущества правообладателя.

Статья 1114. Действие исключительных прав на территории Российской Федерации

1. На территории Российской Федерации действуют исключительные права, установленные в соответствии с настоящим Кодексом.

2. Исключительное право на результат интеллектуальной деятельности, охраняемый без его государственной регистрации, принадлежит гражданину Российской Федерации или российскому юридическому лицу независимо от того, на какой территории это право первоначально возникло. Иностранные граждане, лица без гражданства и иностранные юридические лица обладают исключительным правом на такой результат интеллектуальной деятельности, если оно первоначально возникло в Российской Федерации, а также в случае, когда признание исключительного права предусмотрено международным договором Российской Федерации.

3. Исключительное право на результат интеллектуальной деятельности или на средство индивидуализации, охраняемые в силу государственной регистрации, принадлежит гражданину или юридическому лицу, на имя которого произведена государственная регистрация в Российской Федерации. Иностранные граждане, лица без гражданства и иностранные юридические лица имеют право на регистрацию результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации на равных началах с гражданами Российской Федерации и российскими юридическими лицами.

Регистрация результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации в международной организации является основанием для признания исключительного права на такой результат или такое средство в Российской Федерации в случаях, предусмотренных международными договорами Российской Федерации.

4. При признании исключительного права в соответствии с международным договором Российской Федерации содержание права, его действие, ограничения, порядок его осуществления и защиты определяются настоящим Кодексом и иными законами, независимо от положений законодательства страны возникновения исключительного права, если иное не предусмотрено таким международным договором.

Статья 1115. Срок действия исключительных прав

Исключительные права на результаты интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации действуют в течение сроков, установленных настоящим Кодексом и другими законами. Порядок исчисления таких сроков, основания и порядок их продления и прекращения исключительного права до истечения срока устанавливаются настоящим Кодексом и другими законами.

Статья 1116. Автор результата творчества и его права

1. Автором результата творчества признается гражданин, творческим трудом которого создан этот результат.

Споры об авторстве рассматриваются судом.

2. Автору результата творчества принадлежит право авторства, а в случаях, указанных в настоящем Кодексе и других законах, - право на имя и иные личные неимущественные права. Право авторства, право на имя и другие личные неимущественные права автора неотчуждаемы и непередаваемы. Отказ от этих прав ничтожен.

3. Исключительное право на результат творчества первоначально возникает у его автора (первоначальное исключительное право), за исключением случаев, предусмотренных настоящим Кодексом.

4. Принадлежащее автору исключительное право на результат творчества не входит в общую собственность супругов (статья 256). Доходы, полученные от использования результата творчества, являются совместной собственностью супругов, если договором между супругами не предусмотрено иное.

Статья 1117. Распоряжение исключительным правом

1. Автор или иной обладатель исключительного права вправе передать другому лицу по договору исключительное право на результат интеллектуальной деятельности, средство индивидуализации либо разрешить использование такого результата или средства другому лицу по лицензионному договору (выдать лицензию).

Автор или иной обладатель исключительного права вправе также распорядиться исключительным правом путем составления завещания или иным способом, не противоречащим существу исключительного права.

2. В случаях, предусмотренных настоящим Кодексом, распоряжение исключительным правом на средство индивидуализации может быть запрещено или ограничено.

3. В случае выдачи лицензии исключительное право на результат интеллектуальной деятельности или средство индивидуализации сохраняется у правообладателя.

Статья 1118. Договор о передаче исключительного права

1. По договору о передаче исключительного права на результат интеллектуальной деятельности автор или иной обладатель этого права передает свое исключительное право в полном объеме другому лицу.

Передача исключительного права новому правообладателю не влечет прекращения лицензионных договоров, заключенных предшествующим правообладателем.

2. Договор о передаче исключительного права должен быть заключен в письменной форме.

3. Условия договора о передаче исключительного права на результат творчества, ухудшающие положение автора или его наследников по сравнению с условиями, предусмотренными настоящим Кодексом и другими законами, недействительны. Вместо таких условий применяются условия, установленные законом.

4. Условия договора о передаче исключительного права, ограничивающие право гражданина создавать результаты творчества определенного рода или в определенной области творческой деятельности и передавать исключительное право на такие результаты другим лицам, ничтожны.

Статья 1119. Лицензионный договор

1. По лицензионному договору автор или иной обладатель исключительного права на результат интеллектуальной деятельности или на средство индивидуализации (лицензиар) предоставляет или обязуется предоставить другой стороне (лицензиату) право использования такого результата или средства в установленных договором пределах.

Лицензиат может использовать результат интеллектуальной деятельности или средство индивидуализации только в пределах тех прав и теми способами, которые предусмотрены лицензионным договором. Права на использование и способы использования, прямо не указанные в лицензионном договоре, не считаются предоставленными лицензиату.

2. Лицензионный договор может предусматривать:

предоставление лицензиату права использования с сохранением за лицензиаром права использования и права выдачи лицензий другим лицам (выдачу простой (неисключительной) лицензии);

предоставление лицензиату права использования с сохранением за лицензиаром права использования, но без сохранения за ним права выдачи лицензий другим лицам (выдачу исключительной лицензии);

предоставление лицензиату права использования без сохранения за лицензиаром права использования и права выдачи лицензий другим лицам (выдачу полной лицензии).

Если в договоре не предусмотрено иное, лицензия предполагается простой (неисключительной).

3. Лицензионный договор должен быть заключен в письменной форме, за исключением случаев, предусмотренных законом.

4. К лицензионному договору, заключенному автором результата творчества, соответственно применяются положения пунктов 2 и 3 статьи 1118 настоящего Кодекса.

Основания и размер ответственности авторов результатов творчества за нарушение лицензионного договора могут быть ограничены законом.

Статья 1120. Сублицензионный договор

1. При письменном согласии лицензиара лицензиат может по договору предоставить право использования результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации другому лицу (сублицензионный договор).

2. К форме сублицензионного договора применяются правила настоящего Кодекса о форме лицензионного договора.

3. Сублицензионный договор не может быть заключен на срок, превышающий срок лицензионного договора.

4. При заключении сублицензионного договора ответственность перед лицензиаром за действия сублицензиата несет лицензиат, если лицензионным договором не предусмотрено иное.

Статья 1121. Принудительная лицензия

В случаях, установленных законом, суд может по требованию заинтересованного лица обязать правообладателя выдать такому лицу на определенных судом условиях лицензию на использование охраняемого результата творческой деятельности (принудительная лицензия).

Статья 1122. Переход исключительного права к другим лицам без договора

Переход к другому лицу исключительного права на результат интеллектуальной деятельности или на средство индивидуализации без заключения договора с правообладателем допускается лишь в случаях и по основаниям, установленным законом, в том числе в порядке универсального правопреемства и при обращении взыскания на имущество правообладателя.

Статья 1123. Государственная регистрация договоров о передаче, перехода исключительного права и предоставления права использования результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации

В случаях, когда результат интеллектуальной деятельности или средство индивидуализации подлежит в соответствии с законом регистрации, договоры о передаче прав на такие результаты или средства, о предоставлении права использования таких результатов или средств, а также переход таких прав без договора подлежат государственной регистрации.

Статья 1124. Защита исключительных прав

1. Защита исключительных прав осуществляется способами, предусмотренными настоящим Кодексом и другими законами.

2. Публикация судебного решения о допущенном нарушении с указанием действительного правообладателя и пресечение действий, нарушающих исключительное право или создающих угрозу его нарушения, производятся независимо от вины нарушителя и за его счет. Взыскание с нарушителя исключительного права убытков и применение к нему других мер ответственности производятся при наличии его вины (пункт 1 статьи 401).

Глава 62. Авторское право

Статья 1125. Основные положения

1. На результаты творчества, являющиеся произведениями науки, литературы или искусства, признается исключительное право (статья 1110). Это исключительное право, а также личные неимущественные права автора являются авторскими правами.

2. Имущественные и личные неимущественные отношения, возникающие в связи с созданием и использованием произведения науки, литературы или искусства, регулируются настоящим Кодексом, законом об авторском праве и другими законами, а в случаях, предусмотренных законом, - иными правовыми актами.

Статья 1126. Автор произведения

Автором произведения, в том числе производного или составного, признается гражданин, творческим трудом которого оно создано. Лицо, указанное в качестве автора на оригинале или ином экземпляре произведения, считается его автором, если не доказано иное.

Статья 1127. Соавторство

1. Граждане, создавшие произведение совместным творческим трудом, признаются соавторами, независимо от того, образует ли такое произведение неразрывное целое или состоит из частей, каждая из которых имеет самостоятельное значение.

Авторские права на произведение осуществляются соавторами совместно, если соглашением между ними не предусмотрено иное. Если произведение соавторов образует неразрывное целое, то ни один из соавторов не вправе без достаточных оснований запретить использование произведения.

Часть произведения, имеющая самостоятельное значение, может быть использована ее автором по своему усмотрению, если иное не предусмотрено соглашением между соавторами.

2. Законом об авторском праве может быть определен круг лиц, которые признаются соавторами аудиовизуальных и мультимедийных произведений.

3. Лица, оказавшие автору лишь техническое, организационное, материальное или иное подобное содействие при создании произведения или придании ему объективной формы, не признаются соавторами.

Авторами или соавторами не признаются также лица, организующие работу по созданию произведений, входящих в коллективный результат в качестве элемента, - продюсеры, издатели периодических изданий и энциклопедий и т.д.

4. Авторские права на интервью принадлежат лицу, давшему интервью, и лицу, проводившему интервью, как соавторам, если иное не предусмотрено соглашением между ними. Использование интервью допускается лишь с согласия лица, давшего интервью.

Статья 1128. Объекты авторских прав

1. Объектами авторских прав являются произведения науки, литературы и искусства независимо от достоинств и назначения произведения, а также от способа его выражения, при условии, что такие результаты творчества выражены в объективной форме, допускающей возможность их восприятия.

Авторские права на программы для ЭВМ охраняются так же, как авторские права на произведения, указанные в абзаце первом настоящего пункта.

2. Авторские права не распространяются на идеи, концепции, принципы, методы, процессы, системы, способы, предлагаемые решения, открытия, факты.

3. На часть произведения, на его название, на произведение, представляющее собой переработку другого произведения (переводы, экранизации, аранжировки и т.п.), на составное произведение (сборники, антологии, энциклопедии, базы данных и т.п.) авторские права распространяются, если такой результат творческой деятельности отвечает требованиям, установленным пунктом 1 настоящей статьи.

4. Произведение, представляющее собой переработку другого произведения (производное произведение) или являющееся составным произведением, охраняется авторским правом независимо от охраны произведения, на котором основано производное или составное произведение.

5. Авторские права распространяются как на опубликованные (выпущенные в свет), так и на неопубликованные произведения. На произведение, выраженное в устной форме, авторские права распространяются, если произведение доведено до сведения неопределенного круга лиц.

6. Для возникновения и осуществления авторских прав не требуется регистрации произведения или соблюдения каких-либо иных формальностей.

Статья 1129. Произведения, не являющиеся объектами авторских прав

Не являются объектами авторских прав:

    • официальные документы государственных органов и органов местного самоуправления, в том числе законы, другие правовые акты, судебные решения, иные материалы законодательного, административного и судебного характера, официальные документы международных организаций, а также официальные переводы таких документов;
    • официальные символы и знаки (флаги, гербы, ордена, денежные знаки и т.п.);
    • изображения, специально созданные для товарных знаков (знаков обслуживания);
    • произведения народного творчества;
    • сообщения о событиях и фактах, имеющие исключительно информационный характер;
    • результаты, полученные с помощью технических средств, предназначенных для достижения результатов определенного рода, без осуществления творческой деятельности, непосредственно направленной на создание конкретного произведения.

Статья 1130. Проекты официальных документов, символов и знаков

1. Право авторства на проект официального документа, в том числе на проект официального перевода такого документа, на проект официального символа или знака принадлежит лицу, создавшему проект (разработчику).

Разработчик проекта официального документа, символа или знака вправе опубликовать такой проект, если это не запрещено государственным органом или органом местного самоуправления либо международной организацией, по поручению которой проект разработан. При публикации проекта разработчик вправе указывать свое имя.

2. Проект официального документа, символа или знака может быть использован государственным органом, органом местного самоуправления или международной организацией для подготовки такого официального документа, символа или знака без согласия разработчика, если проект опубликован разработчиком для использования этим органом или организацией либо направлен разработчиком соответствующему органу или организации.

При подготовке официальных документов, разработке официальных символов и знаков на основе проекта в него могут вноситься дополнения и изменения по усмотрению государственного органа, органа местного самоуправления или международной организации, осуществляющей подготовку официального документа, разработку официального символа или знака.

После принятия к рассмотрению проекта государственным органом, органом местного самоуправления или международной организацией проект может использоваться от имени этого органа или организации без указания имени разработчика.

Статья 1131. Авторские права

Автору произведения принадлежат следующие права:

    • право авторства;
    • право на имя;
    • право на неприкосновенность произведения;
    • право на опубликование (выпуск в свет) неопубликованного произведения;
    • исключительное право на произведение.

Статья 1132. Право авторства и право автора на имя

Право признаваться автором произведения (право авторства) и право использовать или разрешать использование произведения под своим именем, под вымышленным именем (псевдонимом) или без указания имени, то есть анонимно (право на имя), неотчуждаемы и непередаваемы, в том числе при переходе к другому лицу исключительного права на произведение и при предоставлении другому лицу права использования произведения.

Статья 1133. Право на неприкосновенность произведения

1. Без согласия автора не допускается внесение в его произведение изменений, сокращений и дополнений, снабжение произведения при его использовании иллюстрациями, предисловием, послесловием, комментариями или какими бы то ни было пояснениями (право на неприкосновенность).

При использовании произведения после смерти автора лицо, обладающее исключительным правом на произведение, вправе разрешить снабжение произведения иллюстрациями, предисловием, послесловием, комментариями или пояснениями, если это не противоречит явно выраженной воле автора произведения. Внесение изменений, сокращений или дополнений в произведение, используемое после смерти его автора, допускается с разрешения правообладателя в случаях, когда такая возможность прямо предусмотрена в завещании автора.

2. После смерти автора его наследники и их правопреемники могут осуществлять защиту произведения от внесения в него изменений, сокращений и дополнений, а также от снабжения его иллюстрациями, предисловием, послесловием, комментариями или пояснениями, нарушающими целостность восприятия произведения. В случаях, установленных законом, такую защиту могут осуществлять другие лица.

Статья 1134. Право на опубликование произведения

1. Автору принадлежит право самостоятельно решать вопрос об опубликовании (выпуске в свет) своего неопубликованного произведения.

2. Автор, передавший заказчику произведение, созданное по договору авторского заказа, считается согласившимся на опубликование (выпуск в свет) этого произведения.

3. Произведение, не опубликованное при жизни автора, может быть опубликовано (выпущено в свет) после его смерти лицом, обладающим исключительным правом на произведение, если автор не запретил в завещании опубликование произведения.

Статья 1135. Срок действия авторских прав

1. Исключительное право на произведение науки, литературы или искусства действует в течение жизни автора и семьдесят лет после его смерти, считая с первого дня года, следующего за годом смерти автора.

Исключительное право на произведение, созданное в соавторстве, действует до истечения семидесяти лет после смерти последнего из соавторов, считая с первого дня года, следующего за годом смерти этого соавтора.

2. На произведение, опубликованное (выпущенное в свет) анонимно или под псевдонимом, срок действия исключительного права истекает через семьдесят лет с момента его правомерного опубликования. Если в течение указанного срока автор произведения, опубликованного анонимно или под псевдонимом, раскроет свою личность либо его личность не будет долее оставлять сомнений, исключительное право будет действовать в течение срока, установленного в пункте первом настоящей статьи.

3. Авторство, имя автора и неприкосновенность произведения охраняются бессрочно.

Статья 1136. Произведения, перешедшие в общественное достояние

1. По истечении срока действия исключительного права произведение, как опубликованное, так и неопубликованное, переходит в общественное достояние.

2. Произведение, перешедшее в общественное достояние, может свободно использоваться любым лицом без чьего-либо разрешения и без выплаты авторского вознаграждения. При этом должны быть сохранены авторство, имя автора и неприкосновенность произведения.

Ранее не опубликованное произведение может быть опубликовано (выпущено в свет) любым лицом, если только автор не запретил в завещании опубликование произведения.

3. Условия и порядок использования произведений, перешедших в общественное достояние, устанавливаются законом об авторском праве.

4. Защиту неприкосновенности, авторства и имени автора произведения, перешедшего в общественное достояние, может осуществлять любое заинтересованное лицо.

Статья 1137. Исключительное право на произведение

1. Автору произведения принадлежит исключительное право использовать произведение в любой форме и любым не противоречащим закону способом (исключительное право на произведение), если только это право в силу договора или закона не перешло к другому лицу.

Никто не вправе использовать произведение без согласия правообладателя, кроме случаев, предусмотренных настоящим Кодексом и законом об авторском праве.

2. Установленные настоящим Кодексом или законом об авторском праве ограничения права использования произведения не применяются, если они могут нанести ущерб нормальному использованию произведения и нарушить законные интересы правообладателя.

3. Если экземпляры правомерно опубликованного произведения введены в гражданский оборот, допускается дальнейшее распространение этих экземпляров без согласия правообладателя и без выплаты вознаграждения, за исключением случаев, предусмотренных законом об авторском праве.

4. Допускается воспроизведение в личных целях выпущенного в свет произведения, кроме случаев, предусмотренных законом об авторском праве.

5. На принадлежащее автору или его наследникам исключительное право на произведение обращение взыскания не допускается. Однако права требования автора или его наследников по договорам о передаче исключительного права на произведение другому лицу и по лицензионным договорам, а также доходы от использования произведения могут быть предметом взыскания.

На авторское право, принадлежащее другому лицу, может быть обращено взыскание.

При обращении взыскания на право использования произведения, принадлежащее лицензиату (статья 1140), и последующей продаже этого права с публичных торгов автору предоставляется преимущественное право его приобретения.

Статья 1138. Использование произведения

1. Использованием произведения считается совершение действий, в результате которых к произведению получают доступ другие лица независимо от того, совершаются ли эти действия с целью извлечения прибыли или без такой цели. Использованием произведения считается, в частности:

  1. воспроизведение, то есть повторное придание произведению объективной формы (хотя бы и не совпадающей с первоначальной), в том числе издание и переиздание, тиражирование звукозаписей и видеозаписей;
  2. распространение произведения путем продажи или иного отчуждения экземпляров, представляющих собой материальный носитель произведения, в том числе импорт экземпляров произведения;
  3. публичный показ (выставление, экспонирование и т.п.) произведения;
  4. прокат экземпляра, представляющего собой материальный носитель произведения;
  5. публичное исполнение произведения;
  6. запись произведения при помощи технических средств;
  7. трансляция или ретрансляция произведения или его записи по радио или телевидению, в том числе по кабелю или через спутник;
  8. перевод или переработка произведения;
  9. практическая реализация градостроительного, архитектурного, дизайнерского проекта;
  10. помещение произведения в телекоммуникационную сеть и (или) в базу данных.

2. Практическое применение составляющих содержание произведения положений, в том числе положений, представляющих собой техническое, экономическое, организационное или иное решение, не является использованием произведения применительно к правилам настоящей главы, за исключением использования, предусмотренного подпунктом 9 пункта 1 настоящей статьи.

Статья 1139. Распоряжение исключительным правом на произведение по договору

1. Автор может по договору передать исключительное право на произведение другому лицу (авторский договор о передаче исключительного права) или предоставить другому лицу право использования произведения в установленных договором пределах (авторский лицензионный договор).

Авторский договор может также предусматривать обязанность автора создать произведение (договор авторского заказа).

2. Авторский договор предполагается возмездным, если соглашением сторон не предусмотрено иное. Размер вознаграждения по авторскому договору и (или) способы его исчисления, порядок и сроки его выплаты определяются соглашением сторон.

При отсутствии в договоре указания на размер авторского вознаграждения размер вознаграждения определяется по правилам статьи 424 настоящего Кодекса с соблюдением правил о минимальных ставках авторского вознаграждения, устанавливаемых в порядке, предусмотренном законом об авторском праве.

3. Ответственность автора по авторскому договору может быть ограничена законом об авторском праве.

4. Законом об авторском праве могут быть предусмотрены случаи, в которых соблюдение для авторского лицензионного договора письменной формы необязательно.

5. К договорам о передаче исключительного права на произведение и к лицензионным договорам, заключаемым не автором, а иным правообладателем (в том числе наследником автора), соответственно применяются положения настоящего Кодекса об авторских договорах. Положения абзаца второго пункта 2, пунктов 3 и 4 настоящей статьи не применяются к договорам, заключенным правообладателем, не являющимся наследником автора.

6. Законом об авторском праве могут быть предусмотрены случаи, в которых за автором (его наследниками) признается право на вознаграждение при последующей передаче исключительного права на произведение новому правообладателю.

Статья 1140. Авторский лицензионный договор

1. По авторскому лицензионному договору автор (лицензиар) предоставляет или обязуется предоставить другому лицу (лицензиату) право использования произведения в установленных договором пределах.

2. Авторский лицензионный договор должен предусматривать указание на произведение, по поводу которого он заключен, а также способы использования произведения либо указание на то, что произведение может быть использовано любым способом.

3. Авторский лицензионный договор заключается на срок, который не может превышать срока действия авторского права.

В случае, когда в авторском лицензионном договоре срок действия договора не определен, договор считается заключенным на оставшуюся часть срока действия авторского права, но не более, чем на пять лет. Если за шесть месяцев до окончания этого срока ни одна из сторон не уведомит письменно другую сторону об отказе от договора, договор считается продленным на неопределенный срок. В этом случае каждая из сторон вправе в любое время отказаться от договора, письменно уведомив об этом другую сторону за шесть месяцев, если более длительный срок для уведомления не предусмотрен соглашением сторон.

При прекращении исключительного права на произведение авторский лицензионный договор прекращается.

4. В авторском лицензионном договоре должен быть указан размер авторского вознаграждения за каждый способ использования произведения либо способ исчисления такого вознаграждения. Если размер авторского вознаграждения в договоре не указан, применяются правила, установленные абзацем вторым пункта 2 статьи 1139 настоящего Кодекса.

5. В авторском лицензионном договоре должна быть указана территория допускаемого использования произведения. Если территория допускаемого использования произведения в договоре не указана, лицензиат вправе осуществлять его использование на всей территории Российской Федерации.

6. Авторский лицензионный договор может предусматривать обязанность лицензиата осуществить первое использование произведения в течение определенного срока. При неисполнении этой обязанности лицензиар вправе отказаться от договора.

7. В случаях и на условиях, установленных законом об авторском праве, автор вправе отказаться от лицензионного договора с возмещением причиненных этим убытков.

Статья 1141. Служебное произведение

1. Авторские права на произведение, созданное в порядке выполнения служебного задания работодателя (служебное произведение), принадлежат автору произведения.

2. Право использования служебного произведения способом, обусловленным целью задания, в том числе путем его опубликования, и в вытекающих из задания пределах принадлежит работодателю, если в договоре между ним и работником (автором) не предусмотрено иное.

Право использования служебного произведения в качестве элемента коллективного результата принадлежит работодателю, в порядке выполнения задания которого создано произведение, в течение всего срока действия авторских прав на произведение.

Работодатель вправе предоставить принадлежащее ему право использования произведения другом лицу.

Работодатель может при осуществлении своего права использования служебного произведения указывать свое имя (наименование) либо требовать такого указания.

3. Договор работодателя с работником (автором) может предусматривать выплату автору вознаграждения за каждый вид использования служебного произведения и другие условия его использования.

4. Право автора использовать служебное произведение способом, не обусловленным целью задания, а также способом, обусловленным целью задания, но за пределами, вытекающими из задания, не ограничивается.

Статья 1142. Организации, осуществляющие управление авторскими правами

1. Авторы и другие обладатели авторских прав могут в соответствии с законом об авторском праве создавать некоммерческие организации, на которые возлагается управление авторскими правами на основании полномочий, предоставленных им правообладателями. Такие организации действуют на основе лицензий государственного органа, которому в соответствии с законом об авторском праве предоставлено право выдавать лицензии, и под контролем этого государственного органа.

2. Основанием полномочий организации, осуществляющей управление авторскими правами, являются членство правообладателя в этой организации либо договор, заключаемый такой организацией с правообладателем.

Договор, заключаемый с правообладателем, является публичным (статья 426). К нему не применяются правила об авторских договорах.

3. Организация, осуществляющая управление авторскими правами, предоставляет лицензии на соответствующие способы использования произведений и собирает вознаграждение за использование произведений, причитающееся с лицензиатов и других пользователей, либо только собирает такое вознаграждение.

Пользователи обязаны по требованию организаций, осуществляющих управление авторскими правами, представлять им всю документацию об использовании произведений.

Организации, осуществляющие управление авторскими правами, не вправе использовать произведения, являющиеся объектами этих прав.

4. Правовое положение организаций, осуществляющих управление авторскими правами, функции этих организаций, в том числе по охране прав авторов и других правообладателей, права и обязанности членов этих организаций определяются в соответствии с настоящим Кодексом законом об авторском праве и уставами соответствующих организаций.

5. Положения настоящей статьи не препятствуют осуществлению представительства обладателей авторских прав другими юридическими лицами и гражданами.

Статья 1143. Ответственность за нарушение авторских прав

1. При использовании произведения без соглашения с автором или иным правообладателем (бездоговорном использовании) нарушитель обязан возместить правообладателю понесенные им убытки.

Если нарушитель авторских прав получил вследствие этого доходы, правообладатель вправе требовать возмещения наряду с другими убытками упущенной выгоды в размере не меньшем, чем такие доходы.

По требованию правообладателя суд может обязать правонарушителя вместо возмещения убытков за нарушение авторских прав уплатить сумму, определенную по правилам закона об авторском праве.

2. Использование произведения способом, не предусмотренным авторским лицензионным договором, или по прекращении действия такого договора, или иным образом за пределами прав, предоставленных лицензиату по этому договору, считается бездоговорным использованием произведения.

Глава 63. Права, смежные с авторскими правами

§ 1. Общие положения

Статья 1144. Основные положения

1. На результаты исполнительской деятельности (результаты исполнения), на звукозаписи и записи изображения (видеозаписи), на эфирное и кабельное вещание признаются исключительные права (статья 1110). Эти исключительные права, а также личные неимущественные права исполнителей являются смежными с авторскими правами (смежные права).

2. Имущественные и личные неимущественные отношения, возникающие в связи с созданием и использованием объектов смежных прав, регулируются настоящим Кодексом, законами о смежных правах и другими законами, а в случаях, предусмотренных законом, - иными правовыми актами.

Статья 1145. Объекты смежных прав

1. Объектами смежных прав являются:

  • объекты прав исполнителей - результаты исполнительской деятельности артистов-исполнителей, режиссеров-постановщиков спектаклей и иных театрально-зрелищных представлений, дирижеров, если эти результаты выражаются в форме, допускающей их распространение с помощью технических средств, в том числе с помощью звукозаписи или видеозаписи, путем трансляции по радио или телевидению;
  • объекты права на сложный результат творчества - телевизионные передачи, кинофильмы, театрально-зрелищные представления;
  • объекты права на запись - звукозаписи и видеозаписи со звуком и без звука;
  • объекты права на эфирное и кабельное вещание - передача в эфир или передача по кабелю радио- или телевизионных сигналов, посредством которых радио- или телевизионные программы доводятся до неопределенного круга лиц.

2. Для возникновения и осуществления смежных прав не требуется регистрации их объекта или соблюдения каких-либо иных формальностей.

Статья 1146. Ответственность за нарушение смежных прав

К ответственности за нарушение смежных прав соответственно применяются правила настоящего Кодекса об ответственности за нарушение авторских прав (статья 1143).

§ 2. Права исполнителей

Статья 1147. Исполнитель

Исполнителем (автором исполнения) признается гражданин, творческим трудом которого создан результат исполнения, - артист-исполнитель (актер, певец, танцор, музыкант или другое лицо, которое играет на музыкальных инструментах, читает, декламирует или иным образом участвует в исполнении произведения литературы или искусства), режиссер-постановщик спектакля или иного театрально-зрелищного представления и дирижер.

Статья 1148. Права на результат совместного исполнения

1. Права на результат совместного исполнения принадлежат совместно членам коллектива исполнителей (исполнителям спектакля, оркестрантам и т.п.). Эти права осуществляются руководителем коллектива исполнителей (режиссером-постановщиком спектакля, дирижером и т.п.), если соглашением между исполнителями не предусмотрено иное.

2. Вознаграждение за использование исполнения распределяется между членами коллектива исполнителей в порядке, установленном законами о смежных правах, если соглашением между исполнителями не предусмотрено иное.

Статья 1149. Права исполнителя

1. Исполнителю принадлежат:

    • право на указание своего имени или псевдонима на экземплярах записи исполнения, при трансляции в эфир или по кабелю и при воспроизведении записи исполнения, а в случаях, предусмотренных пунктом 1 статьи 1148 настоящего Кодекса, - на указание наименования коллектива (право на имя);
    • право на защиту исполнения от искажения при его трансляции в эфир или по кабелю, при записи и воспроизведении записи (право на защиту исполнения от искажения);
    • исключительное право на результат исполнения.

2. Исполнители осуществляют свои права с соблюдением прав авторов исполняемых произведений.

3. Права исполнителя действуют независимо от действия авторских прав на исполняемое произведение.

4. После смерти исполнителя защита исполнения от искажения осуществляется наследниками исполнителя и их правопреемниками. В случаях, установленных законом, такую защиту могут осуществлять другие лица.

Статья 1150. Срок действия прав исполнителя

1. Исключительное право исполнителя на результат исполнения действует в течение пятидесяти лет, считая с первого дня года, следующего за годом, в котором имело место публичное исполнение (постановка), либо запись исполнения, либо первая передача исполнения в эфир или по кабелю.

2. По истечении срока действия исключительного права на результат исполнения он переходит в общественное достояние и к нему соответственно применяются правила статьи 1136 настоящего Кодекса.

3. Права исполнителя на имя и на защиту исполнения от искажения охраняются бессрочно.

Статья 1151. Исключительное право на результат исполнения

1. Исполнителю принадлежит исключительное право использовать результат исполнения способами, предусмотренными статьей 1152 настоящего Кодекса (исключительное право на результат исполнения) до тех пор, пока это право в силу договора или закона не перешло к другому лицу.

Никто не вправе использовать результат исполнения без согласия правообладателя, кроме случаев, предусмотренных настоящим Кодексом или законами о смежных правах в соответствии с пунктом 2 настоящей статьи.

2. Законами о смежных правах могут быть предусмотрены случаи, в которых трансляция и (или) публичное воспроизведение записи исполнения допускается без согласия исполнителя или иного правообладателя.

3. При заключении с исполнителем договора о создании аудиовизуального произведения согласие исполнителя на использование результата его исполнения в составе аудиовизуального произведения предполагается, если договором не предусмотрено иное. Согласие исполнителя на отдельное использование звука или изображения, зафиксированного в аудиовизуальном произведении, должно быть прямо выражено в договоре.

4. При использовании результата исполнения лицом иным, чем исполнитель, соответственно применяются правила пункта 2 статьи 1149 настоящего Кодекса.

5. На принадлежащее исполнителю или его наследникам исключительное право на результат исполнения обращение взыскания не допускается. Однако права требования исполнителя или его наследников по договорам о передаче исключительного права на результат исполнения другому лицу и по лицензионным договорам, а также доходы, полученные от использования результата исполнения, могут быть предметом взыскания.

На принадлежащее другому лицу исключительное право на результат исполнения может быть обращено взыскание.

Статья 1152. Использование результата исполнения

Использованием результата исполнения считается:

  • трансляция исполнения в эфир или по кабелю;
  • запись исполнения с помощью технических средств;
  • трансляция и (или) публичное воспроизведение записи исполнения;
  • тиражирование и (или) распространение экземпляров записи исполнения, в том числе импорт экземпляров записи;
  • сдача в прокат экземпляров записи исполнения.

Статья 1153. Распоряжение исключительным правом на результат исполнения по договору

1. Договор с исполнителем, на основе которого осуществляется исполнение, может предусматривать передачу другой стороне исключительного права на результат исполнения (исполнительский договор о передаче исключительного права) или предоставление другой стороне права использовать этот результат в установленных договором пределах (исполнительский лицензионный договор).

Исполнительские договоры о передаче исключительного права на результат исполнения и исполнительские лицензионные договоры могут заключаться с исполнителем отдельно от договора, на основе которого осуществляется исполнение.

2. К исполнительским договорам соответственно применяются положения об авторских договорах, содержащиеся в абзаце втором пункта 2, в пункте 3 статьи 1139 и в статье 1140 настоящего Кодекса. Однако к договорам, указанным в пункте 3 настоящей статьи, за исключением договоров, заключенных наследниками исполнителя, положения, содержащиеся в абзаце втором пункта 2 в пункте 3 статьи 1139 настоящего Кодекса, не применяются.

3. К договорам о передаче исключительного права на результат исполнения и к лицензионным договорам, заключаемым не исполнителем, а иным правообладателем (в том числе наследником исполнителя), соответственно применяются положения настоящего Кодекса об исполнительских договорах.

Статья 1154. Результат исполнения, созданный в порядке выполнения служебного задания

К правам на результат исполнения, созданный в порядке выполнения служебного задания, в том числе на такой результат коллективного исполнения, соответственно применяются положения статьи 1141 настоящего Кодекса.

Статья 1155. Организации, осуществляющие управление правами исполнителей

1. Исполнители и другие правообладатели могут в соответствии с законами о смежных правах создавать некоммерческие организации, на которые возлагается управление правами исполнителей на основании полномочий, предоставляемых им правообладателями. Такие организации действуют на основе лицензий государственного органа, которому в соответствии с законами о смежных правах предоставлено право выдавать лицензии, и под контролем этого государственного органа.

2. Правовое положение организаций, осуществляющих управление правами исполнителей, функции этих организаций, в том числе по охране прав исполнителей и других правообладателей, права и обязанности членов этих организаций определяются в соответствии с настоящим Кодексом законами о смежных правах и уставами соответствующих организаций.

3. К организациям, осуществляющим управление правами исполнителей, соответственно применяются положения пунктов 2 и 3 статьи 1142 настоящего Кодекса.

4. Положения настоящей статьи не препятствуют осуществлению представительства обладателей прав исполнителей другими юридическими лицами и гражданами.

§ 3. Право на сложный результат творчества

Статья 1156. Исключительное право на сложный результат творчества

1. Исключительное право на сложный результат творчества, представляющий собой соединение разнородных творческих результатов (телевизионная передача, кинофильм, театрально-зрелищное представление), принадлежит лицу, организующему создание такого сложного результата творчества (продюсеру).

Никто не вправе использовать сложный результат творчества в целом без согласия правообладателя, кроме случаев, предусмотренных законом.

2. Лицу, организующему создание сложного результата творчества, в отношении такого результата в целом принадлежит право использования, предусмотренное статьей 1152 настоящего Кодекса.

3. Лицо, организующее создание сложного результата творчества, вправе по договору передать исключительное право на такой результат другому лицу - новому правообладателю (договор о передаче исключительного права) или предоставить другому лицу право использования сложного результата творчества в установленных договором пределах (лицензионный договор).

К лицензионному договору соответственно применяются положения пунктов 1-3, 5 и 6 статьи 1140 настоящего Кодекса.

4. При использовании сложного результата творчества лицо, организующее его создание, вправе указывать свое имя, наименование или коммерческое обозначение либо требовать такого указания.

Статья 1157. Права лица, организующего создание сложного результата творчества, и авторов его отдельных элементов

1. Автору элемента сложного результата творчества принадлежит исключительное право (авторское право, право исполнителя) на такой элемент, если он отвечает установленным законом требованиям, при наличии которых признается соответствующее исключительное право.

Автор охраняемого элемента сложного результата творчества вправе в соответствии с настоящим Кодексом и другими законами самостоятельно использовать созданный им элемент и распорядиться исключительным правом на него, если иное не предусмотрено договором с лицом, организующим создание сложного результата творчества.

2. Лицо, организующее создание сложного результата творчества, вправе использовать в составе такого результата его элементы, охраняемые в соответствии с пунктом 1 настоящей статьи, в течение всего срока действия прав авторов и исполнителей на эти элементы, если договором с автором (исполнителем) или иным правообладателем не предусмотрен более короткий срок.

§ 4. Право на запись

Статья 1158. Изготовитель записи

Изготовителем записи признается юридическое лицо или гражданин, взявший на себя инициативу и соответствующие обязанности по изготовлению с помощью технических средств звукозаписи и (или) видеозаписи со звуком или без звука. При отсутствии доказательств иного изготовителем записи признается юридическое лицо или гражданин, наименование, имя или коммерческое обозначение которого указано обычным образом на экземпляре записи и (или) его упаковке.

Статья 1159. Права изготовителя записи

1. Изготовителю записи принадлежат:

    • право на указание на экземплярах записи и (или) их упаковке своего имени или наименования либо коммерческого обозначения;
    • право на защиту записи от искажения при ее использовании;
    • исключительное право на запись.

2. Изготовитель записи осуществляет свои права с соблюдением прав авторов произведений и прав исполнителей.

3. Права изготовителя записи действуют независимо от действия авторских прав и прав исполнителей.

Статья 1160. Исключительное право на запись

1. Изготовителю записи принадлежит исключительное право использовать запись способами, указанным в статье 1161 настоящего Кодекса (исключительное право на запись), до тех пор, пока это право в силу договора или закона не перешло к другому лицу.

Никто не вправе использовать запись без согласия правообладателя, кроме случаев, предусмотренных настоящим Кодексом или законами о смежных правах.

2. Лицо, правомерно осуществившее переработку записи, приобретает самостоятельное право на переработанную запись.

3. При использовании записи лицом иным, чем изготовитель записи, соответственно применяются правила пункта 2 статьи 1159.

Статья 1161. Использование записи

Использованием записи считается:

    • опубликование (выпуск в свет) записи;
    • публичное воспроизведение записи;
    • распространение экземпляров записи путем их отчуждения, в том числе их передача за границу;
    • импорт экземпляров записи;
    • сдача в прокат экземпляров записи;
    • переработка записи.

Статья 1162. Распоряжение исключительным правом на запись по договору

1. Изготовитель записи вправе по договору передать исключительное право на запись другому лицу - новому правообладателю (договор о передаче исключительного права на запись) или предоставить другому лицу право использования записи в установленных договором пределах (лицензионный договор).

2. К лицензионному договору соответственно применяются положения пунктов 1-3, 5 и 6 статьи 1140 настоящего Кодекса.

Статья 1163. Действие права на запись на территории Российской Федерации

Право на запись действует на территории Российской Федерации в случаях, когда создатель записи является гражданином Российской Федерации или российский юридическим лицом и запись впервые опубликована либо ее экземпляры впервые публично распространялись на территории Российской Федерации, а также в иных случаях, предусмотренных международными договорами Российской Федерации.

Статья 1164. Срок действия права на запись

1. Исключительное право на запись действует в течение пятидесяти лет, считая с первого дня года, следующего за годом, в котором осуществлена запись.

2. По истечении срока действия исключительного права запись переходит в общественное достояние. К записи, перешедшей в общественное достояние, соответственно применяются правила статьи 1136 настоящего Кодекса.

3. Право на указание на экземплярах записи своего имени или наименования (избранного коммерческого обозначения) и право на защиту записи от искажения охраняются бессрочно.

§ 5. Право на эфирное и кабельное вещание

Статья 1165. Организации эфирного или кабельного вещания

Организацией эфирного или кабельного вещания признается юридическое лицо, осуществляющее в качестве своей основной деятельности передачу в эфир или по кабелю радио- или телевизионных сигналов, посредством которых радио- или телевизионные программы доводятся до неопределенного круга лиц (далее - передача радио- или телевизионных сигналов).

Статья 1166. Исключительное право организаций эфирного и кабельного вещания

1. Организации эфирного или кабельного вещания принадлежит исключительное право использовать осуществляемую или осуществленную ею передачу радио- или телевизионных сигналов способами, указанными в статье 1167 настоящего Кодекса (исключительное право на передачу радио- или телевизионных сигналов), до тех пор, пока это право в силу договора или закона не перешло к другому лицу.

2. Организации эфирного или кабельного вещания осуществляют свои права с учетом прав авторов произведений, прав исполнителей, а в соответствующих случаях - обладателей прав на запись и прав других организаций эфирного или кабельного вещания.

3. К праву использования передачи радио- или телевизионных сигналов соответственно применяются положения абзаца второго пункта 1 и пункта 2 статьи 1151 настоящего Кодекса.

Статья 1167. Использование передачи радио- или телевизионного сигнала

Использованием передачи радио- или телевизионного сигнала считается:

    • запись программ, переданных посредством радио- или телевизионных сигналов;
    • воспроизведение записи программ, переданных посредством радио- или телевизионных сигналов;
    • публичная трансляция и воспроизведение в местах с платным входом программ, переданных посредством радио- или телевизионных сигналов.

Использованием передачи радио- или телевизионного сигнала организации эфирного вещания также считаются ретрансляция передачи радио- или телевизионного сигнала в эфир и трансляция передачи радио- или телевизионного сигнала по кабелю.

Использованием передачи телевизионного сигнала организации кабельного вещания также считаются ретрансляция передачи телевизионного сигнала по кабелю и трансляция передачи телевизионного сигнала в эфир.

Статья 1168. Распоряжение исключительным правом на передачу радио- или телевизионного сигнала по договору

1. Организация эфирного или кабельного вещания, осуществляющая или осуществившая передачу радио- или телевизионного сигнала, вправе по договору передать свое исключительное право на эту передачу другому лицу (договор о передаче исключительного права) или предоставить другому лицу право использования передачи радио- или телевизионного сигнала в установленных в договоре пределах (лицензионный договор).

2. К лицензионному договору соответственно применяются положения пунктов 1-3, 5 и 6 статьи 1140 настоящего Кодекса.

Статья 1169. Действие исключительного права на передачу радио- или телевизионных сигналов на территории Российской Федерации

Исключительное право на передачу радио- или телевизионных сигналов действует на территории Российской Федерации в случаях, когда руководящий орган организации эфирного или кабельного вещания находится на территории Российской Федерации и такая организация осуществляет передачи с помощью передатчиков, расположенных на территории Российской Федерации.

Статья 1170. Срок действия исключительного права на передачу радио- или телевизионных сигналов

Исключительное право на передачу радио- или телевизионных сигналов действует в течение пятидесяти лет, считая с первого дня года, следующего за годом, в котором имела место передача радио- или телевизионных сигналов в эфир или по кабелю.

Глава 64. Патентное право

Статья 1171. Основные положения

1. На изобретения, полезные модели и промышленные образцы в соответствии с законом закрепляется исключительное право (статьи 1110 и 1178), удостоверяемое патентом, и право авторства, удостоверяемое патентом или другими документами в соответствии с патентным законом (патентные права).

2. Имущественные и личные неимущественные отношения, возникающие в связи с созданием и использованием изобретений, полезных моделей и промышленных образцов, регулируются настоящим Кодексом, патентным законом и другими законами, а в случаях, предусмотренных законом, - иными правовыми актами.

Статья 1172. Объекты патентных прав

1. Объектами патентных прав являются творческие результаты научно-технической деятельности, отвечающие установленным патентным законом требованиям к изобретениям или полезным моделям, и творческие результаты художественного конструирования, отвечающие установленным патентным законом требованиям к промышленным образцам.

2. Изобретению, полезной модели, промышленному образцу предоставляется правовая охрана в силу государственной регистрации, на основании которой федеральный орган исполнительной власти в области патентов и товарных знаков (далее - федеральное патентное ведомство) выдает патент.

3. Порядок выдачи патента на изобретение, полезную модель, промышленный образец, основания к отказу в государственной регистрации изобретения, полезной модели или промышленного образца, порядок обжалования и опротестования решений федерального патентного ведомства о государственной регистрации устанавливаются патентным законом.

Статья 1173. Действие патента на территории Российской Федерации

На территории Российской Федерации действуют патенты на изобретения, на полезные модели и на промышленные образцы, выданные федеральным патентным ведомством, а также патенты, имеющие силу на территории Российской Федерации в соответствии с международными договорами Российской Федерации.

Статья 1174. Срок действия патентных прав

1. Срок действия исключительного права, удостоверяемого патентом, исчисляется с даты подачи заявки на выдачу патента в федеральное патентное ведомство и при условии соблюдения требований, установленных патентным законом, составляет:

    • исключительного права на изобретение - двадцать лет;
    • исключительного права на полезную модель - пять лет;
    • исключительного права на промышленный образец - десять лет.

Защита исключительного права, удостоверенного патентом, может быть осуществлена лишь после государственной регистрации, на основании которой выдан патент.

2. Срок действия исключительного права на полезную модель и удостоверяющего это право патента продлевается федеральным патентным ведомством по заявлению патентообладателя на срок, указанный в заявлении, но не более чем на три года, а исключительного права и патента на промышленный образец - на срок, указанный в заявлении, но не более чем на пять лет.

3. По истечении срока действия исключительного права, удостоверенного патентом, изобретение, полезная модель или промышленный образец могут быть использованы свободно любым лицом, без чьего-либо разрешения и без выплаты вознаграждения.

4. Действие исключительного права, удостоверенного патентом, прекращается досрочно в случаях признания патента недействительным по основаниям и в порядке, предусмотренном патентным законом; неуплаты в установленный срок пошлин за поддержание патента в силе; подачи патентообладателем в федеральное патентное ведомство заявления о досрочном прекращении патента.

5. Право признаваться автором изобретения, полезной модели, промышленного образца (право авторства) охраняется бессрочно. После смерти автора изобретения, полезной модели, промышленного образца защиту его авторства может осуществлять любое заинтересованное лицо.

Статья 1175. Автор изобретения, полезной модели, промышленного образца

Право признаваться автором изобретения, полезной модели, промышленного образца имеет гражданин, творческим трудом которого создано изобретение, полезная модель, промышленный образец. Лицо, указанное в качестве автора в заявке на выдачу патента, считается автором изобретения, полезной модели, промышленного образца, если не доказано иное.

Статья 1176. Соавторы изобретения, полезной модели, промышленного образца

1. Граждане, создавшие изобретение, полезную модель, промышленный образец совместным творческим трудом, признаются соавторами.

Патентным законом могут быть предусмотрены случаи признания соавторами лиц, не осуществлявших совместно создание изобретения, полезной модели, промышленного образца.

Взаимоотношения соавторов изобретения, полезной модели, промышленного образца определяются соглашением между ними. При отсутствии соглашения они осуществляют права автора совместно. В случае спора порядок осуществления этих прав определяется судом.

2. Лица, оказавшие автору лишь техническое, организационное, материальное или иное подобное содействие в создании изобретения, полезной модели, промышленного образца, содействие при получении патента либо при использовании изобретения, полезной модели, промышленного образца, не признаются соавторами.

Не признаются авторами (соавторами) лица, заключившие с автором договор о создании и использовании изобретения, полезной модели, промышленного образца.

Статья 1177. Право на получение патента

1. Первоначальное право на получение патента на изобретение, полезную модель, промышленный образец принадлежит автору изобретения, полезной модели, промышленного образца.

2. Право на государственную регистрацию и получение патента может перейти к другому лицу (правопреемнику) в случаях и по основаниям, установленным законом, в том числе в порядке универсального правопреемства, или по договору, в том числе по трудовому договору (контракту).

3. Договор о передаче права на получение патента должен быть заключен в письменной форме. Несоблюдение письменной формы влечет недействительность договора.

Статья 1178. Исключительное право на изобретение, полезную модель, промышленный образец

1. Патентообладателю принадлежит исключительное право использовать изобретение, полезную модель, промышленный образец в любой форме и любым не противоречащим закону способом, в том числе при изготовлении изделий или в изготовляемых изделиях (исключительное право на изобретение, полезную модель, промышленный образец), до тех пор, пока это право в силу договора или закона не перешло к новому патентообладателю.

Лицо, не являющееся патентообладателем, не вправе использовать изобретение, полезную модель, промышленный образец без разрешения патентообладателя.

2. Если изделия, при создании которых применено изобретение, полезная модель, промышленный образец, правомерно введены в гражданский оборот, допускается дальнейшее распространение таких изделий без согласия правообладателя и без выплаты вознаграждения.

3. Ограничение прав патентообладателя, в том числе путем выдачи принудительной лицензии в соответствии со статьей 1121 настоящего Кодекса или признания в соответствии с патентным законом права преждепользования другого лица, допускается в случаях и в порядке, устанавливаемых патентным законом.

Статья 1179. Распоряжение исключительным правом на изобретение, полезную модель, промышленный образец по договору

1. Патентообладатель может по договору передать удостоверенное патентом исключительное право на изобретение, полезную модель, промышленный образец новому патентообладателю (договор о передаче патента) или предоставить другому лицу право использования изобретения, полезной модели, промышленного образца в установленных договором пределах (договор о патентной лицензии).

2. Договоры о передаче патента и о патентной лицензии предполагаются возмездными, если соглашением сторон не предусмотрено иное. Размер вознаграждения и (или) способы его исчисления, порядок и сроки его выплаты определяются соглашением сторон.

При отсутствии в договоре указания на размер вознаграждения он определяется по правилам статьи 424 настоящего Кодекса.

3. Договор о передаче патента и договор о патентной лицензии должны быть заключены в письменной форме и подлежат государственной регистрации в федеральном патентном ведомстве. Несоблюдение письменной формы или требования о государственной регистрации влечет недействительность договора.

Статья 1180. Договор о патентной лицензии

1. По договору о патентной лицензии патентообладатель (лицензиар) обязуется предоставить другому лицу (лицензиату) удостоверенное патентом право использования изобретения, полезной модели, промышленного образца в установленных договором пределах (статья 1119).

2. Договор о патентной лицензии должен предусматривать указание на изобретение, полезную модель или промышленный образец, по поводу которого он заключен, срок действия договора, а также способы использования изобретения, полезной модели или промышленного образца либо указание на то, что изобретение, полезная модель или промышленный образец может быть использован любым способом.

3. Срок действия договора о патентной лицензии не может превышать срока действия исключительного права, удостоверяемого патентом.

4. В договоре о патентной лицензии должна быть указана территория допускаемого использования изобретения, полезной модели или промышленного образца. Если территория допускаемого использования в договоре не указана, лицензиат вправе осуществлять использование на всей территории Российской Федерации.

Статья 1181. Открытая лицензия

1. Патентообладатель вправе путем публикации объявить о предоставлении на определенных условиях любому лицу права использования изобретения, полезной модели или промышленного образца (открытая лицензия). Условия, на которых может быть предоставлено право использования изобретения, полезной модели или промышленного образца (статья 426), сообщаются в федеральное патентное ведомство, которое производит за счет патентообладателя публикацию об открытой лицензии.

Открытая лицензия действует в течение одного года со дня публикации.

Открытая лицензия не действует до истечения срока исключительной или полной лицензии.

2. Федеральное патентное ведомство осуществляет государственную регистрацию договора о патентной лицензии на условиях простой (неисключительной) лицензии на основании письменного заявления лица, желающего воспользоваться открытой лицензией.

Статья 1182. Служебные изобретения, полезные модели, промышленные образцы

1. Право на получение патента на изобретение, полезную модель, промышленный образец, созданные работником в порядке выполнения служебного задания (служебное изобретение, служебная полезная модель, служебный промышленный образец), принадлежит работодателю, если в договоре между ним и работником (автором) не предусмотрено иное. Право авторства на служебное изобретение, служебную полезную модель, служебный промышленный образец сохраняется за работником.

Изобретения, полезные модели, промышленные образцы признаются служебными в случаях и в порядке, установленных патентным законом.

Между работодателем и работником может быть заключен договор о правах на использование служебных изобретений, полезных моделей, промышленных образцов.

2. Если работодатель в течение четырех месяцев со дня уведомления его работником о создании изобретения, полезной модели, промышленного образца не подаст или не обеспечит подачу заявки на выдачу патента либо не примет решения о сохранении конфиденциальности созданного работником результата, он утрачивает право на получение патента. В этом случае право на получение патента имеет работник.

3. Работник имеет право на вознаграждение за получение работодателем патента на служебное изобретение, полезную модель, промышленный образец, выплачиваемое в размере, в порядке и на условиях, устанавливаемых патентным законом.

Работник также имеет право на вознаграждение, определяемое исходя из использования изобретения, полезной модели, промышленного образца, выплачиваемое в размере, в порядке и на условиях, определяемых в договоре между ним и работодателем. Такое же право на вознаграждение возникает у работника в случае создания результата, в отношении которого работодателем принято решение о сохранении конфиденциальности. Спор о размере, порядке и условиях выплаты вознаграждения в связи с использованием изобретения или результата, в отношении которого принято решение о сохранении конфиденциальности, разрешается судом.

4. Изобретение, полезная модель, промышленный образец, созданные работником с использованием денежных или иных материальных средств работодателя, но не в порядке выполнения служебного задания, не являются служебными. Право на получение патента на такое изобретение, полезную модель, промышленный образец принадлежит работнику, если соглашением между ним и работодателем не предусмотрено иное. При отсутствии такого соглашения работодатель имеет право на получение простой (неисключительной) лицензии (статья 1119) или на возмещение расходов, понесенных им в связи с созданием такого изобретения.

5. Правила настоящей статьи не применяются к изобретениям, полезным моделям, промышленным образцам, созданным работником организации, деятельность которой финансируется из бюджета либо внебюджетных государственных или муниципальных фондов (статья 1184).

Статья 1183. Право на изобретения, полезные модели, промышленные образцы, созданные при выполнении работ по договору

1. Если изобретение, полезная модель или промышленный образец создан при выполнении подрядных, научно-исследовательских, опытно-конструкторских, технологических или иных работ, осуществлявшихся по договору, право на получение патента на такое изобретение, полезную модель или промышленный образец принадлежит исполнителю, если договором между исполнителем и заказчиком не предусмотрено иное.

2. Если право на получение патента принадлежит исполнителю, заказчик или третье лицо по указанию заказчика вправе требовать заключения договора простой (неисключительной) лицензии на весь срок действия патента. Договором, на основании которого выполнялась работа, может быть предусмотрена лицензия иного вида.

При передаче исполнителем права на получение патента или самого патента другому лицу заказчик сохраняет права по лицензионному договору.

3. В случае, когда в соответствии с договором между исполнителем и заказчиком право на получение патента на изобретение, полезную модель или промышленный образец передано заказчику или третьему лицу, исполнитель вправе требовать заключения договора безвозмездной простой (неисключительной) лицензии на весь срок действия патента, если договором не предусмотрено иное.

Статья 1184. Право на изобретения, полезные модели, промышленные образцы, созданные за счет государственных или муниципальных средств

1. В случаях, когда изобретения, полезные модели, промышленные образцы созданы в организации при осуществлении деятельности, финансируемой полностью или в основной части из бюджета либо внебюджетных государственных или муниципальных фондов, право на получение патента на созданное изобретение, полезную модель или промышленный образец принадлежит Российской Федерации, субъекту Российской Федерации или муниципальному образованию соответственно, если договором между указанной организацией и соответствующим государственным или муниципальным органом (статья 125) не предусмотрено иное.

Право на получение патента на изобретение, полезную модель, промышленный образец, созданные при выполнении государственного заказа, определяется на основании правил статьи 1183 настоящего Кодекса.

2. Право автора на вознаграждение за получение патента Российской Федерацией, субъектом Российской Федерации или муниципальным образованием и на вознаграждение за использование изобретения, полезной модели или промышленного образца, а также право организации, в которой создано изобретение, полезная модель или промышленный образец, на часть доходов от его использования определяются в соответствии с патентным законом.

Статья 1185. Ответственность за неправомерное использование изобретения, полезной модели, промышленного образца

1. При использовании изобретения, полезной модели или промышленного образца без соглашения с патентообладателем (бездоговорном использовании) нарушитель обязан возместить правообладателю понесенные им убытки.

Если нарушитель прав патентообладателя получил вследствие этого доходы, патентообладатель вправе требовать возмещения наряду с другими убытками упущенной выгоды в размере не меньшем, чем такие доходы.

По требованию патентообладателя суд может обязать правонарушителя вместо возмещения убытков за нарушение прав патентообладателя уплатить сумму, определенную по правилам патентного закона.

2. Использование изобретения, полезной модели или промышленного образца способом, не предусмотренным договором о патентной лицензии, или по прекращении действия такого договора, или иным образом за пределами прав, предоставленных лицензиату по этому договору, считается бездоговорным использованием.

3. Нарушитель прав патентообладателя обязан за свой счет обеспечить в издании федерального патентного ведомства публикацию судебного решения о неправомерном использовании изобретения, полезной модели, промышленного образца или об ином допущенном нарушении.

4. Лицензиат в случае нарушения патента, если нарушением патента затрагиваются права, полученные им по договору о патентной лицензии, может потребовать от лицензиара предъявления иска о запрете использования изобретения, полезной модели, промышленного образца.

При непредъявлении лицензиаром в разумный срок иска к нарушителю обладатель исключительной или полной лицензии может самостоятельно предъявить иск к нарушителю о запрете использования изобретения, полезной модели, промышленного образца.

При непредъявлении к нарушителю иска о запрете использования лицензиар несет ответственность перед лицензиатом за понесенные им вследствие этого убытки, если иное не предусмотрено договором о патентной лицензии. Однако это не исключает права обладателя исключительной или полной лицензии предъявить иск о возмещении убытков непосредственно к нарушителю.

Статья 1186. Объявление патента утратившим силу

В случаях, предусмотренных патентным законом, суд может по требованию заинтересованного лица досрочно прекратить действие патента, аннулировать патент или признать его недействительным.

Глава 65. Право на профессиональные секреты (ноу-хау)

Статья 1187. Основные положения

1. На необщедоступные сведения, составляющие профессиональный секрет (ноу-хау), признается исключительное право (статья 1110).

2. Отношения, возникающие в связи с созданием и использованием профессиональных секретов, регулируются настоящим Кодексом, другими законами, а в случаях, предусмотренных законом, - иными правовыми актами.

Статья 1188. Объект права на профессиональные секреты

1. Профессиональным секретом признаются предназначенные для профессиональной деятельности граждан и юридических лиц сведения любого характера (технические, экономические, организационные и другие), к которым у третьих лиц нет свободного доступа на законном основании и обладатель которых принимает меры к охране их конфиденциальности.

Сведения, способные к правовой охране как изобретения, но не зарегистрированные в этом качестве, признаются профессиональным секретом, если они отвечают требованиям, указанным в абзаце первом настоящего пункта.

2. При возникновении и осуществлении исключительного права на профессиональный секрет не требуется регистрации такого секрета или соблюдения каких-либо иных формальностей.

Статья 1189. Действие права на профессиональный секрет

Право на профессиональный секрет действует до тех пор, пока сохраняется конфиденциальность составляющих его содержание сведений.

Статья 1190. Исключительное право на профессиональный секрет

1. Обладателю профессионального секрета принадлежит исключительное право использовать его в любых формах и любыми не противоречащими закону способами до тех пор, пока это право не прекратилось либо в силу договора или закона не перешло к другому лицу.

Никто не вправе использовать профессиональный секрет без согласия его обладателя, кроме случаев, предусмотренных настоящим Кодексом.

2. Лицо, ставшее добросовестно и независимо от других обладателей профессионального секрета обладателем того же секрета, приобретает самостоятельное исключительное право на этот профессиональный секрет.

3. Если профессиональный секрет стал по каким-либо причинам общедоступным, исключительное право на него прекращается у всех правообладателей.

Статья 1191. Использование профессионального секрета

Использованием профессионального секрета считается его применение в производственных, технических, экономических, организационных и других целях, в частности:

    • в изготовляемых изделиях;
    • при изготовлении изделий;
    • при реализации экономических и организационных решений.

Статья 1192. Распоряжение исключительным правом на профессиональный секрет

1. Обладатель профессионального секрета может распорядиться своим исключительным правом на этот секрет способами, указанными в пункте 1 статьи 1117 настоящего Кодекса. К распоряжению этим правом соответственно применяются положения пункта 3 статьи 1117, пунктов 1 и 2 статьи 1118, пунктов 1-3 статьи 1119, статьи 1120, пункта 2 статьи 1179 настоящего Кодекса, поскольку правилами настоящей статьи не предусмотрено иное.

2. При распоряжении исключительным правом на профессиональный секрет как путем передачи его другому лицу, так и путем предоставления права на использование профессионального секрета другому лицу лицо, распорядившееся своим правом, обязано соблюдать конфиденциальность профессионального секрета в течение всего срока действия этого права.

Лицензиат обязан сохранять конфиденциальность профессионального секрета и по истечении срока договора о лицензии на этот секрет.

3. Если срок, на который заключен договор о лицензии на профессиональный секрет, не указан в этом договоре, любая из сторон вправе в любое время отказаться от договора, предупредив об этом другую сторону не позднее, чем за шесть месяцев, если более длительный срок не предусмотрен договором.

При прекращении исключительного права на профессиональный секрет действие договора на этот секрет прекращается.

Статья 1193. Ответственность за нарушение исключительного права на профессиональный секрет

Лицо, неправомерно получившее сведения, составляющие профессиональный секрет, не вправе их использовать. При разглашении или использовании этих сведений нарушитель обязан возместить убытки, причиненные правообладателю.

Глава 66. Право на селекционное достижение

Статья 1194. Основные положения

1. На селекционное достижение закрепляется исключительное право, удостоверяемое патентом.

Право авторства на селекционное достижение закрепляется путем внесения записи в государственный реестр и удостоверяется патентом.

2. Имущественные и личные неимущественные отношения, связанные с возникновением, осуществлением и защитой исключительного права на селекционные достижения, регулируются настоящим Кодексом, законом об охране селекционных достижений, другими законами, а в случаях, предусмотренных законом, - иными правовыми актами.

Статья 1195. Объекты прав на селекционное достижение

1. Права на селекционные достижения распространяются на сорта растений и породы животных, являющиеся результатами творческой селекционной деятельности в отношении биологических и зоологических родов и видов, перечень которых установлен федеральным органом исполнительной власти, ведающим испытанием и охраной селекционных достижений (далее - федеральное ведомство по охране селекционных достижений), если эти результаты отвечают требованиям к таким достижениям, установленным законом об охране селекционных достижений.

2. Селекционному достижению предоставляется правовая охрана в силу государственной регистрации, на основании которой федеральное ведомство по охране селекционных достижений выдает патент на селекционное достижение.

3. Порядок выдачи патента на селекционное достижение, основания к отказу в государственной регистрации селекционного достижения, порядок обжалования решений федерального ведомства по охране селекционных достижений по заявкам о государственной регистрации, а также основания и порядок досрочного прекращения патента на селекционное достижение устанавливаются законом об охране селекционных достижений.

Статья 1196. Действие патента на селекционное достижение на территории Российской Федерации

На территории Российской Федерации действуют патенты на селекционное достижение, выданные федеральным ведомством по охране селекционных достижений, а также патенты, имеющие силу на территории Российской Федерации соответствии с международными договорами Российской Федерации.

Иностранные граждане - авторы селекционных достижений и их правопреемники имеют право на получение в Российской Федерации патента на селекционное достижение в соответствии с международными договорами Российской Федерации или на основе взаимности.

Статья 1197. Срок действия исключительного права на селекционное достижение

1. Срок действия исключительного права, удостоверенного патентом на селекционное достижение, исчисляется с даты регистрации селекционного достижения федеральным ведомством по охране селекционных достижений и составляет тридцать лет.

Законом об охране селекционных достижений могут быть установлены более длительные, но не превышающие тридцати пяти лет, сроки действия исключительного права и патента для селекционных достижений в отношении отдельных биологических и зоологических родов и видов.

Защита исключительного права, удостоверенного патентом, может быть осуществлена лишь после государственной регистрации, на основании которой выдан патент.

2. По истечении срока действия исключительного права на селекционное достижение, удостоверенного патентом, селекционное достижение может быть использовано свободно любым лицом, без чьего-либо разрешения и без выплаты вознаграждения.

Статья 1198. Автор селекционного достижения

1. Право признаваться автором селекционного достижения имеет гражданин, творческим трудом которого оно создано (выведено, выявлено), - селекционер. Лицо, указанное в качестве автора в заявке на выдачу патента, считается автором селекционного достижения, если не доказано иное.

2. Автор селекционного достижения определяет его наименование, которое должно отвечать установленным законом требованиям и подлежит одобрению федеральным ведомством по охране селекционных достижений.

Статья 1199. Соавторы селекционного достижения

1. Граждане, совместным творческим трудом которых создано селекционное достижение, признаются соавторами.

Взаимоотношения соавторов селекционного достижения определяются соглашением между ними. При отсутствии соглашения они осуществляют права автора совместно. В случае спора порядок осуществления этих прав определяется судом. При отсутствии соглашения соавторов в отношении вознаграждения оно распределяется между соавторами поровну, если иное распределение вознаграждения не установлено судом с учетом творческого вклада каждого из соавторов.

2. Лица, оказавшие автору лишь техническое, организационное, материальное или иное подобное содействие в создании, испытании селекционного достижения, содействие при получении патента либо при использовании селекционного достижения не признаются соавторами.

Статья 1200. Право на получение патента на селекционное достижение

1. Первоначальное право на получение патента на селекционное достижение принадлежит автору селекционного достижения.

2. Право на государственную регистрацию и получение патента может перейти к другому лицу (правопреемнику) в случаях и по основаниям, установленным законом, в том числе в порядке универсального правопреемства, или по договору, в том числе по трудовому договору (контракту).

3. Договор о передаче права на получение патента должен быть заключен в письменной форме. Несоблюдение письменной формы влечет недействительность договора.

Статья 1201. Исключительное право на селекционное достижение

1. Патентообладателю принадлежит исключительное право использовать селекционное достижение способами, указанными в статье 1202 (исключительное право на селекционное достижение), до тех пор, пока это право в силу договора или закона не перешло к другому лицу.

2. Другие, кроме патентообладателя, лица не вправе совершать действия, составляющие использование селекционного достижения, без разрешения патентообладателя. Перечень действий, не признаваемых нарушением прав патентообладателя, устанавливается законом об охране селекционных достижений.

3. Исключительное право использовать селекционное достижение распространяется также на растительный материал и товарных животных, которые были получены, соответственно, из семян или от племенных животных, если такие семена или племенные животные были введены в гражданский оборот без разрешения патентообладателя.

4. Законом об охране селекционных достижений могут быть предусмотрены случаи, когда для использования селекционного достижения, созданного с использованием другого селекционного достижения, требуется разрешение обладателя патента на использованное селекционное достижение.

Статья 1202. Использование селекционного достижения

1. Использованием селекционного достижения считается осуществление следующих действий с семенами и племенным материалом селекционного достижения:

    • производство и воспроизводство;
    • доведение до посевных кондиций для последующего размножения;
    • предложение к продаже;
    • продажа и иные способы введения в гражданский оборот;
    • вывоз с территории Российской Федерации;
    • ввоз на территорию Российской Федерации;
    • хранение в указанных выше целях.

Понятие семян и племенного материала охраняемого селекционного достижения определяется законом об охране селекционных достижений.

2. Предложение к продаже, продажа или иные способы введения в гражданский оборот на территории Российской Федерации семян или племенного материала селекционного достижения может осуществляться после получения допуска селекционного достижения к использованию в порядке, устанавливаемом законом об охране селекционных достижений.

3. При производстве, воспроизводстве, предложении к продаже, продаже и ином введении в гражданский оборот селекционных достижений применение зарегистрированных для них наименований обязательно. Присвоение произведенным и (или) продаваемым семенам, племенному материалу наименования, отличающегося от зарегистрированного, не допускается.

Статья 1203. Распоряжение исключительным правом на селекционное достижение по договору

1. Патентообладатель может по договору передать удостоверенное патентом исключительное право на селекционное достижение (договор о передаче патента) новому патентообладателю или предоставить другому лицу право использования селекционного достижения в установленных договором пределах (договор о патентной лицензии).

2. К договорам о передаче патента и о патентной лицензии соответственно применяются правила пунктов 2 и 3 статьи 1179 и статьи 1180 настоящего Кодекса.

Статья 1204. Открытая лицензия

1. Патентообладатель вправе путем публикации объявить о предоставлении на определенных условиях любому лицу права использования селекционного достижения (открытая лицензия). Условия, на которых может быть предоставлено право использования селекционного достижения (статья 426), сообщаются в федеральное ведомство по охране селекционных достижений, которое производит за счет патентообладателя публикацию об открытой лицензии.

Открытая лицензия действует в течение одного года со дня публикации.

Открытая лицензия не действует до истечения срока исключительной или полной лицензии.

3. Федеральное ведомство по охране селекционных достижений осуществляет государственную регистрацию договора о патентной лицензии на условиях простой (неисключительной) лицензии на основании письменного заявления лица, желающего воспользоваться открытой лицензией.

Статья 1205. Служебное селекционное достижение

1. Право на получение патента на селекционное достижение, созданное работником в порядке выполнения служебного задания (служебное селекционное достижение), принадлежит работодателю, если в договоре между ним и селекционером не предусмотрено иное. Право авторства на служебное селекционное достижение сохраняется за автором.

Селекционные достижения признаются служебными в случаях и в порядке, установленных законом об охране селекционных достижений.

2. Селекционер имеет право на вознаграждение за получение работодателем патента на служебное селекционное достижение, выплачиваемое в размере, в порядке и на условиях, устанавливаемых законом об охране селекционных достижений.

Селекционер также имеет право на вознаграждение, определяемое исходя из использования селекционного достижения, выплачиваемое в размере, в порядке и на условиях, определяемых в договоре между ним и работодателем. Спор о размере, порядке и условиях выплаты вознаграждения в связи с использованием селекционного достижения разрешается судом.

3. Селекционное достижение, созданное селекционером с использованием денежных или иных материальных средств работодателя, но не в порядке выполнения служебного задания, не является служебным. Право на получение патента на такое селекционное достижение принадлежит селекционеру, если соглашением между работодателем и селекционером не предусмотрено иное. При отсутствии такого соглашения работодатель имеет право на получение простой (неисключительной) лицензии (статья 1119) или на возмещение расходов, понесенных им в связи с созданием такого селекционного достижения.

Статья 1206. Право на селекционные достижения, созданные при выполнении работ по договору

1. Если селекционное достижение создано при выполнении научно-исследовательских или иных работ, осуществлявшихся по договору, право на получение патента на такое селекционное достижение принадлежит заказчику, если договором между исполнителем и заказчиком не предусмотрено иное.

2. Если право на получение патента принадлежит заказчику, исполнитель вправе требовать заключения с ним договора простой (неисключительной) лицензии на весь срок действия патента. Договором, на основании которого выполнялась работа, может быть предусмотрена лицензия иного вида.

При передаче заказчиком права на получение патента или самого патента другому лицу исполнитель сохраняет права по лицензионному договору.

3. В случае, когда в соответствии с договором между исполнителем или заказчиком право на получение патента передано исполнителю, заказчик вправе требовать заключения договора безвозмездной простой (неисключительной) лицензии на весь срок действия патента, если договором не предусмотрено иное.

Статья 1207. Право на селекционные достижения, созданные за счет государственных или муниципальных средств

К селекционным достижениям, созданным за счет государственных или муниципальных средств, соответственно применяются правила статьи 1184 настоящего Кодекса.

Статья 1208. Обязанности патентообладателя

Патентообладатель обязан поддерживать сорт растений или породу животных, представляющие собой селекционное достижение, в течение срока действия патента таким образом, чтобы сохранялись признаки, указанные в описании сорта или породы при государственной регистрации селекционного достижения. Неисполнение обязанности по поддержанию сорта, породы может повлечь последствия, предусмотренные статьей 1210 настоящего Кодекса.

Статья 1209. Ответственность за неправомерное использование селекционного достижения

При использовании селекционного достижения без соглашения с патентообладателем (бездоговорном использовании) нарушитель обязан возместить патентообладателю понесенные им убытки.

Если нарушитель прав патентообладателя получил вследствие этого доходы, патентообладатель вправе требовать возмещения наряду с другими убытками упущенной выгоды в размере не меньшем, чем такие доходы.

По требованию патентообладателя суд может обязать правонарушителя вместо возмещения убытков за нарушение прав патентообладателя уплатить сумму, определенную по правилам патентного закона.

Статья 1210. Ограничение прав патентообладателя

Досрочное прекращение действия патента на селекционное достижение, аннулирование патента, признание патента недействительным, выдача принудительной лицензии (статья 1121) допускаются в случаях и в порядке, устанавливаемых законом об охране селекционных достижений.

Глава 67. Право на средства индивидуализации юридического лица,

товаров, работ и услуг

§ 1. Право на фирменное наименование

Статья 1211. Фирменное наименование юридического лица

1. Юридическое лицо, являющееся коммерческой организацией (пункт 1 статьи 50), выступает в гражданском обороте под своим фирменным наименованием, которое определятся в его учредительных документах и регистрируется путем включения в единый государственный реестр юридических лиц при государственной регистрации юридического лица (пункт 1 статьи 51).

Правила о фирменном наименовании коммерческих организаций распространяются на наименования некоммерческих организаций, осуществляющих предпринимательскую деятельность, в случае регистрации их в качестве фирменных наименований.

2. В фирменное наименование включаются указание на организационно-правовую форму юридического лица и собственно наименование юридического лица. Собственно наименование юридического лица не может состоять из слов, обозначающих только род деятельности. Настоящим Кодексом и другими законами могут быть предусмотрены дополнительные требования к содержанию фирменного наименования, в том числе может быть запрещено или ограничено использование определенных слов, понятий и обозначений в качестве фирменного наименования или его элементов.

3. Юридическое лицо вправе наряду с полным фирменным наименованием иметь также сокращенную форму этого фирменного наименования. Право на сокращенную форму фирменного наименования подлежит защите при условии ее включения в единый государственный реестр юридических лиц.

4. Порядок пользования фирменным наименованием определяется законом и иными правовыми актами.

Статья 1212. Исключительное право на фирменное наименование

1. Юридическое лицо имеет исключительное право на фирменное наименование. Не допускается использование юридическим лицом, осуществляющим аналогичную деятельность, фирменного наименования, тождественного или сходного до степени смешения с зарегистрированным фирменным наименованием другого юридического лица.

Наличие в государственном реестре юридических лиц фирменного наименования, тождественного или сходного до степени смешения с предлагаемым, не является основанием для отказа в регистрации юридического лица.

2. Лица иные, чем правообладатель, не вправе использовать фирменное наименование юридического лица без разрешения правообладателя на вывесках, в бланках, счетах и иной документации, в объявлениях и рекламе, на товарах или их упаковке.

Статья 1213. Действие права на фирменное наименование

1. На территории Российской Федерации действует исключительное право на фирменное наименование, зарегистрированное в Российской Федерации.

2. Право на фирменное наименование возникает с момента регистрации юридического лица и прекращается с ликвидацией юридического лица.

Статья 1214. Использование фирменного наименования юридического лица в товарном знаке

1. Фирменное наименование юридического лица может быть использовано в принадлежащем ему товарном знаке. Включение фирменного наименования в товарный знак не лишает юридическое лицо права на охрану этого наименования независимо от охраны товарного знака.

2. При полном или частичном совпадении товарного знака одного лица с фирменным наименованием другого лица охраняется товарный знак. Однако в случаях, предусмотренных законом о товарных знаках, воспроизведение в товарном знаке фирменного наименования другого лица может быть основанием для аннулирования регистрации товарного знака.

Статья 1215. Распоряжение исключительным правом на фирменное наименование

1. Передача права на фирменное наименование юридического лица другим лицам не допускается, за исключением случаев, предусмотренных настоящим Кодексом.

2. Обладатель права на фирменное наименование может предоставить другому лицу право использовать свое фирменное наименование (выдать простую лицензию) в порядке и на условиях, предусмотренных договором коммерческой концессии (статьи 1027, 1031).

Статья 1216. Ответственность за неправомерное использование фирменного наименования

Лицо, неправомерно использующее чужое фирменное наименование, по требованию правообладателя обязано:

  • прекратить использование;
  • возместить правообладателю причиненные убытки;
  • совершить предусмотренные законом действия, необходимые для восстановления прав и интересов правообладателя.

§ 2. Право на коммерческое обозначение

Статья 1217. Исключительное право на коммерческое обозначение предприятия

1. Юридическое лицо, осуществляющее предпринимательскую деятельность, или индивидуальный предприниматель имеет исключительное право на постоянно используемое незарегистрированное наименование (коммерческое обозначение) принадлежащего ему предприятия (статья 132), если употребление им такого наименования общеизвестно.

Не может быть использовано в качестве коммерческого обозначения наименование, способное ввести в заблуждение относительно принадлежности обозначаемого им предприятия, в частности, наименование, сходное до степени смешения с фирменным наименованием или товарным знаком другого лица.

Никто не вправе использовать без разрешения правообладателя его коммерческое обозначение, на которое распространяется исключительное право, на вывесках, в бланках, счетах и иной документации, в объявлениях и рекламе, на товарах или их упаковке.

2. Число принадлежащих одному лицу коммерческих обозначений не ограничивается. Однако для индивидуализации одного предприятия может использоваться только одно коммерческое обозначение.

3. Ответственность за неправомерное использование чужого коммерческого обозначения определяется по правилам статьи 1216 настоящего Кодекса.

Статья 1218. Коммерческое обозначение, фирменное наименование и товарный знак

1. Коммерческое обозначение может включать фирменное наименование правообладателя либо отдельные его элементы. При этом исключительное право на коммерческое обозначение возникает и действует независимо от исключительного права на фирменное наименование.

2. Коммерческое обозначение правообладателя может быть включено в принадлежащий ему товарный знак. При этом исключительное право на товарный знак возникает и действует независимо от исключительного права на коммерческое обозначение.

3. Лицо, обладающее исключительным правом на коммерческое обозначение, вправе требовать в судебном порядке запрета на использование этого коммерческого обозначения в составе фирменного наименования или товарного знака другого лица, если исключительное право на фирменное наименование или товарный знак возникло после исключительного права на коммерческое обозначение.

Статья 1219. Распоряжение исключительным правом на коммерческое обозначение

1. Правообладатель вправе передать исключительное право на коммерческое обозначение другому лицу только вместе с предприятием, для индивидуализации которого оно используется.

2. Правообладатель может предоставить другому лицу по право использовать свое коммерческое обозначение (выдать лицензию) в порядке и на условиях, предусмотренных договором коммерческой концессии (статьи 1027, 1031).

Статья 1220. Действие исключительного права на коммерческое обозначение

1. На территории Российской Федерации действует исключительное право на коммерческое обозначение предприятия, расположенного на территории Российской Федерации.

2. Исключительное право на коммерческое обозначение прекращается в случае его неиспользования правообладателем в течение одного года.

Если при ликвидации юридического лица принадлежащее ему предприятие переходит к другому лицу в целом, исключительное право на коммерческое обозначение этого предприятия не прекращается, а переходит к приобретателю предприятия.

§ 3. Товарный знак и знак обслуживания

Статья 1221. Основные положения

1. На товарный знак, то есть словесное, изобразительное, объемное или иное, в том числе комбинированное, обозначение, имеющее целью отличить товар одного юридического лица или индивидуального предпринимателя от однородных товаров других лиц и зарегистрированное в установленном законом порядке, закрепляется исключительное право (статья 1110), удостоверяемое свидетельством.

2. Отношения, связанные с возникновением, осуществлением и защитой исключительного права на товарный знак регулируются настоящим Кодексом, законом о товарных знаках, другими законами, а в случаях, предусмотренных законом, - иными правовыми актами.

3. Правила о товарных знаках, содержащиеся в настоящем Кодексе и других законах, соответственно применяются к знакам обслуживания - обозначениям, имеющим целью отличить услуги или работы, предоставляемые или выполняемые одним юридическим лицом или индивидуальным предпринимателем, от услуг или работ других лиц.

Статья 1222. Государственная регистрация товарного знака

1. Лицо, подавшее в федеральное патентное ведомство заявку о государственной регистрации товарного знака, отвечающего требованиям, установленным законом о товарных знаках, имеет право на регистрацию этого товарного знака и получение свидетельства на товарный знак.

2. Виды регистрируемых товарных знаков, обозначения, регистрация которых в качестве товарных знаков не допускается, порядок выдачи свидетельства на товарный знак, порядок обжалования и опротестования решений федерального патентного ведомства по заявкам о выдаче свидетельства на товарный знак устанавливаются законом о товарных знаках.

Статья 1223. Действие права на товарный знак на территории Российской Федерации

На территории Российской Федерации действует право на товарный знак, зарегистрированный в федеральном патентном ведомстве.

На территории Российской Федерации действует охрана товарного знака, зарегистрированного международной организацией или в иностранном государстве, если это предусмотрено международным договором Российской Федерации. Содержание права на такой товарный знак, его действие и порядок защиты определяются настоящим Кодексом, законом о товарных знаках, другими законами, а в случаях, предусмотренных законом, - иными правовыми актами.

Статья 1224. Срок действия права на товарный знак

1. Право на товарный знак действует в течение десяти лет.

2. Право на товарный знак начинает действовать с даты подачи заявки о регистрации товарного знака в федеральное патентное ведомство. Защита этого права может быть осуществлена лишь после государственной регистрации товарного знака.

3. При неиспользовании товарного знака непрерывно в течение пяти лет право на товарный знак может быть признано прекратившим действие.

Выдача лицензии на использование товарного знака считается его использованием.

4. По заявлению обладателя права на товарный знак, поданному в федеральное патентное ведомство в течение последнего года действия этого права, срок действия права на товарный знак продлевается на десять лет. Продление возможно неограниченное число раз.

Статья 1225. Исключительное право на товарный знак

1. Лицу, на имя которого зарегистрирован товарный знак (обладателю права на товарный знак), принадлежит исключительное право использовать этот товарный знак для целей, для которых он предназначен, в любой форме и любым не противоречащим закону способом (исключительное право на товарный знак).

Никто не вправе использовать товарный знак без разрешения правообладателя.

2. Использование товарного знака неуправомоченными лицами, в том числе путем совершения действий, указанных в статье 1226, признается нарушением прав владельца товарного знака. Нарушением его прав также считается использование для однородных товаров обозначения, тождественного или сходного с его товарным знаком до степени смешения.

Если товар, на котором помещен товарный знак, правомерно введен в гражданский оборот, использование такого товарного знака в отношении этого товара не может быть запрещено.

Статья 1226. Использование товарного знака

Использованием товарного знака считается, в частности, его помещение:

  • на товарах, в том числе импортируемых, которые предлагаются к продаже, продаются или иным образом вводятся в гражданский оборот либо хранятся с целью предложения к продаже, и (или) на упаковке таких товаров;
  • при продаже товаров (выполнении работ, оказании услуг);
  • в предложениях о продаже товаров (выполнении работ, оказании услуг), а также в объявлениях, на вывесках и в рекламе;
  • на выставках и ярмарках при демонстрации экспонатов;
  • на бланках, счетах, в иной документации и печатных изданиях.

Статья 1227. Коллективный товарный знак

1. Ассоциация или союз может зарегистрировать на свое имя коллективный товарный знак для обозначения всеми входящими в ассоциацию (союз) лицами выпускаемых или реализуемых товаров (выполняемых работ, оказываемых услуг), обладающих едиными качественными или иными общими характеристиками.

Коллективным товарным знаком может пользоваться каждое из входящих в ассоциацию (союз) лиц.

2. Право на коллективный товарный знак не может быть передано лицам, не входящим в соответствующую ассоциацию (союз). Коллективный товарный знак не может быть предметом договора о выдаче лицензии.

3. Перечень лиц, имеющих право пользоваться коллективным товарным знаком, перечень и единые качественные или иные общие характеристики товаров (работ, услуг), обозначаемых этим знаком, условия и порядок его использования входящими в ассоциацию (союз) лицами, их ответственность за нарушение этих условий определяются уставом коллективного товарного знака, утверждаемым ассоциацией (союзом). Устав коллективного товарного знака подлежит регистрации в федеральном патентном ведомстве при регистрации знака.

Лицо, входящее в ассоциацию (союз), вправе пользоваться наряду с коллективным также и своим товарным знаком.

Статья 1228. Распоряжение исключительным правом на товарный знак

1. Обладатель права на товарный знак может по договору передать это исключительное право другому лицу (договор о передаче права на товарный знак) или предоставить другому лицу право использования товарного знака в определенных договором пределах (договор о лицензии на товарный знак).

Право на товарный знак может быть передано, а право использования товарного знака предоставлено в отношении всех или только некоторых товаров (работ, услуг), на которые в соответствии с регистрацией распространяется действие товарного знака.

Передача права на товарный знак по договору другому лицу не допускается, если такая передача может привести к введению в заблуждение относительно товара (работы, услуги) или его изготовителя (производителя).

2. Договоры о передаче права на товарный знак и о лицензии на товарный знак предполагаются возмездными, если соглашением сторон не предусмотрено иное. Размер вознаграждения и (или) способы его исчисления, порядок и сроки его выплаты определяются соглашением сторон.

При отсутствии в договоре указания на размер вознаграждения он определяется по правилам статьи 424 настоящего Кодекса.

3. Договор о передаче права на товарный знак и договор о лицензии на товарный знак должны быть заключены в письменной форме и подлежат государственной регистрации в федеральном патентном ведомстве. Несоблюдение письменной формы или требования о государственной регистрации влечет недействительность договора.

Статья 1229. Договор о лицензии на товарный знак

1. По договору о лицензии на товарный знак обладатель права на товарный знак (лицензиар) обязуется предоставить другому лицу (лицензиату) право использования товарного знака в определенных договором пределах (статья 1119).

2. Договор о лицензии на товарный знак должен предусматривать указание на товарный знак, по поводу которого заключен договор, в том числе номер и дату выдачи свидетельства на товарный знак; срок действия договора; пределы и условия допускаемого договором использования.

3. Лицензиат обязан обеспечить соответствие качества производимых им товаров (выполняемых работ, оказываемых услуг), на которых он помещает лицензионный товарный знак, качеству аналогичных товаров (работ, услуг) лицензиара. Лицензиар должен осуществлять контроль за соблюдением этого условия.

Если качество товаров (работ, услуг), которые обозначены лицензионным товарным знаком, ниже качества аналогичных товаров (работ, услуг) лицензиара, лицензиар несет субсидиарную ответственность перед потребителями.

4. Срок действия договора о лицензии на товарный знак не может превышать срока действия права на товарный знак.

Статья 1230. Ответственность за неправомерное использование товарного знака

1. При неправомерном использовании товарного знака или при использовании для однородных товаров обозначения, тождественного или сходного с товарным знаком до степени смешения, нарушитель обязан возместить обладателю товарного знака понесенные им убытки.

2. Нарушитель права на товарный знак обязан обеспечить за свой счет удаление с товара и (или) его упаковки товарного знака или обозначения, сходного с товарным знаком до степени смешения, и уничтожить изготовленные изображения товарного знака или обозначения. В случае невозможности такого удаления суд может принять решение об уничтожении товара. Лицо, нарушившее право на товарный знак при выполнении работ или оказании услуг, обязано удалить товарный знак или обозначение, сходное с товарным знаком до степени смешения, с материалов, которыми сопровождается выполнение таких работ или оказание услуг (документация, реклама, вывески и т.п.).

Статья 1231. Прекращение действия права на товарный знак

1. Действие права на товарный знак прекращается по истечении срока действия этого права, в случае неиспользования товарного знака непрерывно в течение пяти лет (пункт 3 статьи 1224), а также в результате признания недействительной регистрации права на товарной знак или аннулирования такой регистрации.

2. Основания и порядок признания регистрации права на товарный знак недействительной и аннулирования такой регистрации, порядок аннулирования свидетельства на товарный знак, выданного на основании такой регистрации, устанавливаются законом о товарных знаках.

§ 4. Право на наименование места происхождения товара

Статья 1232. Основные положения

1. Для обозначения товаров, особые свойства которых определяются исключительно или преимущественно характерными для определенного географического объекта природными условиями и (или) профессиональными навыками местных мастеров, в федеральном патентном ведомстве может быть зарегистрировано наименование места их происхождения. На такое наименование может быть закреплено исключительное право (статья 1110) их производителей.

2. В качестве наименования места происхождения товара может быть зарегистрировано название страны, населенного пункта, местности или другого географического объекта, представляющее собой его официальное или неофициальное, полное или сокращенное, современное или историческое название и отвечающее условиям, установленным в пункте 1 настоящей статьи.

Виды названий, регистрация которых в качестве наименований мест происхождения товара не допускается, устанавливаются законом о правовой охране наименований мест происхождения товаров.

3. Отношения, связанные с возникновением, осуществлением и защитой исключительного права на наименование места происхождения товара, регулируются настоящим Кодексом, законом о правовой охране наименований мест происхождения товаров, другими законами, а в случаях, предусмотренных законом, - иными правовыми актами.

Статья 1233. Обладатель права на наименование места происхождения товара

1. Право на наименование места происхождения товара принадлежит лицу, зарегистрированному в качестве правообладателя в федеральном патентном ведомстве и получившему свидетельство о праве на наименование места происхождения товара. В качестве правообладателя может быть зарегистрировано любое лицо, находящееся и производящее на территории географического объекта, наименование которого зарегистрировано в качестве места происхождения товара, товар с особыми свойствами, дающими основание для такой регистрации.

2. Порядок выдачи свидетельства о праве на наименование места происхождения товара, порядок обжалования и опротестования решений федерального патентного ведомства по заявкам о выдаче свидетельства устанавливаются законом о правовой охране наименований мест происхождения товаров.

Статья 1234. Исключительное право на наименование места происхождения товара

1. Лицу, имеющему свидетельство о праве на наименование места происхождения товара, принадлежит исключительное право использовать в любой форме и любым не противоречащим закону способом это наименование для обозначения соответствующего товара (исключительное право на наименование места происхождения товара).

2. Лицо, не зарегистрированное в качестве обладателя права на наименование места происхождения товара и не имеющее соответствующего свидетельства, не вправе использовать такое зарегистрированное наименование, даже если при этом указывается подлинное место происхождения товара.

3. Не допускается использование для товара, однородного с товаром, для которого зарегистрировано наименование места происхождения, обозначения, сходного до степени смешения с наименованием места происхождения такого товара, и вследствие этого способного ввести в заблуждение относительно места происхождения и особых свойств товара.

4. Обладатель права на наименование места происхождения товара не может распоряжаться этим правом.

Статья 1235. Использование наименования места происхождения товара

Использованием наименования места происхождения товара считается его помещение, в частности:

    • на товарах, которые предлагаются к продаже, продаются или иным образом вводятся в гражданский оборот либо хранятся с целью предложения к продаже, и (или) на упаковке таких товаров;
    • в предложениях о продаже товаров, а также в объявлениях, на вывесках и в рекламе;
    • на выставках и ярмарках при демонстрации экспонатов;
    • на бланках, счетах, в иной документации и печатных изданиях, связанных с введением товаров в оборот.

Наименование места происхождения товара может использоваться наряду с товарным знаком.

Статья 1236. Действие права на наименование места происхождения товара на территории Российской Федерации

На территории Российской Федерации действует исключительное право на зарегистрированное в федеральном патентном ведомстве наименование места происхождения товара.

Регистрация в качестве наименования места происхождения товара названия такого географического объекта, который находится в иностранном государстве, допускается, если название этого объекта зарегистрировано в качестве такого наименования в стране происхождения товара. Обладателем права на наименование такого места происхождения товара может быть только лицо, право которого зарегистрировано в стране происхождения товара.

Статья 1237. Срок действия права на наименование места происхождения товара

1. Право на наименование места происхождения товара действует в течение десяти лет с даты подачи в федеральное патентное ведомство заявки о выдаче свидетельства о праве на наименование места происхождения товара. Защита этого права может быть осуществлена лишь после выдачи свидетельства.

2. По заявлению обладателя права на наименование места происхождения товара, поданному в федеральное патентное ведомство в течение последнего года действия этого права, срок действия права продлевается на десять лет, при сохранении условий, дающих право на использование наименования. Продление возможно неограниченное число раз.

3. Государственная регистрация наименования места происхождения товара действует в течение всего времени существования природных условий и (или) профессиональных навыков местных мастеров, определяющих особые свойства такого товара.

Статья 1238. Ответственность за нарушение права на наименование места происхождения товара

1. Лицо, неправомерно использующее наименование места происхождения товара или использующее обозначение, сходное с ним до степени смешения (пункт 3 статьи 1234), обязано возместить обладателю исключительного права на наименование места происхождения товара понесенные им убытки.

2. Нарушитель обязан обеспечить за свой счет удаление с товара и (или) его упаковки, бланков и иной документации незаконно используемого наименования места происхождения товара или обозначения, сходного с ним до степени смешения. В случае невозможности такого удаления суд может принять решение об уничтожении товара и (или) упаковки, бланков и иной документации.

 

 

Проект А. П. Сергева

ГРАЖДАНСКИЙ КОДЕКС РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

ЧАСТЬ ТРЕТЬЯ

РАЗДЕЛ V

ПРАВО ИНТЕЛЛЕКТУАЛЬНОЙ СОБСТВЕННОСТИ

(ИСКЛЮЧИТЕЛЬНЫЕ ПРАВА)

ГЛАВА 61 ОБЩИЕ ПОЛОЖЕНИЯ

Статья 1110. Законодательство Российской Федерации об интеллектуальной собственности.

1. Отношения, связанные с возникновением и осуществлением исключительных прав на результаты интеллектуальной деятельности и приравненные к ним средства индивидуализации юридического лица, индивидуализации продукции, выполняемых работ или услуг (интеллектуальная собственность), регулируются настоящим Кодексом и принятыми в соответствии с ним федеральными законами.

2. Настоящий Кодекс устанавливает виды охраняемых объектов интеллектуальной собственности и определяет общие начала регулирования связанных с ними личных неимущественных и имущественных отношений.

3. Регулирование отношений, возникающих в связи с созданием, использованием и охраной конкретных объектов интеллектуальной собственности, осуществляется специальными федеральными законами и дополняющими их иными правовыми актами.

4. К отношениям интеллектуальной собственности применяются правила настоящего Кодекса об обязательствах и договорах, а также общие положения гражданского права, если иное не вытекает из существа регулируемых отношений.

Статья 1111. Объекты интеллектуальной собственности.

1. Объектами интеллектуальной собственности являются, в частности, следующие результаты интеллектуальной деятельности и приравненные к ним средства индивидуализации юридического лица, индивидуализации продукции, выполняемых работ и услуг (далее - средства индивидуализации):

  1. произведения науки, литературы или искусства, включая программы для электронно-вычислительных машин и базы данных;
  2. исполнения, фонограммы, передачи эфирного или кабельного вещаниям (объекты смежных прав);
  3. изобретения;
  4. полезные модели;
  5. промышленные образцы;
  6. рационализаторские предложения;
  7. селекционные достижения;
  8. топологии интегральных микросхем;
  9. служебная и коммерческая тайна;
  10. фирменные наименования и коммерческие обозначения;
  11. товарные знаки и знаки обслуживания;
  12. наименования мест происхождения товаров и указания происхождения.

2. Иные результаты интеллектуальной деятельности и средства индивидуализации признаются и охраняются на территории Российской Федерации в качестве объектов интеллектуальной собственности в соответствии с международными обязательствами Российской Федерации и федеральными законами.

3. Результат интеллектуальной деятельности или средство индивидуализации не могут одновременно охраняться в качестве разных объектов интеллектуальной собственности за исключением случаев, предусмотренных законом. Выбор формы охраны результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации в пределах, допускаемых законом, осуществляется по усмотрению правообладателя.

Статья 1112. Содержание права интеллектуальной собственности.

1. Обладателю права интеллектуальной собственности принадлежат исключительные права в отношении результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации, которые защищаются против всех и каждого.

2. Исключительные права на результат интеллектуальной деятельности или средство индивидуализации включают личные неимущественные и имущественные правомочия, состав которых применительно к конкретным объектам интеллектуальной собственности определяется федеральными законами с учетом положений настоящего Кодекса.

3. Право интеллектуальной собственности может принадлежать одному лицу или нескольким лицам совместно.

В случаях, прямо предусмотренных законом, права интеллектуальной собственности на один и тот же объект могут принадлежать разным лицам, права которых независимы друг от друга.

Статья 1113. Право интеллектуальной собственности и право собственности на материальный носитель.

1. Интеллектуальная собственность на результат интеллектуальной деятельности или средство индивидуализации независимо от права собственности на материальный носитель, в котором та-кий результат или средство выражены.

2. Переход права собственности на материальный носитель к другому лицу либо предоставление права на его использование не влекут передачи или предоставления каких-либо прав на использование объекта интеллектуальной собственности, воплощенного в данном материальном объекте, за исключением случаев, прямо предусмотренных федеральными законами.

3. Собственник или иной обладатель материального носителя, в котором воплощен объект интеллектуальной собственности, должен уважать исключительные права обладателя права интеллектуальной собственности.

 

Статья 1114. Действие права интеллектуальной собственности на территории Российской Федерации.

1. Права интеллектуальной собственности, предусмотренные настоящим Кодексом и федеральными законами, действуют на всей территории Российской Федерации. В случаях, установленных законом или договором, действие права интеллектуальной собственности может ограничиваться частью территории Российской Федерации, рамками отдельных предприятий и организаций или иными пределами.

2. Исключительные права на объекты интеллектуальной собственности в соответствии с федеральными законами возникают в силу факта их создания, начала использования или государственной регистрации.

3. Право интеллектуальной собственности на объекты, охраняемые с момента их создания, признается за российскими гражданами и юридическими лицами независимо от места их создания. Иностранные граждане и юридические лица, а также лица без гражданства приобретают право интеллектуальной собственности на такие объекты, если они созданы на территории Российской Федерации либо охраняются в силу международных договоров Российской Федерации.

4. Право интеллектуальной собственности, охраняемые с момента начала их использования, признается за любыми лицами, которые первыми использовали эти объекты на территории Российской Федерации.

5. Право интеллектуальной собственности на объекты, охраняемые с момента их государственной регистрации, признается за любыми лицами, на имя которых они зарегистрированы в Российской Федерации в установленном законом порядке.

В случаях и в порядке, предусмотренных международными договорами Российской Федерации, в Российской Федерации признаются и охраняются объекты интеллектуальной собственности, зарегистрированные в международных органах или организациях.

Статья 1115. Сроки действия права интеллектуальной собственности.

1. Исключительные права на результаты интеллектуальной деятельности и средства индивидуализации действуют в течение сроков, установленных федеральными законами.

2. Порядок исчисления сроков охраны исключительных прав, основания и порядок их продления, а также досрочного прекращения действия исключительных прав определяются федеральными законами.

3. По истечении сроков охраны исключительных прав, а также в случаях досрочного прекращения их охраны объекты интеллектуальной собственности переходят в общественное достояние и могут свободно использоваться любыми заинтересованными лицами.

4. По решению обладателя исключительного права объект интеллектуальной собственности может перейти в общественное достояние досрочно, если при этом не нарушаются права и законные интересы других лиц.

5. Личные неимущественные права, входящие в право интеллектуальной собственности, охраняются бессрочно.

Статья 1116. Личные неимущественные права создателей объектов интеллектуальной собственности.

1. Создатели объектов интеллектуальной собственности, носящих творческий характер, обладают правом авторства, правом на имя, а также другими личными неимущественными правами, предусмотренными федеральными законами.

2. Личные неимущественные права на объекты интеллектуальной собственности, носящие творческий характер, независимы от имущественных прав на использование этих объектов. Указанные права неотчуждаемы от личности создателя творческого результата, который не вправе от них отказаться и передать другим лицам.

В случаях, предусмотренных федеральными законами, другие лица вправе осуществлять защиту личных неимущественных прав создателей творческих результатов.

3. Создателями объектов интеллектуальной собственности, но-сяи1их творческий характер, признаются физические лица, творческим трудом которых достигнут соответствующий результат.

В случаях, прямо предусмотренных федеральными законами, отдельные личные неимущественные права на объекты интеллектуальной собственности могут признаваться за юридическими лицами.

Статья 1117. Имущественные права обладателей интеллектуальной собственности.

1. Обладателю права интеллектуальной собственности принадлежат исключительные права на использование объекта интеллектуальной собственности в любой форме и любым способом, а также право запрещать использование указанного объекта другими лицами, кроме случаев, когда такое использование допускается настоящим Кодексом и федеральными законами.

2. Применительно к отдельным объектам интеллектуальной собственности федеральными законами могут устанавливаться исчерпывающие перечни имущественных прав обладателей интеллектуальной собственности.

3. Имущественные права на использование объектов интеллектуальной собственности могут свободно передаваться другим лицам полностью или частично на договорной основе, а также переходить к другим лицам по указанным в законе основаниям.

4. Передача по договору или переход по закону отдельных имущественных прав, а также прав на отдельные объекты интеллектуальной собственности могут быть ограничены или запрещены федеральными законами.

Статья 1118. Договоры о передаче имущественных прав на объекты интеллектуальной собственности.

1. По договору о передаче имущественных прав на использование объекта интеллектуальной собственности обладатель интеллектуальной собственности передает или обязуется передать принадлежащие ему имущественные права на объект интеллектуальной собственности в полном объеме или частично другому лицу (пользователю) на условиях и в порядке, предусмотренных договором.

2. Передача имущественных прав по договору может осуществляться на исключительной и на неисключительной основе. Права, переданные по договору, считаются неисключительными, если в договоре прямо не предусмотрено иное.

3. Имущественные права, прямо не указанные в договоре, считаются не переданными. Права, переданные по договору, могут передаваться полностью или частично другим лицам лишь в случае, когда это прямо предусмотрено договором.

4. Условия договора о передаче имущественных прав на использование объекта интеллектуальной собственности, которые предусматривают передачу прав, неизвестных на момент заключения договора, либо ограничивают стороны в создании в будущей объектов интеллектуальной собственности определенного рода или в определенной области, либо иным образом нарушают правила добросовестной конкуренции, являются недействительными.

5. Договоры о передаче имущественных прав на использование объекта интеллектуальной собственности должны быть заключены в письменной форме. Федеральными законами может предусматриваться: обязательная государственная регистрация таких договоров, а также допускаться устная форма договоров.

6. Иные требования к договорам о передаче имущественных прав на использование отдельных объектов интеллектуальной собственности устанавливаются федеральными законами.

7. Условия договоров, ухудшающие положение обладателей права интеллектуальной собственности по сравнению с условиями, предусмотренными настоящим Кодексом и федеральными законами, являются недействительными.

Статья 1119. Вознаграждение за использование объектов интеллектуальной собственности.

1. Размер, порядок и условия выплаты вознаграждения за использование объектов интеллектуальной собственности определяется по соглашению между правообладателем и пользователем объекта интеллектуальной собственности.

2. В случаях, установленных федеральными законами. Правительством Российской Федерации утверждаются минимальные размеры вознаграждения непосредственных создателей объектов интеллектуальной собственности, носящих творческий характер, которые индексируются одновременно с индексацией минимальных размеров оплаты труда.

Статья 1120. Использование объектов интеллектуальной собственности без согласия правообладателей, но с выплатой вознаграждения.

1. В случаях, предусмотренных федеральными законами, допускается использование объектов интеллектуальной собственности без согласия правообладателей, но с выплатой им справедливого вознаграждения (принудительная лицензия).

2. Если федеральным законом не определен особый порядок использования объектов интеллектуальной собственности без согласия правообладателей, но с выплатой им вознаграждения, вопрос об их использовании решается судом по иску заинтересованного лица. При этом обладателю права интеллектуальной собственности гарантируется выплата вознаграждения в размере, соответствующем рыночной цене права на использование аналогичных объектов интеллектуальной собственности.

Статья II2I. Свободное использование объектов интеллектуальной собственности.

I. В целях свободного распространения информации, развития науки и техники, обеспечения доступа граждан к культурным ценностям и иных общественных интересах устанавливаются случаи свободного использования объектов интеллектуальной собственности.

Свободное использование объектов интеллектуальной собственности допускается, если этим не наносится ущерб их нормальному использованию и не ущемляются личные неимущественные права создателей творческих результатов.

2. Случаи свободного использования объектов интеллектуальной собственности устанавливаются федеральными законами и не подлежат расширительному толкованию или применению по аналогии.

3. Допускается свободное использование объектов интеллектуальной собственности в личных целях, если федеральными законами не установлено иное.

Статья 1122. Право интеллектуальной собственности на объекты, созданные в порядке выполнения служебных обязанностей или специального задания.

1. Имущественные права на использование объекта интеллектуальной собственности, созданного работником в порядке выполнения служебных обязанностей или специального задания работодателя (служебный объект интеллектуальной собственности), принадлежит работодателю, если договором •между ними не предусмотрено иное.

2. Создатель служебного объекта интеллектуальной собственности имеет право на вознаграждение, соразмерное выгоде, которая получена или могла быть получена работодателем при надлежащем использовании объекта интеллектуальной собственности и при передаче прав на его использование другим лицам.

Вознаграждение выплачивается в размере и на условиях, определенных соглашением работника и работодателя. При не достижении соглашения спор между сторонами рассматривается в судебном порядке.

Особенности выплаты вознаграждения за использование отдельных служебных объектов интеллектуальной собственности могут устанавливаться федеральными законами.

3. Создателям вид служебных объектов интеллектуальной собственности, носящих творческий характер, гарантируется также охрана их личных неимущественных прав.

4. В случаях, когда работодатель без уважительных причин не реализует принадлежащие ему права по использованию служебных объектов интеллектуальной собственности либо отказывается от них, права на их использование переходят к создателям таких объектов в порядке, определенном федеральными законами.

Статья 1123. Осуществление права интеллектуальной собственности.

1. При осуществлении права интеллектуальной собственности не должны нарушаться права обладателей иных объектов интеллектуальной собственности, права и законные интересы других лиц, правила добросовестной конкуренции и иные требования действующего законодательства.

2. Исключительные имущественные права на объекты интеллектуальной собственности могут осуществляться индивидуально или на коллективной основе.

Основные требования к управлению исключительными имущественными права на коллективной основе устанавливаются федеральными законами.

Статья 1124. Государственные пошлины.

1. За регистрацию объектов интеллектуальной собственности, договоров о передаче прав на их использование и совершение иных юридически значимых действий, связанных с объектами интеллектуальной собственности, взимается государственная пошлина.

2. Перечень действий, за совершение которых взимаются государственные пошлины, их размеры и сроки уплаты, а также основания для освобождения от уплаты пошлин, уменьшения их размера или возврата устанавливаются Правительством Российской Федерации

Статья 1125. Защита права интеллектуальной собственности.

1. Нарушением права интеллектуальной собственности признается любое действие, ущемляющее права и законные интересы обладателей права интеллектуальной собственности. Защита права интеллектуальной собственности обеспечивается против действий всех лиц, нарушающих исключительные права, принадлежащие обладателям права интеллектуальной собственности.

2. Контрафактными являются действия, нарушающие исключительные имущественные права обладателей права интеллектуальной собственности по изготовлению, реализации и иному введению в гражданский оборот материальных носителей, в которых воплощены результаты интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации.

3. Защита нарушенных исключительных прав на объекты интеллектуальной собственности осуществляется путем их признания, восстановления положения, существовавшего до нарушения права, пресечения действий, нарушающих право или создающих угрозу его нарушения, возмещения убытков и иными способами, предусмотренными настоящим Кодексом и федеральными законами.

4. Взыскание с нарушителя права интеллектуальной собственности убытков и применение к нему других мер ответственности производится при наличии его вины, за исключением случаев, предусмотренных частью 3 статьи 401 настоящего Кодекса и федеральными законами.

 

Источник информации: http://internet-law.ru/info/unesco/tom1.htm

 

Добавить эту страницу в закладки:

 


 

Разработка сайта
ArtStyle Group